Наслаждения - Сидни Диана - Страница 27

Дверь черного хода была распахнута, и Ясмин видела, как солнечный свет играет на цветах, щедро рассаженных по углам небольшого кухонного садика.

Пройдя через кухню, Ясмин остановилась на пороге, прикрыв глаза рукой от слепящего солнца, и тут она почувствовала рядом с собой чье-то присутствие. Повернувшись, Ясмин увидела Салиму, в ужасе взиравшую на шорты и лифчик. Ясмин рассмеялась, но тут же пожалела о своей нетактичности. Обняв Салиму за плечи, она тепло поцеловала ее в щеку.

— Храни нас, Аллах! — закудахтала Салима. — Вы только посмотрите, в чем ходит наша путешественница!

— Тебе тоже подойдет такой наряд, — засмеялась Ясмин. — В такую жару в нем гораздо прохладнее, — Она одернула края шорт. — В самом деле, не очень: умно носить шерстяной халат в пустыне.

— Бр-р-р, — фыркнула Салима. — Меня, ни за что не заставишь пойти в таком виде на рынок. И тебе не советую появляться в таком наряде на людях.

— Но все туристы так одеваются. Какая разница?

— Они — туристы, а ты — нет. — В голосе Салимы зазвучали нотки превосходства. — Если они хотят вести себя как обезьяны, это их дело. Арабской девушке следует быть умнее.

— Ну-у-у, — улыбаясь и подлизываясь, протянула Ясмин, — если ты пообещаешь дать мне что-нибудь поесть, я схожу и надену платье. Это тебя устроит?

Салима снова фыркнула и отправилась в кухню. Ясмин опять рассмеялась. Если бы только девушки-европейки или американки могли слышать, что о них говорят арабки. Они считают себя страшно цивилизованными — женщины в чадре и халатах кажутся им атавизмом древнейшей истории.

Арабские женщины смотрят на западных девушек как на неразумных куриц, совершенно пренебрегающих в своих нарядах самым главным в жизни — таинственностью и завлекательностью.

Наверху Ясмин отыскала одежду, которая могла бы удовлетворить Салиму, — простое белое трикотажное платье. Отороченный лентами подол спускался чуть ниже колен.

Когда Ясмин вернулась на кухню, Салима уже выставила на столе тарелку с йогуртом и блюдо с изюмом, фигами и очищенными апельсинами. Ясмин с жадностью набросилась на еду. Салима, сделав вид, что не обращает внимания на Ясмин, занялась стряпней.

— А Сайд здесь? — поинтересовалась Ясмин. — Мне нужно, чтобы он помог мне перенести книги в библиотеку.

— Книги! — фыркнула Салима. — Какая польза от книг?

Сайд где-то в саду, но я скажу ему, когда он придет.

Ясмин поняла, что вряд ли Сайд появится скоро. Кухня и дом в Марокко были женской епархией. А мужчины каждую свободную минуту проводили в компании других мужчин — в кафе, на побережье — где угодно, лишь бы туда не долетали женские голоса с их вечными требованиями что-то сделать. Поэтому дома они появлялись только поздно вечером.

— Ну ладно, — вздохнула Ясмин. — Не беспокой его.

Книг не так уж и много, и я сама смогу их перенести. За несколько ходок. По крайней мере мне будет чем заняться до возвращения Андре.

Ясмин покинула кухню и направилась наверх за первой партией. Перенеся книги в библиотеку, Ясмин тщательно расставила томики по полкам. Она понятия не имела, сколько прошло времени, но тут неожиданно пробили стоявшие в углу массивные напольные часы.

В дверь тихо постучали.

«Сайд, наверное, — решила Ясмин с пренебрежением. — Явился предложить помощь, прекрасно зная, что я уже сама все перетаскала».

— Войдите, — сказала она сладким голосом.

Дверь отворилась, и на пороге действительно появился Сайд. За его спиной Ясмин разглядела высокую мужскую фигуру, но черты этого человека скрывала полутьма. Надменно кивнув Ясмин, Сайд сделал шаг в сторону, впуская в библиотеку незнакомого мужчину.

Глава 7

Сайд закрыл за собой дверь, и Ясмин осталась наедине с пронизывающим взглядом пары черных, как южная ночь, глаз, буквально пригвоздивших ее к месту. Мысли Ясмин вдруг смешались. Взгляд Незнакомца, казалось, прожигал насквозь кожу, неспешно путешествуя по лицу Ясмин, потом — ниже, по плечам. Потом незнакомец осмотрел платье Ясмин и копну волос цвета красного дерева, которые не были заколоты и свободно падали ей на плечи.

Коротко задержавшись на босых ступнях девушки, взгляд пришедшего снова пополз вверх. Ясмин неожиданно почувствовала, как на ее теле поднялись тонкие волоски и все оно покрылось мурашками, и вспомнила, что грудь ее не поддерживает лифчик и соски выпирают сквозь тонкую ткань платья. Густая краска стыда залила шею и щеки Ясмин.

Одет мужчина был очень элегантно: темный блестящий костюм сидел на нем безукоризненно — плотно, но не в обтяжку. Ясмин сразу же угадала под пиджаком мускулистое тело и животную силу. Мужчина напомнил Ясмин пантеру — грациозного, но чрезвычайно сильного зверя. Густые черные волосы были гладко зачесаны. Грубые черты лица несколько скрашивала четкая линия чувственного рта, чуть изогнутого в легкой улыбке. Длинный, прямой, острый нос придавал лицу хищное выражение. Ясмин пришла в легкий трепет.

— Так это вы и есть новая хозяйка дома?

Шипящая мягкость голоса незнакомца напомнила Ясмин большую кошку, а то, как было подчеркнуто слово «хозяйка», не оставляло никаких сомнений относительно презрительного к ней отношения и полного понимания ее положения в доме Андре. С самого начала Ясмин поняла, что к ней обращаются по-арабски, и мгновенно решила, что перед ней один из тех невыносимых, нахальных мужчин, которых она инстинктивно ненавидела каждой клеточкой своего существа; один из тех, кто считает обычным делом возможность купить ее, продать, пользоваться как вещью и рассматривать как часть собственного имущества.

— Разве это обязанность хозяйки — стирать пыль с книжных полок? — насмешливо продолжал нежданный гость.

Ясмин сбросила с себя наконец оцепенение, смутившись, что ведет себя как испуганный ребенок. Она положила книги, которые держала в руках, и попыталась справиться с овладевшим ею гневом.

— Чем могу быть вам полезна, месье?.. — Ясмин намеренно заговорила по-французски, постаравшись вложить в слово «месье» весь сарказм, на который была способна.

— Полагаю, что очень немногим, — понизив голос и придав ему грозный оттенок, ответил по-арабски гость.

Глаза его, скользнувшие по груди Ясмин, снова уставились на нее с каменно-непроницаемым выражением. Челюсти незнакомца напряглись, но он тут же двусмысленно улыбнулся.

— В таком случае..; — продолжила Ясмин по-французски, несмотря на то что собеседник упорно продолжал беседу по-арабски. — У меня еще много дел. Уверена, что вы меня извините.

— Даже не подумаю. Такому очаровательному маленькому созданию не пристало тратить время в библиотеке… особенно если учесть, что создано оно для гораздо более волнующих вещей, чем книги. — В глазах гостя мелькнуло нечто угрожающее. У Ясмин вдруг ослабели колени.

«О Аллах, — мелькнуло у нее в голове, — что это со мной происходит?»

Ясмин резко повернулась к полкам и принялась аккуратно расставлять на них книги.

— Могу лишь предположить, что вы здесь для того, чтобы встретиться с месье бароном, — сказала она не поворачиваясь. — К сожалению, его сейчас нет, но, если вы назоветесь, я передам барону, что вы заходили.

— Хасан Халифа, к вашим услугам, — ответил гость с легким поклоном. Тонкий налет цивилизованности чуть прикрывал животную сущность этого мужчины. Ловким движением пантеры он мягко и бесшумно приблизился к Ясмин. Поймав ее руку, медленно поднес к губам. — А как ваше имя, мадемуазель?

Ясмин чуть не вскрикнула, когда Хасан повернул се руку и прижался ртом к ладони. Губы его, казалось, жгут кожу.

Быстро выдернув руку, Ясмин едва смогла подавить в себе дрожь. Она вскинула взгляд и встретилась с глазами Халифы, в которых увидела притягательную силу.

— Меня зовут Ясмин, — сверкнула глазами девушка, силой воли возвращаясь в безопасный цивилизованный мир.

«Этот мужчина — как змея, — додумала Ясмин. — Отчего он не уходит?»

— Я передам Андре, что вы заходили. — Она рассчитывала, что Хасан попросит что-нибудь передать Сен-Клеру но тот будто пропустил ее слова мимо ушей.