Монополия на чудеса - Силин Владислав Анатольевич - Страница 106

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ,

ПОСЛЕДНЯЯ

(Наверное, тоже суббота, но я не уверен.

Рассказывает Игорь Колесничий)

Мы стояли на склизкой булыжной мостовой, усеянной желтыми трупиками листьев. Прогрохотал грязный усталый трамвай с черной пятеркой на оскаленной морде. Люди с поднятыми воротниками шли мимо, не глядя на нас.

– Отпусти меня, – шепнула дзайана. – Со мной все хорошо.

Я поставил ее на землю, и дзайана застенчиво чмокнула меня в щеку. Потом показала язык Тепеху.

– Ну вот и все. – Мария откинула со лба непокорную челку. Веснушки ее словно вызывали бесцветье осени на дуэль. – Простите, что так вышло. Но это мой мир, и я люблю его. Наверное, вам тоже стоит его полюбить, иначе жить здесь станет невыносимо.

Света огляделась с презрением:

– Эту серятину? Фу!

– Дело ваше… Давайте прощаться.

Она повернулась к мужу и взяла его под руку:

– Не дуйся, хороший мой! Что ты так на них смотришь?

Тепех пригладил вновь отросшие усы. В глазах его мелькнуло тоскливое выражение. Ему тоже очень не нравится мир, о котором мечтает Мария, – понял я.

– Приношу свои соболезнования, барышня, – поклонился он Свете. – Здесь нет дзайанов, а магия… Магия в основном принадлежит болтунам из целительского центра. Того, что на перекрестке Складовской и Кюри.

– Какой ужас! – вырвалось у дзайаны.

– Вы же, Игорь, – взгляд некроманта скользнул по мне, – придетесь здесь ко двору. Местная преступность просто ужасающа и даст фору аскавской. Если хотите, мы похлопочем и найдем вам место.

Я покачал головой:

– Не надо. Я привык всего добиваться сам.

– Может, показать вам город? – робко предложила Мария.

– Спасибо, нет.

– Что ж… Тогда всего вам доброго!

– Прощайте.

И мы разбрелись в разные стороны. Мария с мужем отправились вдоль порта к бывшему зданию РТУ. Мы со Светкой зашагали к Старому городу.

Из промозглого тумана вырастали шпили с тусклыми золотыми петушками. Откуда-то я уже знал местную географию и названия улиц, знал, что город называется Ригой. Еще чуть-чуть, думал я, и мы начнем понимать язык, на котором говорят местные жители.

Светка шагала, низко опустив голову. На меня она не смотрела.

– Нам бы побыстрее убраться отсюда, – задумчиво сказал я. – Иначе… ты что, плачешь? Прекрати!

– Да?! – Она вскинула зареванное лицо. – А мне что делать?! Я теперь не магиня, я никто! – И она бросилась мне на шею: – Реш… не бросай меня! Пожалуйста! Не оставляй… этот город… я не выживу в нем!.. Я его уже ненавижу!..

– Ну хватит реветь! – Я растроганно обнял девушку. – Устроила трагедию на ровном месте.

– Мир же поги-и-иб!

– Ага, два раза. Чтобы Веден угробить, никакой магии не хватит! Не переживай, минут через сорок окажемся дома.

– Правда?! – Слезы мгновенно высохли. – Но как?

– Пойдем, расскажу. Заодно осмотрим город. Когда еще такая удача выпадет: целый мир на разграбление!

– Ты тогда давай по порядку, – деловито предложила она. – И про Иштвана, и вообще. Как ты догадался, что это он все устроил?

– О-о! Это история. В общем, слушай, как все было на самом деле.

И я принялся рассказывать.

…Тепех с давних времен мечтал о силе. Таланта бог не дал, так хоть маной взять. Неудивительно, что, переоткрыв секрет ас-Саббаха, он вцепился в него руками и ногами. Воссоздал структуру Дверей Истени, организовал манаров, впутал в свои дела самого гранд-мастера…

Всего этого ему показалось мало. Обнаружив в древних арабских манускриптах упоминание о кинжале аль-Бариу, он не успокоился, пока не разнюхал все. Более того, он даже нашел, где и у кого аль-Бариу хранится.

Вот тут-то ему пришлось призадуматься. Потому что в руки попала не просто сила – могущество.

Монополия на чудеса.

Множество манаров – и у каждого своя вселенная… Тепех перебирал их, как ребенок разноцветные стеклышки. Очень скоро он понял, что глупо менять шило на мыло: ведь ни один из миров не пришелся ему по душе. И тогда он решил устроить гладиаторские игрища. Пустил слух, что Истень одного из ассасинов станет реальностью, и принялся наблюдать.

Наверное, это захватывающее чувство: ощущать себя богом, властителем миров… Вот только есть вещи, над которыми не властны даже боги.

Тепех встретил Марию – неудачливую манару, которая едва не погибла, пытаясь сбросить поводок. Мастер интриги влюбился как мальчишка. Он спас ее от разъяренного мага, чтобы тут же сделать ей предложение. Мария стала его женой, а по совместительству одним из самых отчаянных ассасинов.

В Дверях Истени настали тяжелые дни. Манары понимали, что конец света не за горами. Чьей же еще Истени быть, как не Марииной?

И тогда эти великолепные ребята нанесли упреждающий удар. Скорее всего, вдохновителями стали дон Мигуэн и старый пройдоха-отравитель. Мария попала в автокатастрофу. Она выжила, но потеряла способность ходить.

– Ну ни фига себе! – не сдержалась Света. – Вот мерзавцы!

– А, забудь… Обычное дело. Интриги – их стихия.

Ледяной порыв ветра пробрался под тонкий свитер. Я поежился. Ну и мирок… Интересно, что нашла здесь Мария? Почему из теплого, радостного Ведена она бежала сюда?

…Тепех страшно отомстил отступникам. Как это обычно бывает, главари вышли сухими из воды. Зато над рядовыми исполнителями маг покуражился вовсю. Именно тогда он решил освоить некромантию. Пережив страшные пытки, заговорщики поселились в башне безмолвия. Их уделом стали вечные страдания.

К сожалению, это не вернуло Марии здоровье. Тепех перепробовал все мыслимые и немыслимые средства, но ни медицина, ни магия не могли исцелить ее.

Оставалось одно. Мария выздоравливала, лишь выходя в свою Истень. И Тепех решил выкрасть у Литницкого аль-Бариу.

Странное дело: при всей своей жестокости и цинизме Тепех оказался удивительно сентиментален… Истень Марии ему отчаянно не нравилась, – да и кому здесь может понравиться? – но ради любимой он согласился пожертвовать всем.

Для начала он сошелся с владельцем кинжала поближе. Это оказалось несложно. Литницкий и Тепех и раньше вели кое-какие дела, так что общие интересы у них нашлись. Тепех убедил Литницкого, будто защита его коллекции неэффективна, а переставляя защиту, намеренно оставил лазейку.