Хроники Тамула. Трилогия - Эддингс Дэвид - Страница 109

Кааладор обернулся и подчеркнуто поглядел на гавань.

– Вот где наше слабое место, Спархок. В этих бухточках и заливах на побережье может прятаться целый флот. Мы не заметим его, покуда он не покажется на горизонте. Я, конечно, приказал пиратам и контрабандистам обшарить побережье, но… – Он развел руками.

– Боюсь, что с этим мы мало что можем поделать, – сказал Спархок. – Впрочем, у нас под рукой есть армия атанов, и она войдет в город, как только начнется бунт. Твои люди сумели определить, где прячутся наши избранные гости? Если дела пойдут как задумано, я бы хотел схватить их всех разом.

– Похоже, Спархок, они еще не облюбовали для себя укрытий. Они все время шныряют по городу. Мои люди следят за ними. Если хочешь, мы можем сцапать их и раньше.

– Не стоит выдавать наших приготовлений. Если мы сумеем схватить их в день бунта – отлично, если нет – мы выследим их потом. Я не намерен подвергать опасности наши замыслы только ради удовольствия находиться в их компании. Твои люди неплохо справляются, Кааладор.

– Их усердие слегка вынужденное, Спархок, – с горечью сознался Кааладор. – Мне пришлось собрать побольше дюжих парней с дубинками – постоянно напоминать тамульцам, что в этом деле мы все работаем сообща.

– Это уже мелочи.

– Предложение ее величества имеет некоторые преимущества, лорд Вэнион, – подумав, сказал Бевьер. – Как бы то ни было, а именно для этого и предназначен ров. В нем должна быть вода, а не трава.

– Но так мы сразу выдадим, что готовим замок к осаде, Бевьер, – возразил Вэнион. – Если мы начнем заполнять ров водой, через час об этом будет знать весь Материон.

– Ты не выслушал меня до конца, Вэнион, – терпеливо проговорила Элана. – С тех пор как мы приехали сюда, мы посещали самые разные балы, пиры и праздники. Правила вежливости требуют, чтобы я ответила на все эти благодеяния, а потому я задумала грандиозный праздник, дабы исполнить свой светский долг. Не моя же вина в том, что он придется как раз на вечер, когда должен начаться бунт? У нас эленийский замок, так что и празднество будет на эленийский манер. Мы поставим оркестр на крепостном валу, разукрасим стены разноцветными флажками и фонариками, а во рву будут плавать праздничные барки с навесами и накрытыми столами, как полагается. Я приглашу императора и весь его двор.

– Это будет как нельзя кстати, лорд Вэнион, – заметил Тиниен. – Все, кого мы хотим защитить от превратностей боя, будут у нас под рукой. Нам не придется их разыскивать, и мы ни у кого не вызовем подозрений, гоняясь по лужайкам за императорскими министрами.

Оруженосец Спархока качал головой.

– В чем дело, Халэд? – спросила Элана.

– Дно этого рва не предназначалось для того, чтобы удерживать воду, ваше величество. Мы не знаем, насколько здесь пористая почва. Может случиться так, что вода, которую вы закачаете в ров, попросту впитается в землю, и ров снова опустеет через несколько часов после того, как вы его наполнили.

– О Боже! – огорчилась Элана. – Об этом я как-то не подумала.

– Об этом позабочусь я, Элана, – улыбнулась Сефрения. – Нельзя отказываться от хорошей идеи только потому, что она нарушает два-три закона природы.

– Ты хочешь сделать это прежде, чем мы начнем заполнять ров? – спросил у нее Стрейджен.

– Так легче и удобнее. Талесиец нахмурился.

– В чем дело? – спросила она.

– Под этим рвом проходят три туннеля, которые ведут к потайным ходам и укрытиям для соглядатаев внутри замка.

– Вернее будет сказать, что мы знаем о трех туннелях, – вставил Улаф.

– К этому я и клоню. Не будет ли нам всем спокойнее, если все эти туннели – и те, о которых мы знаем, и те, что нам неизвестны, – окажутся залитыми водой до начала бунта?

– Отличная мысль, – одобрил Спархок.

– Тогда я подожду с укреплением дна, пока вы не затопите все туннели, – сказала Сефрения.

– Что ты об этом думаешь, Вэнион? – спросил Эмбан.

– Приготовления к королевскому празднику скроют какую угодно деятельность, – сдался наконец Вэнион. – Это и в самом деле очень хороший план.

– Мне нравится все, кроме барок, – сказал Спархок. – Прости, Элана, но эти барки только облегчат бунтовщикам доступ к нашим стенам. Они лишат крепостной ров того преимущества, для которого, собственно, он и создан в первую очередь.

– Я как раз подхожу к этому, Спархок. Насколько я помню, гарное масло легче воды?

– Да, но какое это имеет отношение к делу?

– Как тебе известно, барка – это не просто плавучая платформа. Под ее палубой имеется трюм. Теперь представь себе, что мы загрузили трюмы бочками с маслом. Когда начинается суматоха, мы бросаем со стен камни, и барки трескаются, словно яичная скорлупа. Масло растечется по воде, мы подожжем его, и замок будет окружен стеной огня. Разве это не станет помехой людям, которые пытаются штурмом взять замок?

– Вы – гений, моя королева! – воскликнул Келтэн.

– Как мило с твоей стороны, сэр Келтэн, что ты это заметил, – самодовольно отозвалась она. – И главная прелесть моей идеи в том, что мы сможем готовиться к осаде прямо на виду, ни от кого не прячась по ночам и не жертвуя своим сном. Этот грандиозный прием дает нам возможность делать в замке почти что угодно под предлогом украшения к празднику.

Миртаи вдруг заключила свою хозяйку в объятия и крепко расцеловала.

– Я горжусь тобой, моя мать! – объявила она.

– Я рада этому, моя дочь, – скромно отозвалась Элана, – но все-таки тебе нужно вести себя посдержаннее. Вспомни, что ты мне говорила о женщинах, которые целуют женщин.

– Мы нашли еще два туннеля, Спархок, – сообщил Халэд, когда его лорд присоединился к нему на парапете. Поверх кожаного жилета Халэд надел холщовую рубаху.

Спархок поглядел на ров – там кишели рабочие, вгоняя в мягкую землю на дне длинные стальные стержни.

– Это не слишком бросается в глаза? – спросил он.

– Нам же нужно к чему-то причалить барки, верно? Туннели на глубине примерно пяти футов. Большинство рабочих с кувалдами понятия не имеет, чем занимается, но я загнал в ров еще нескольких рыцарей. Когда мы начнем заполнять ров, своды этих туннелей окажутся на редкость дырявыми. – Халэд перевел взгляд на лужайку и вдруг поднес ко рту сложенные чашечкой руки.

– Осторожнее с баркой! – проревел он по-тамульски. – Если вы повредите швы, она потонет!

Десятник тамульских рабочих, трудолюбиво тянувших по лужайке широкую барку, поднял голову.

– Она очень тяжелая, почтенный господин! – прокричал он в ответ. – Что вы положили вовнутрь?

– Балласт, идиот! – огрызнулся Халэд. – Нынче вечером по этой палубе будет топтаться целая толпа. Если барка перевернется и император свалится в воду, нам всем достанется на орехи!

Спархок вопросительно взглянул на своего оруженосца.

– Мы загружаем трюмы бочками с гарным маслом, – пояснил Халэд. – Мы решили, что это лучше проделывать подальше от чужих глаз. – Он взглянул на Спархока. – Не стоит передавать Элане эти мои слова, но в ее замысле есть кое-какие недочеты. Гарное масло само по себе неплохая идея, но мы добавили к нему смолы – чтобы уж наверняка занялось как следует и в нужную минуту. К тому же бочки с маслом слишком прочные. Мало нам будет проку, если они просто затонут, когда мы разобьем барки. Я хочу посадить в каждый трюм по паре пелоев Кринга. В последнюю минуту они вскроют бочки топорами.

– Ты обо всем успеваешь подумать, Халэд.

– Должен же быть в вашей компании хоть один здравомыслящий человек.

– Теперь ты говоришь совсем как твой отец.

– Вот что еще я хочу сказать тебе, Спархок. Ваши гости должны быть очень, очень осторожны. На барках будут гореть фонари и наверняка свечи. Один нечаянный промах – и все вспыхнет гораздо раньше, чем мы намечали, так что… э-э, собственно, мы немного опережаем график, ваше высочество, – добавил он по-тамульски – специально для полудюжины рабочих, которые толкали по парапету двухколесную тележку. Тележка была нагружена фонарями, которые рабочие развешивали на крепостном валу.