Хроники Тамула. Трилогия - Эддингс Дэвид - Страница 87

Заостренные колья хорошо сыграли свою роль. После нескольких безуспешных попыток продраться через гущу острых кольев тролли вынуждены были проталкиваться в узкий проход, и почти вся орда нетерпеливо кружила за спиной вожаков, которые наткнулись на острые колышки Тиниена и волей-неволей замедлили свое продвижение. Даже самая выносливая в мире тварь не способна быстро бежать, когда у нее изранены ступни.

Спархок огляделся. Рыцари выстроились в колонну по четверо в ряд, выставив вперед копья. Тролли, хромая и ковыляя, продирались через узкий проход, и вот уже первые твари, тоже четверо в ряд, достигли конца прохода в каменный бассейн.

– Думаю, пора, – сказал Спархок и, приподнявшись в стременах, рявкнул: – Вперед!

Тактика, которую Спархок избрал для рыцарей церкви, была проста. Едва тролли выскакивали из узкого прохода, как рыцари по четверо в ряд мчались прямо на тварей. Они втыкали свои копья в передних троллей и тут же разъезжались, заворачивая по двое ко склонам ущелья, чтобы следующая четверка могла нанести свой удар. Отъехав с дороги, они возвращались в тыл колонны рыцарей, брали новые копья и снова по порядку продвигались к голове колонны. По сути, это была бесконечная атака, и Спархок очень гордился своей выдумкой. Против людей, быть может, такая тактика и не сработала бы, но оказалась весьма и весьма полезной в сражении с троллями.

В проходе постепенно росла груда косматых трупов. Троллю, как выяснилось, недостает коварства притворяться убитым. Он будет рваться в бой, пока не погибнет или не получит столь серьезных увечий, что и пошевелиться не сможет. После того как передние ряды троллей подверглись атаке нескольких рыцарских четверок, из иного тролля торчало по четыре, не меньше, копья – и тем не менее бестии упорно лезли вперед, топча окровавленные тела своих сородичей.

Спархок, Вэнион, Келтэн и Тиниен атаковали уже во второй раз. Они проткнули копьями свежих троллей, только что влившихся в кипящий яростью авангард, привычным отточенным рывком выдернули копья и разъехались ко склонам ущелья.

– Твой замысел работает недурно, – поздравил Келтэн своего друга. – Кони успевают отдохнуть между атаками.

– Так и было задумано, – мрачно отвечал Спархок, выдернув новое копье из груды, сваленной в арьергарде колонны.

Буря была уже совсем близко. Ветер пронзительно завывал среди деревьев, и ослепительно вспыхивали молнии, рассекая лиловые клубы туч.

И тогда из глубины леса донесся оглушительный рев.

– Во имя Господне! – воскликнул Келтэн. – Что это было? Что может так шуметь?

Что бы ни извергло этот рев, оно было огромно и приближалось к ним, проламываясь через лес. Ярящийся ветер, хлестнув по лицам рыцарей, прикрытым забралами, окатил их тошнотворной вонью.

– Воняет, точно в склепе! – крикнул Тиниен, стараясь перекричать шум бури и боя.

– Вэнион, – окликнул Спархок, – ты можешь разглядеть, что это такое?

– Нет, – отозвался магистр, – но что бы это ни было, оно очень, очень большое – ничего подобного я в жизни не видел.

И тут хлынул проливной дождь, заливая забрала рыцарей и наполовину скрывая от взгляда бегущих в атаку троллей.

– Не упускать их из виду! – гаркнул Спархок, срывая горло. – Не расслабляться!

Тролли все так же упорно пробивались в проход, меся грязь и неизменно оказываясь на линии атаки. Тактика Спархока оправдывала себя, хотя без потерь все же не обошлось. Нескольких коней сбили с ног дубинки разъяренных ранами троллей, и не один закованный в доспехи рыцарь уже лежал недвижно на залитой дождем земле.

И вдруг ветер резко стих и напор дождя ослаб – они оказались в неестественном затишье, именуемом « глазом бури «.

– Что это? – прокричал Тиниен, указывая куда-то за спины воющих троллей.

Одинокая, раскаленная добела искра, слепившая глаза ярче солнца, повисла над самой опушкой леса. На глазах у рыцарей она стала зловеще разрастаться, распухать, шириться, окруженная нестерпимо ярким лиловатым ореолом.

– Там что-то внутри! – вскрикнул Келтэн.

Спархок прищурился, напряженно всматриваясь в сердцевину слепящего лилового сияния, озарившего поле боя.

– Оно живое, – отрывисто бросил он, – и оно движется.

Шар лилового света распухал все сильнее, и по краям его брызнули языки оранжевого пламени.

В центре этого огненного шара был различим силуэт – некто в плаще с капюшоном, источавший зеленое свечение. Он вскинул руку, раскрыл ладонь – и с нее сорвалась жгучая ослепительно-яркая молния. Ее удар превратил в бесформенные угли сириникийского рыцаря вместе с конем.

И тогда, выдвинувшись из-за этого жгучего и зловещего света, на опушке леса возник гигантский чудовищный силуэт. Невозможно было даже представить себе живое существо таких размеров. Судя по всему, тварь несомненно принадлежала к ящерам – узкая, лишенная ушей голова, чешуйчатая безгубая морда, пасть, ощеренная рядами загибающихся зубов, короткая шея, узкие плечи и неожиданно маленькие передние лапы. Все прочее милосердно скрывали деревья.

– С этим невозможно драться! – прокричал Келтэн.

Зловещий силуэт в сердцевине лилово-оранжевого огненного шара снова вскинул руку. На мгновение он как бы сжался – и снова из его раскрытой ладони хлестнула молния. И оборвала полет, на полпути рассыпавшись дождем уже безвредных искр.

– Это ты сделал? – крикнул Вэнион Спархоку.

– Только не я, Вэнион. Я не настолько проворен.

И тут они услышали низкий вибрирующий голос, который выпевал стирикские слова. Спархок рывком развернул Фарэна.

Это был Заласта. Седовласый стирик стоял чуть поодаль, на крутом северном склоне ущелья, и в неверном свете бури его одеяние сверкало белизной. Он вскинул обе руки над головой, и его посох, который Спархок считал лишь показной безделушкой, искрился сейчас слепящей силой. Заласта резко опустил посох, указывая его концом на загадочный силуэт в лилово-оранжевом ореоле. Ослепительно-яркая искорка сорвалась с наконечника посоха, пролетела, шипя, над головами пелоев и рыцарей и взорвалась, ударившись об огненный край колдовского шара.

Силуэт в огненном шаре дрогнул, и вновь с его раскрытой ладони сорвалась молния, на сей раз нацеленная в Заласту. Стирик без малейшего усилия отразил ее посохом и тотчас ответил новой сверкающей искрой, которая так же рассыпалась, ударившись о пылающую оболочку шара.

И вновь загадочный противник, защищенный огненным ореолом, содрогнулся, на сей раз явственнее. Гигантская тварь за его спиной издала пронзительный вопль и попятилась в темноту.

Рыцари церкви застыли, потрясенно воззрившись на это пугающее противостояние.

– У нас полно своих дел, господа! – рявкнул Вэнион. – К бою!

Спархок потряс головой, пытаясь избавиться от наваждения.

– Спасибо, Вэнион, – сказал он. – Я, кажется, отвлекся.

– Повнимательней, Спархок, – резко бросил Вэнион тем же тоном, каким говорил многие годы назад во время тренировок, когда Спархок и Келтэн были еще послушниками.

– Слушаюсь, лорд магистр, – отозвался Спархок смущенным голосом подростка. Затем они переглянулись – и дружно расхохотались.

– Как в старые добрые времена, – весело проговорил Келтэн. – Что ж, почему бы нам не продолжить охоту на троллей и предоставить все остальное Заласте?

И рыцари продолжили свой бесконечный бой, а над их головами продолжался поединок двух магов. Тролли напирали все так же яростно, но число их заметно сократилось, а груда мертвых тел изрядно замедляла их натиск.

Кровавый труд продолжался с не меньшим усердием, и воздух над головами сражавшихся трещал и вспыхивал колдовским огнем.

– Мне только кажется или наш лиловый приятель и впрямь побледнел? – осведомился Тиниен, когда они в очередной раз вернулись за новыми копьями.

– Его огонь начинает слабеть, – согласился Келтэн. – И ему все больше и больше времени нужно, чтобы сотворить новую молнию.

– Не расслабляйтесь, господа, – предостерег Вэнион. – Нам все еще предстоит управиться с троллями и этой ящерицей-переростком.