Я люблю Лондон - Келк Линдси - Страница 29

– Итак, итак, итак! – Дженни попыталась призвать комнату к порядку, размахивая пустой бутылкой из-под «Шираза». – Список готов. Все согласны?

– Прочти еще раз. – Устойчивость Луизы к алкоголю значительно понизилась по сравнению с ее способностями до беременности. Я не допила еще и первого, очень большого бокала красного. Лу после первого бокала начала икать, а после второго – соглашаться со всем, что говорила Дженни. Прежде, помнится, набравшаяся Луиза становилась воинственной, но сейчас для наших целей ее новая сговорчивая ипостась оказалась куда полезнее.

– С Аннет я логистику подробно не обговаривала, поэтому вот что: нужно лично проверить, как обстоят дела со скатертями-салфетками и с цветочными композициями, организовать музыку и праздничный танцпол, – сказала Дженни, глядя в список и потягивая вино. – У меня сильные сомнения насчет обслуживания и запасов спиртного, но, мне кажется, это не самая большая проблема, и договориться можно.

– Согласна, – кивнула Луиза. – Я беру на себя банкетный сервис. И выпивку.

– И надо что-то делать с тортом. С тортом у нас загвоздка.

– Есть одна женщина. – Лу махнула рукой в сторону окна. – Живет здесь, за углом. Она всем делает торты. Я ей утром позвоню.

– Женщина?

По этому довольно расплывчатому описанию я сразу поняла, о ком идет речь. Миссис Стивенс уже тридцать лет пекла праздничные торты для всей округи и неизменно демонстрировала прекрасные результаты. Если, конечно, фруктовый пирог, ванильный бисквит, сахарные розы и ленты входят в ваши понятия прекрасного результата (у Дженни, боюсь, они свидетельствовали об обратном). По мне, так ради Бога, лишь бы мне оставили мое корыто с «Монстр манч».

– Она и для меня пекла, – с нажимом в голосе произнесла Луиза. Как я и думала, Дженни это не вполне убедило, но она все же поставила букву «Л» рядом с пунктом «торт», и мы продолжили.

– Дальше всякая ерунда вроде записных книжек, чтобы обслуга записывала указания, ручек, одноразовых фотоаппаратов, каких-то деталей декоративного оформления, которые придут нам в голову, и приглашения, электронные и бумажные, – Дженни на секунду замолчала, открывая второе окно. – В США сообщения уже всем разосланы. Больше никого не хочешь пригласить?

Под «всеми в США» она подразумевала Эрин, Сэди, Мэри, Делию, Джеймса, Крейга и Грэма. К вящему огорчению Луизы, нам не хватало времени на бумагу ручной работы и каллиграфа. Я с большим удовольствием ограничилась бы рассылкой в «Фейсбуке», но Дженни сказала, что надо как минимум сделать нормальные приглашения на «Ивайт», а в понедельник разослать бумажные. Разумеется, мы сошлись на золотой середине, то есть на «Ивайт».

Что касается английских гостей, то родню уже пригласила мать, а каких-то старых друзей, которых мне обязательно хотелось бы видеть на свадьбе, у меня не было. Я никогда не умела поддерживать отношения на расстоянии, и пока я на два года добровольно изолировала себя за границей, Марк прибрал себе всех друзей, которых я считала своими. Таковы издержки (а) карьеры внештатного сотрудника и (б) наличия в друзьях исключительно семейных пар. Никаких коллег – не хватало, чтобы гости на свадьбе приударяли за моей матерью или рассказывали бородатые анекдоты с рождественских праздников! Уже легче. Признаться, где-то в глубине души я хотела, чтобы на свадьбе был Марк. Я проявила бы благородство и великодушие, позволив ему посмотреть на меня в лучший день моей жизни. И выглядеть я намеревалась в сто раз лучше, чем в супермаркете. А еще Марку обязательно надо познакомиться с Алексом, а потом уехать домой и там в уголке разрыдаться от отчаяния, насколько он проигрывает в сексуальной привлекательности моему мужу. Однако все эти причины не были достаточно вескими, чтобы пригласить его.

– Теперь нам нужны обручальные кольца, праздничные наряды для жениха, для отца невесты, для матери невесты, для подружек невесты… – Дженни сделала выразительную паузу. – И для самой невесты.

– О! – оживилась я. – Это ты обо мне?

– Ну ясное дело, о тебе, – нетерпеливо сказала Дженни. Мне явно угрожала головомойка за невнимание. – Тебе нужны туфли и белье, бижутерия, укладка и макияж, хотя волосы я тебе уложу и сама накрашу. Остается фотограф, сувениры гостям и люкс для новобрачных. Да, и надо куда-нибудь пристроить Алекса в ночь перед свадьбой.

– У моей знакомой есть подруга, которая занимается визажем, – предложила Луиза. – А ее бойфренд, кажется, фотограф.

– Значит, прическу и макияж ей сделаю я, но нам нужен фотограф, – сказала Дженни, одновременно слушая и игнорируя то, что говорила Луиза. – Такой, чтобы и стандартные снимки делал, и умел снять крутой репортаж. Поговорю с Эрин. И Мэри. Может, они кого знают.

– Я могу спросить у моего бывшего редактора в журнале, – предложила я. – Как правило, фоторепортеры свадьбы не фотографируют, но кто знает…

– Это ты не знаешь. – Дженни указала на меня ручкой. – Хорошая идея, Энджи.

Будь я собакой, я бы завиляла хвостом – люблю, когда меня хвалят. Еще я люблю Дженни такой увлеченной и деловитой. Я уже давно не видела ее столь оживленной. Знай я, что вывести ее из хандры поможет скоропалительная свадьба в другой стране, устроила бы это на много месяцев раньше.

– Не забудьте девичник и мальчишник, – прибавила Луиза заплетающимся языком. – Хотя если на них уже нет времени, то предлагаю сегодняшнюю встречу считать девичником.

– Дорогая, если девичник и холостяцкая вечеринка означают одно и то же, мы такую фигню ни за что не пропустим, – заверила Дженни. – Время я выкрою. Я создам восьмой день недели, если понадобится!

– Тогда у меня будут кое-какие предложения, – дернула плечом Луиза. – Старые заготовки, придумывали еще к моему девичнику, но я сочла, что они лучше подойдут Энджел, когда она будет выходить замуж.

– У меня тоже масса идей, – оживилась Дженни. – Девичник в Лондоне! Потрясающе!

– Девочки! – перебила я. – На самом деле девичник заботит меня меньше всего. Нельзя ли сделать так, чтобы мне не пришлось выходить замуж в платье из «Праймарк» и шествовать к алтарю по несуществующему проходу под романтические, но дребезжащие звуки моего кассетного магнитофона?

«Подружки невесты» были застигнуты врасплох.

– Я же внесла в список музыку! – обиделась Дженни.

Луиза просияла:

– Ты всегда можешь надеть мое свадебное платье!

– При всей моей любви к тебе я все-таки откажусь, – сказала я, допивая вино. – Это же касается моей матери, если она вдруг начнет намекать одной из вас предложить мне ее свадебный наряд. Она выходила замуж в приукрашенной скатерти, и я еще мягко выражаюсь, называя ее приукрашенной.

– В таком случае список готов. – Дженни строчила последние пункты. – Мы определились, как, где и когда. Теперь пока узнать, что хочешь ты. Как должна выглядеть твоя свадьба?

Ответом были мое задумчивое лицо и пустой взгляд. Как должна выглядеть моя свадьба? Мне вдруг вспомнилось крайне нелепое посещение консультанта по карьере, которое Марк подарил мне на день рождения (неисправимый романтик, сами понимаете). Консультант снова и снова повторял вопрос: «Как в вашем представлении выглядит успех?» Я не знала, что успех может как-то выглядеть, и растерялась окончательно. К счастью, Луиза владела двумя языками – профессиональным и американским – и смогла перевести:

– Какую ты хочешь свадьбу, Эндж? – Она похлопала Дженни по боку, как вымотавшуюся скаковую лошадь. – Когда ты закрываешь глаза и представляешь свою свадьбу, какая она?

Чтобы правильно ответить на этот вопрос, я перекатилась на спину и закрыла глаза, поставив пустой бокал на живот. Моя свадьба.

– Очень простая, – сказала я, представляя себя в тонком, струящемся белом платье из журнала Делии, со свободно связанными на спине волосами, с маленьким круглым букетом белых пионов и в сверкающих балетках, которые Дженни никогда не разрешит. – Очень классическая, ничего навороченного и вычурного. Элегантная.

– Хорошо, – одобрила Дженни, скрипя ручкой, она торопливо записывала. – Продолжай.