Стихотворения. Поэмы. Сказки - Пушкин Александр Сергеевич - Страница 119

119

* * *

О ты, который сочетал С глубоким чувством вкус толь верный, И точный ум, и слог примерный; О ты, который избежал Сентиментальности манерной И в самый легкий мадригал Умел...

ИЗ ALFIERI

Сомненье, страх, порочную надежду Уже в груди не в силах я хранить; Неверная супруга я Филиппу, И сына я его любить дерзаю!.. Но как же зреть его и не любить? Нрав пылкий, добрый, гордый, благородный, Высокий ум, с наружностью прекрасной Прекрасная душа... Зачем природа И небеса таким тебя создали? Что говорю? Ах! так ли я успею Из глубины сердечной милый образ Искоренить? — О, если пламень мой Подозревать он станет! Перед ним Всегда печальна я; но избегаю Я встречи с ним. Он знает, что веселье В Испании запрещено. Кто может В душе моей читать? Ах, и самой Не можно мне. И он, как и другие, Обманется — и станет, как других, Он убегать меня... Увы, мне, бедной!.. Другого нет мне в горе утешенья, Окроме слез, и слезы — преступленье. Иду к себе: там буду на свободе... Что вижу? Карл! — Уйдем, мне изменить И речь и взор — все может: ах, уйдем.

* * *

В роще карийской, любезной ловцам, таится пещера, Стройные сосны кругом склонились ветвями, и тенью Вход ее заслонен на воле бродящим в извивах Плющем, любовником скал и расселин. С камня на камень Звонкой струится дугой, пещерное дно затопляет Резвый ручей. Он, пробив глубокое русло, виется Вдаль по роще густой, веселя ее сладким журчаньем.

* * *

Я знаю край: там на брега Уединенно море плещет; Безоблачно там солнце блещет На опаленные луга; Дубрав не видно — степь нагая Над морем стелется одна.

В АЛЬБОМ ПАВЛУ ВЯЗЕМСКОМУ

Душа моя Павел, Держись моих правил: Люби то-то, то-то, Не делай того-то. Кажись, это ясно. Прощай, мой прекрасный.

РЕФУТАЦИЯ г-на БЕРАНЖЕРА

Ты помнишь ли, ах, ваше благородье, Мусье француз, капитан, Как помнятся у нас в простонародье Над нехристем победы россиян? Хоть это нам не составляет много, Не из иных мы прочих, так сказать; Но встарь мы вас наказывали строго, Ты помнишь ли, скажи, ? Ты помнишь ли, как за горы Суворов Перешагнув, напал на вас врасплох? Как наш старик трепал вас, живодеров, И вас давил на ноготке, как блох? Хоть это нам не составляет много, Не из иных мы прочих, так сказать; Но встарь мы вас наказывали строго, Ты помнишь ли, скажи, ? Ты помнишь ли, как всю пригнал Европу На нас одних ваш Бонапарт-буян? Французов видели тогда мы многих , Да и твою, капитан! Хоть это нам не составляет много, Не из иных мы прочих, так сказать; Но встарь мы вас наказывали строго, Ты помнишь ли, скажи, ? Ты помнишь ли, как царь ваш от угара Вдруг одурел, как бубен гол и лыс, Как на огне московского пожара Вы жарили московских наших крыс? Хоть это нам не составляет много, Не из иных мы прочих, так. сказать; Но встарь мы вас наказывали строго, Ты помнишь ли, скажи, ? Ты помнишь ли, фальшивый песнопевец, Ты, наш мороз среди родных снегов И батарей задорный подогревец, Солдатской штык и петлю казаков? Хоть это нам не составляет много, Не из иных мы прочих, так сказать; Но встарь мы вас наказывали строго, Ты помнишь ли, скажи, ? Ты помнишь ли, как были мы в Париже, Где наш казак иль полковой наш поп Морочил вас, к винцу подсев поближе, И ваших жен похваливал ? Хоть это нам не составляет много, Не из иных мы прочих, так сказать; Но встарь мы вас наказывали строго, Ты помнишь ли, скажи, ?

* * *

Сводня грустно за столом Карты разлагает. Смотрят барышни кругом, Сводня им гадает: "Три девятки, туз червей И король бубновый - Спор, досада от речей И притом обновы... А по картам — ждать гостей Надобно сегодня". Вдруг стучатся у дверей; Барышни и сводня Встали, отодвинув стол, Все толкнули , Шепчут: "Катя, кто пришел? Посмотри хоть в щелку". Что? Хороший человек... Сводня с ним знакома, Он целый век, Он у них, как дома. в кухню руки мыть Кинулись прыжками, Обуваться, пукли взбить, Прыскаться духами. Гостя сводня между тем Ласково встречает, Просит лечь его совсем. Он же вопрошает: "Что, как торг идет у вас? Барышей довольно?" Сводня за щеку взялась И вздохнула больно: "Хоть бывало худо мне, Но такого горя Не видала и во сне, Хоть бежать за море. Верите ль, с Петрова дня Ровно до субботы Все девицы у меня Были без работы. Четверых гостей, гляжу, Бог мне посылает. Я им вывожу, Каждый выбирает. Занимаются всю ночь, Кончили, и что же? Не платя, пошли все прочь, Господи мой боже!" Гость ей: "Право, мне вас жаль. Здравствуй, друг Анета, Что за шляпка! что за шаль, Подойди, Жанета. А, Луиза, — поцелуй, Выбрать, так обидишь; Так на всех и , Только вас увидишь". "Что же, — сводня говорит, - Хочете ль Жанету? В деле так у ней горит Иль возьмете эту?" Бедной сводне гость в ответ: "Нет, не беспокойтесь, Мне охоты что-то нет, Девушки, не бойтесь". Он ушел — все стихло вдруг, Сводня приуныла, Дремлют девушки вокруг, Свечка Сводня карты вновь берет, Молча вновь гадает, Но никто, никто нейдет - Сводня засыпает.