Раз-два-три-четыре-пять, выхожу тебя искать (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 95

Я сидела, размазывая слезы, на пустой лестнице и будущее казалось мне темным, как подвал, в который она спускалась…

До самого ужина я занималась шитьем, сидя вместе со служанками в большой комнате на первом этаже. Руки машинально вдевали нитку, втыкали иголку, оканчивали шов, а мысли беспорядочно бродили в голове, выдавая то одну, то другую версию дальнейшего существования. Можно уйти в вольные города, да хоть в тот же Гедерсбург. Что для этого надо? Ничего лучше, чем бытовые заботы, не заставляет взять себя в руки. Итак, дорогу до моста я знаю. Вопрос первый — как выйти за ворота Штальзее, вопрос второй — как перейти мост. Положим, я попрошусь в какую-нибудь поездку с Рихтером. Ехать будем верхом, значит, можно будет ускорить передвижение, пешком все же тяжелее ходить. Чтобы уходить не в чем мать родила, надо заранее собрать вещи, ученая уже. Оружие надо подготовить заранее и вынести его за стены. Что брать? Арбалет, пару ножей — больше мне ничего не понадобится. Котелок, крупу, хлеб, кресало, соль, деньги. Да, где бы денег раздобыть? Кроме, как украсть, ничего не придумывалось. Кстати, у кого? Юнга грабануть или Рихтера? Может, вольфовцев выпустить? А что, это мысль, с ними я и уйти смогу… От подобных идиотских прогнозов стало еще гаже на душе и я до крови уколола палец. Рубашка отлетела в сторону, а я пошла на ужин, присматриваясь по дороге, где что можно прикарманить.

Кладовка запиралась на ключ, это я уже уяснила. Котелок можно было спереть только у Клотильды, но как это сделать, когда она постоянно толчется на кухне, было загадкой. Кресало тоже наверняка было там, да и не пускала она в свое царство никого. Как зайдешь на шаг дальше порога, сразу начинает подозрительно присматриваться, фыркать и смотреть в упор так, что из рук все выпадет, если сама не отберет раньше. Денег бы найти, тогда и в деревне что-то можно было бы купить.

В трапезной постепенно собирался народ. Прибежали служанки щебечущей стайкой и расселись на дальнем конце стола, оглядываясь на подходящих стражников. Прибежала Альма, увидела меня и ахнула:

— Фрау Марта, а что же вы платье-то не переодели? В нем вам куда лучше, чем в этих штанах! Если вам помочь надо, то вы скажите, я мигом прибегу!

— Спасибо, Альма, — я не знала, как отвязаться от назойливой девицы, которая выжидающе топталась рядом, — конечно, мне самой не зашнуроваться…

— Тогда я к вам прибегу перед ужином, фрау Марта, — обрадовалась она и, задрав нос, пошла к женскому концу.

Зашел Гунтер, скользнул взглядом по столам, наткнулся на меня и отвернулся, сделав вид, что не заметил.

— Добрый вечер, Марта, — поздоровался Карл, проходя мимо. — Чего сегодня с арбалетом не выходила? Мы новые щиты поставили, доски самые толстые взяли. Давай завтра с утра выходи, опробуй! Амалия, — веселый голос парня уже зазвучал ближе к женскому концу, — розочка ты моя, как я рад тебя видеть!

Девицы дружно захихикали, а Карл уже подсел к ним, умудрившись прихватить свою миску и здоровенную кружку пива.

Конрад, вошедший в трапезную в пыльной одежде и грязных сапогах, заставил всех на некоторое время примолкнуть, но поскольку никаких санкций не последовало, смех и разговоры возобновились. Немного замешкавшись, он присел недалеко от меня со своим ужином.

— Добрый вечер, фрау Марта.

— Добрый вечер, герр Конрад. Откуда приехали?

— Из Райбера, каменщиков там набирали. Вы же знаете, что по распоряжению его светлости…

— Да конечно знаю! Как сегодня прошло дело?

— Нормально, — пробурчал он, работая ложкой. — Шестерых записали в Райбере, а в Корц не успели. Дорога туда длинная, а пока в Райбере старосту искали да разбирались с селянами, так время и ушло.

— А…герр Рихтер где?

— Да во дворе, моется. Клотильда, солнце мое, положи еще, а то с утра не евши! Как его светлость проводили до развилки, так и трясемся весь день. В Райбере только молока попили и все.

Повариха унеслась на кухню за добавкой, а Миллер с жадностью выпил полкружки пива, которое вылезало плотной шапкой сверху.

— Вы вдвоем ездили, герр Конрад?

— Конрад, ты уже здесь? — Рихтер, с влажными после умывания волосами, присел рядом. — Добрый вечер, Марта. Клотильда, тащи ужин, а то помру!

Переговариваясь с Конрадом, он быстро ел, потом подошедший Юнг стал расспрашивать о поездке в Райбер и Михель рассказывал подробности, то и дело подчеркнуто обращаясь к Конраду за подтверждениями. Звучало это все бодро и весело, перемежалось прибаутками и армейским юмором, отчего к нашему концу стола подтянулись те солдаты, которые подошли позже. Ничего нового для себя я во всем этом не услышала — почти так же все было в самый первый день, разве что староста не прикидывался идиотом. Но для мужчин это было иитересно, к тому же они начали вспоминать, кто из них был в этом Райбере, кто ехал мимо, а кто что знает о тех местах и сплоченная масса слушателей опять распалась на кучки, обсуждавшие свои проблемы.

— Конрад, — Рихтер как-то сразу потерял всю веселость, стоило только окончиться его рассказу, — завтра в Корц поедешь без меня. Его светлость приказал, чтобы я к герру Крамеру съездил…

— Он все про мост толковал?

— Да, надо там посмотреть, при отъезде приказал. Возьмешь с собой пару солдат посмышленей. Справитесь сами…

— Вы один поедете, герр Рихтер?

— Один. Дорога людная, охрана не нужна будет. К вечеру вернусь.

— Герр Рихтер, — за спрос не бьют, а съездить мне туда не помешает, — можно, я с вами поеду?

— Со мной? — переспросил он, как будто не понимая, — ну поехали, раз уж так хочешь. На рассвете разбужу.

— Спасибо, герр Рихтер! Буду ждать.

Конрад хмыкнул, когда я поднялась из-за стола, чтобы пойти спать.

Посидев в кресле, я чуть не заснула, но Михель так и не пришел. Окончательно уверившись в предательстве всего рода человеческого, я разревелась от обиды и уснула, представляя себе, как я навьючиваю лошадь и уезжаю из Тевтонии куда глаза глядят.

Почти всю дорогу до Эдера Рихтер молчал или отвечал невпопад, как будто слышал меня через слово, хоть мы и ехали с ним бок о бок. В конце концов мне это надоело и я стала размышлять, как мне преодолеть границу и что потом делать. Неизвестность пугала отчаянно, но служить его светлости постельной грелкой не хотелось еще больше. Я же дура наивная, меня там изведут очень быстро, и понять не успею, кто руку приложил! Романы Дюма и Дрюона давали хорошее представление о том, что может меня ждать в Эрсене, а своей жизнью я еще дорожила, чтобы быть похороненной ХЗ где.

— Как тебе этот размах?

Мы стояли наверху обрывистого склона, где недавно точно также обозревал сверху стройку герцог Эдерский.

— Потрясающе! — без тени фальши призналась я. — Кому расскажи, что я видела, как строят настоящий средневековый мост, не поверят! Одни человеческие руки, без всякой техники…это надо видеть, чтобы понять величественность будущего моста. Когда он будет построен, то будет выглядеть совсем по-другому, законченным произведением искусства, но понять количество вложенного сюда труда можно только сейчас.

Рихтер хмыкнул, но ничего не ответил, рассматривая панораму долгостроя.

— Герр Рихтер, хорошо, что вы приехали, — подошел к нам герр Крамер. — Я уже имел честь рассказать его светлости о здешних проблемах, связанных с некоторыми свойствами этой местности, пойдемте, я вам все покажу… Мое почтение, фрау Марта! Очень рад вас видеть, поверьте! Вы тоже интересуетесь этим строительством, как я вижу? Но до продолжения укладки камня на опоры еще не дошло, пока не будет подвоза стройматериала. Пока у нас стоит другая задача — сохранить то, что уже сделано. Пойдемте же на дорогу…

Пока Крамер объяснял, что надо отводить от дороги воду и что для этого предпринято, я делала то, что и все умные женщины, когда ни фига не понимают, о чем им толкуют мужчины, то есть кивала головой, заинтересованно рассматривала те места, в которые он тыкал палкой и преданно смотрела ему в глаза, поддакивая и соглашаясь. Когда он стал выдыхаться, Михель, до сего момента молчавший, подключился к разговору и мало-помалу монолог Крамера перерос в их диалог, а я облегченно вздохнула. Не надо больше притворяться и надувать щеки для понта, можно немного поработать и в своих интересах. Мужчины вернулись к самому краю речного берега и стояли, заглядывая вниз, а снизу уже поднимались двое рабочих и герр Крамер нетерпеливо махал им рукой.