Диагноз: женщина (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 27

Парень оторопело посмотрел на меня, потом на Андрея, потом на куст, за которым шебуршали те самые гурхи.

— Я думал, вы знаете…ну птицы это, только дикие. У нас же в деревне они были, орут каждое утро на рассвете. Домашние гурхи еще и яйца несут…

Ну теперь ясно, куры это! На наших чуток похожи, так что я у Катрины их курами и обозвала.

— Ларс, если гурхи дикие, то они жесткие. Их варить надо полдня, не меньше! — Как ощипывать дикую лесную птицу я не имела понятия, да кроме того ее еще надо выпотрошить и помыть! Уж лучше хлеба поем с сыром.

— Да, варить их долго надо, — парень заглянул в кусты. — Вон по траве побежали…Не угонишься за ними с ножом.

Лес вокруг почти не изменился, разве что погуще стал. Дорога сузилась до размеров тропки, но все же была узнаваема и не пропадала. Следов на ней никаких не было видно, трава стояла непримятая и несколько мешала передвижению. К вечеру мы сделали привал и стали готовиться к ночевке. Смотреть на темнеющий лес было жутковато, мы с Ханкой пособирали рядом с тропинкой хворост и теперь, пыхтя, тащили на тропинку стволы. Надо было, как скомандовал Ларс, подготовить побольше деревьев, чтобы поддерживать огонь всю ночь. С двумя мужчинами, один из которых коренной житель этого мира, а второй с приличным мозговым потенциалом, я чувствовала себя гораздо уверенней да и два ножичка у нас есть достаточно приличных плюс топор на длинной рукояти! Топором, судя по доносящимся звукам, рубили лес для кострища — не зря его тащили, пригодился. Огонь развел Ларс, причем так ловко, что я и заметить не успела, как это было сделано, надо бы спросить при случае, а еще лучше — самой потренироваться.

Пламя то взметалось высоко, вынося рой искр, то опадало, только слышался треск древесины. Мужчины сидели у костра на толстой валежине, тихо переговариваясь, мы же с Ханкой, завернувшись в одеяла, провалились в блаженный сон.

Утро пришло, как ему и положено в лесу, с росой на траве и птичьим гомоном. Пришлось просыпаться, хотя солнце еще и не встало, только-только начинало розоветь небо в просветах между деревьями. Андрей сидел около костра, Ларс спал, Ханка притулилась у него под боком.

— Андрей, вы всю ночь караулили с Ларсом? По очереди? — он вздрогнул от неожиданности и повернулся ко мне. Ну вот, уже щетина вылезла…с бритьем и в деревне-то были проблемы, а в походных условиях и подавно.

— Да, сменялись по очереди. И дров в костер подкидывали.

— Как ночь прошла, никто не приходил? Я вырубилась вчера, как убитая…

— К нам никто не выходил. Мне показалось, что трещали сучья, но пронесло, все спокойно было.

— Андрюх, я уже все равно проснулась, ты ложись — поспи, пока Ларс не встанет, а я вокруг похожу пока.

Муж кивнул, завернулся в одеяло с головой, сонно пробормотал, чтобы я не болталась по лесу дальше трех метров и мгновенно уснул.

Надеюсь, что слухи и рассказы о нечисти за Границей, распускаемые в деревне, были преувеличены местной элитой, чтобы народец не попытался свалить на сторону. Зачем ему это было надо? Коста не производил впечатление тупого идиота, хитрый и подлый — да, но и вполне трезво оценивающий сложивщуюся в деревне обстановку. Понимает же, что постоянное кровосмешение дает идиотов в потомстве, раз даже нас с Андреем пытался разделить и обженить каждого отдельно, значит вырождение неизбежно в ближайшие поколения. Быть царем дебилов? Бр-р. А нормальная молодежь бежала бы постоянно в большой мир, вон как Ханка с Ларсом за нас уцепились, видать, допекло их совсем на исторической родине.

Жаль, рядом нет никакой воды — очень хотелось умыться, да и за несколько дней бега по лесу мы основательно прокисли…Лично я бы если и не полезла в ближайший водоем, но хоть котелком воды бы почерпала. Я обошла вокруг кострища, подкинула веток. Ребята спали, Ларс приоткрыл один глаз, увидел меня и снова задремал. Пусть поспят, они ночью тут сидели по очереди, а мы с Ханкой бессовестно продрыхли до рассвета. В лес я идти не собиралась, еще не сошла с ума, и за грибами-то когда ходили, я плутала в десяти метрах от дороги, а тут все чужое — так что в этом плане за меня можно быть совершенно спокойным, дальше прямой видимости я никуда не пойду. Деревья были мне незнакомы, но я и у нас вряд ли все названия знаю, а в более южных районах — и подавно, ягод на кустиках не видно, грибов тоже, можно просто посидеть и послушать лесные звуки.

Ларс с Ханкой зашевелились и как-то очень быстро подорвались, я уже подумывала толкнуть мужа в бок, чтобы поднимался, как он застонал во сне, а потом резко сел и затряс головой, растирая лицо ладонями. Лицо у него побледнело до зеленоватости и выглядел он ужасно.

— Рей, что с тобой, укусил кто-то? — дернулась в его сторону Ханка.

— Н-нет… — Андрей поморщился и посмотрел на свои руки. — Сон плохой приснился. И в голове сперва резкая боль, а теперь шум какой-то…

— Спал ты мало, да шли мы сколько и все дергались, что нас догонят — сплошная нервотрепка была, вот и кошмары снятся. Во сне тебя душил тебя кто-то или ты тонул? — Лучше всего, когда воспоминания о кошмарах сводятся к тому, что ты устал и издергался за день — тогда быстрее можно убедить, что не надо обращать внимание на сон. Вещие сны не мне, ни мужу, насколько я помню, никогда не снились, были мы прагматиками до мозга костей, а вот процесс утонутия был, когда муж пришел как-то в хлам пьяный и заснул, завернувшись с головой в одеяло. Заснуть-то заснул, а под утро в нем запутался, да так, что чуть не задохнулся. Правда, он тогда заорал как будто его режут, я стащила с него одеяло и в перерывах между охами, стонами и жалобами на больную голову узнала, что во сне же он уже почти утонул и никак не мог подняться со дна…

Андрей посидел, бледность начала медленно сходить с него и я сунула ему под нос бутылку с водой.

— Ты попей, пройдет. Как до какой-нибудь речки добредем, я травы заварю, у меня с собой взяты специально для поддержания сил. Да, тут Катрина мне сунула узелок с амулетиками, — я спешно перебирала наш нехитрый скарб в его поисках, — так там один был от вреда, вот он!

Я уже вытащила и узелок и подвески, завернутые в тряпочку, как же я забыла про них? Раз магия в этом мире есть, то и такие амулеты могут пригодиться, лишь бы действительно помогали. Амулетик выглядел, как деревянный кружок с темным камушком посередине. Кожаный шнурок крепенький на вид…Я протянула его мужу.

— Одевай, хуже не будет, надеюсь. А ты нам еще здоровый нужен!

— Кать, я что, буду теперь с этими дурацкими побрякушками ходить? И ты веришь в эту лабуду, что какой-то камушек поможет от головной боли? — он уже был явно раздражен и долгой дорогой и тем, что все видели его слабость, а теперь еще и навязывали какой-то амулет, а его не спросили…знакомое упрямое состояние. — Не надо делать из меня идиота, я его носить не буду!

Ханка подошла ближе и взяла подвеску за шнурок. Показала Ларсу, тот посмотрел на вещицу и покачал головой.

— Я не маг, не разбираюсь в таких вещах. Но Катрина зря бы не дала, если б не беспокоилась о вас. Она женщина хорошая, плохого от нее никто у нас не видел. Одел бы ты ее, Рей, мало ли что..

Но очередная вожжа уже попала под мантию и Андрей наотрез отказался от амулета, обозвав его мракобесием. Подумав, я решила повесить его на себя. И не потеряется и поможет, если действительно для этого предназначен. Был еще один, от нечисти — его я протянула Ларсу, он быстрее сообразит, что делать, когда почует что-то неладное. Шарик я оставила в тряпице, потом разберемся, для чего он служит.

Мы пошли дальше.

— Ханка, а в деревне амулеты носили какие-нибудь?

— Конечно! — Девушка остановилась и вытянула из-за пазухи мне под нос целых три. Камушек плоский в кожаной оплетке, деревянная загогулина и косточка, нет, кусочек косточки в виде крошечной трубочки. Быстро спрятала их обратно и стала объяснять. — Обязательно от сглаза нужен амулет, ты же не знаешь, кто и как на тебя посмотрит! Иной взгляд дурной очень много вреда может навести, а избавиться от него сложно, легче амулет повесить. От морока тоже амулет нужен — мало ли кто где решил спрятаться, а ты если и не увидишь, то почувствуешь, что не так что-то рядом с тобой. Мужчины амулеты не очень любят, но потихоньку носят, особенно когда жену молодую берут, — тут она хихикнула в кулак. — Я думаю, что Коста такими бы обвешался весь! Ой, Рина, прости, ну очень прошу, не хотела я…