Диагноз: женщина (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 5

— Между прочим, нам даже самой захудалой тропинки не попалось! — муж со злости ударил палкой по ближайшей ветке. — Что это за места такие дикие…и лесоповалов нету, странно…и сосны эти какие-то ненормальные, стволы не обхватить. А если тут такой дикий лес, то и зверье может водиться…и змеи запросто ползать могут…

Андрей то ворчал, то тихо ругался, вспоминая чью-то мать. Про диких зверей я пока старалась не думать хотя бы для того, чтобы самой не начинать сходить с ума от страха при каждом непонятном звуке, доносившемся до нас. А звуков хватало! Свистели птицы, изредка доносился непонятный звук типа скрипа, кто-то ухал вдалеке, а ветер, пролетавший по вершинам, создавал иллюзию вполне осязаемого шума электрички вдалеке. Оставалось только с маниакальным упорством идти незнамо куда.

Солнце стало уже садиться, когда мы вышли на небольшой косогор. Впереди, насколько можно было видеть с обрыва, были видны низкие холмы, основная масса леса стояла по правую руку, влево лесная опушка перерастала в заросли каких-то кустов. Что было за холмами, мы не могли разглядеть в сгущающихся сумерках, но что там не виделось никаких огоньков, намекающих на присутствие людей, так это точно.

— Все, привал, ноги ни к черту! — в сандалетах по лесу не походишь, факт, и ноги Андрей себе, похоже, все-таки сбил. — И ведь вода никакая так и не попалась, зараза!

— Согласна, ноги хоть отрывай и выбрасывай, и от мытья бы я не отказалась, вся уже потом провоняла. Тут и будем ночевать? — на склоне косогора, под корнями сосны, виднелась приличная выемка. — Давай, углубим ее, там вдвоем можно поместиться будет. И спина защищена и роса не замочит.

— Надо бы еще веток наломать или травы нарвать, на чем лежать ночью. Кать, ты начинай рыть, а я..

— Ну уж нет, ты и так ноги сбил, давай ты будешь рыть, а я пройдусь до ближайших кустов за ветками. — Подобающие кусты виднелись совсем рядом со склоном, внизу спуска и не носили вроде бы никакой опасности своим видом. — Там и трава высокая растет, мне пока проще, я в ботинках все-таки и в носках.

К моменту, когда солнце уже совсем закатилось, мы, вытянув стоптанные конечности, сидели у выкопанной пещерки на куче веток и делили продукты. После дневного перехода сожрать можно было много, но еще неизвестно, какой путь ждал нас впереди, пришлось доесть колбасу с хлебом, огурчики-помидорчики с майонезом и запить пивом. По банке. Когда на лес упала темнота, мы уже загородили вход упавшими стволами (авось, помешают нас сожрать!) и повалились на подстилку из веток, прижавшись друг к другу. Мысли о клещах и прочих кровососах пропали, как только моя голова упала на локоть. «Не забыть утром перетряхнуть одежду и осмотреть…»

Солнце нас разбудило, когда его лучи пробились к нам через импровизированную дверь. Целы, все в порядке, только песок насыпался сверху немного. От холмов поднимался легкий парок, щебетали первые птицы.

Ноги гудели, спина разогнулась со скрежетом, голова чесалась и очень хотелось умыться и почистить зубы. Увы…с водой проблема так и не решилась. Пришлось обойтись кусочком веточки, разлохмаченным в труху. Разделись, тщательно вытрясли одежду и волосы. Клещи, они, знаете ли, такие сволочи….но обошлось, подлых тварей на нас не обнаружилось. Поели булку с сыром, запили минералкой и двинулись в сторону холмов, благо роса на солнце уже высохла.

Холмы оказались небольшими по высоте, полностью заросшими травой. Никаких указателей и табличек рядом не попалось, поэтому мы пошли дальше вдоль кромки леса. Через какое-то время заросли кустарника заставили нас опять свернуть в лес — в тени деревьев не было той жары, которая начинала накатывать на опушке, как только мы на нее выходили. Край леса уходил дугой в сторону, мы же пошли, стараясь придерживаться южного направления, насколько это было возможно.

Шли мы молча. Вообще в лесу и так не поговоришь, не по дороге гуляешь все-таки, а когда приходится экономить оставшуюся воду и ноги гудят, то и подавно нет никакого желания давить из себя слова. О чем говорить и спорить? О правильности пути? Так мы вольны топать на все 360 градусов, предпочтений нет никаких. К слову сказать, я даже глаза закрыла и так постояла какое-то время, в надежде, что шестое чувство подскажет что-нибудь направительное. Не подсказало ничего. Андрею, похоже, тоже, судя по его мрачному взгляду. О нашем местонахождении спорить? Дело гиблое на корню, поскольку даже предположений никаких нет. Сосны тут высоченные, но это мы их соснами называли, потому что прямые стволы и иголки, а они могут быть и кедрами и еще хрен знает чем. Кусты какие-то с листьями — то ли орешник, то ли ольховник. По ботанике нам двойка. Обоим.

Рухнули на землю где-то в середине дня. Жарко, над головой гудели какие-то насекомые, в кронах шумел ветер.

— Я столько пешком со студенческих времен не ходил, — вытянув ноги, пожаловался Андрей. — У меня уже скоро пятки прохудятся от этого бесконечного топтания! Хоть бы на воду набрести, куда вся она запропастилась?

— Когда в Испании вырубили все леса, то у них пропали и реки. Исторический факт. А тут такой лесной массив, что хоть какая-то речушка нам обязательно попадется. — А что, разве не так? Видать, мы по какому-то водоразделу бредем, раз ничего пока не попалось. Да и мужика обнадежить все-таки надо, а то скуксится раньше времени. — Ты за своими железками и стрелялками вообще забыл, как природа выглядит, а?

— К черту эту природу! — Андрей аж затрясся от злости. — Вот выберемся отсюда, ноги моей в лесу не будет, ничего мне не надо, обойдусь! — Он закашлялся и приподнялся из травы. — Я не Тарзан, чтобы в диком лесу жить, предпочитаю виртуально бороться с трудностями!

— Я бы тоже с ними боролась виртуально, да судьба нам подгадила, — какая-то зараза заползла мне в волосы и теперь вовсю там сучила лапками. Поймать не удалось, а давить всякую дрянь на голове не хотелось. — Глянь, что за тварь там у меня в голове копошится?

Я подошла к мужу и опустилась на четвереньки, наклонив голову. Плохо дело, раз уже на корточках нет сил сидеть. Андрей вытащил у меня из волос жука и с интересом его рассматривал. Ну и что там такое, жук как жук. Я и не таких видала.

Вставать и идти не хотелось совершенно, желудок горестно взвыл и затих. Понял, что ничем горячим его сегодня опять не побалуют. А когда-то ведь я так не любила суп…Нет, лучше не вспоминать пока ничего, а то слюной захлебнусь. Пожую горбушку помедленнее, чтобы долго все падало, Андрюхе явно тяжелее, чем мне приходится, мужчина все-таки.

Пока валялись, набежали легкие облачка, жару немного сдуло и пришлось опять подниматься и топать вперед. Всего второй день в пути, а мне кажется, что мы уже неделю идем. Вода, где же эта вода?

Вожделенный ручей перегородил наш путь ближе к вечеру. Это было такое счастье, что мы просто застыли, увидев перед собой быстро бегущую чистую воду, камешки на дне и высоченную траву, растущую на кромке берега. Мыться, мыться, скорее мыться!

Пока еще жара не спала, «постирали» замызганные вещи и разложили на солнышке на высоких кочках жесткой травы. Так быстрее высохнут…Не стали стирать только Андрюхины джинсы — вдруг до сумерек не высохнут, а ночевать без штанов как-то стремно да и холодновато. С первыми сумерками натянули на себя подсохшие шмотки и двинулись к краю леса искать место для ночлега. Действия те же, что и вчера: откопать под корнями ямку на склоне, наломать веток, пожевать остатки припасов. Выпить последние две банки пива. Сумерки сгущались довольно быстро, как у нас в средней полосе.

Я вытянула ноги, ботинки стояли рядом, просыхали. Весь день топать в закрытой обуви по такой жаре — врагу не пожелаешь, но по лесу я предпочитала ходить именно в такой обуви, ноги целее будут. Ладно, не в домашних тапочках сюда свалилась, и то хорошо.

— Ты заметила, что нам за два дня пути не попался никакой мусор? Никаких банок от пива, фантиков и бумажек? — похоже, Андрею эта мысль давно не давала покоя. Он попытался привычным жестом смять банку из-под пива, но я отобрала ее. — И ни одной тропинки тоже не попалось.