Диагноз: женщина (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 63

Так что после окончания Великой Войны времена были все равно тяжелые, да еще и усугублявшиеся тем, что большая часть магов просто погибла в бессмысленной бойне всех против всех, а оставшиеся в живых ученики и необученные одаренные, прятались по глухим углам. Тигор же объявил, что призывает оставшихся в живых почтить своим присутствием королевский двор, дабы оные маги могли обрести кров и защиту в обмен на свои знания. И не просто обмен, а королевским указом была основана Магическая Академия, где каждый, имеющий способности, мог изучать магию и трудиться на благо королевства и свое собственное. Оды в честь Короля пелись на главной площади теперь уже не замка Аргор, а города, ставшего столицей королевства. Одновременно с этим мудрый и просвещенный Тигор направил делегацию к аркам. Племен в Степи было много, но слух о том, что в новое королевство степняков приглашают на равных с людьми правах, всколыхнуло устои. Одно из племен (подозреваю, слабое звено) целиком пришло жить на территорию Тигории, основав поселение Аракан. Ну, чем не наши казаки? Стоит упомянуть о том, что стычки между племенами в Степи были делом житейским и Аракан не стал троянским конем в обороне королевства. Приглашение же арков в королевство возымело свое действие — из разных племен приходили и семьями и поодиночке попытать другой жизни. Арки были хорошими воинами, ценились за свою неприхотливость и выносливость и постепенно вливались в будущую армию королевства если не в столице, то уж на рубежах с тельви точно. Шло время, территория Тигории перестала расти, сдерживаемая землями тельви с одной стороны, степными арками с другой, окрепшими лердами с их желанием не подчиняться никому и еще кучей всяких мелочей, досадных при управлении даже небольшой страной. Судя по всему, тельви были как кость в горле — и воевать с ними тяжело, армия была и так невелика, и вечные конфликты имели место быть на рубежах — почти как у нас перед Великой Отечественной. И тут король Тигор удивил меня несказанно — в книжке сей факт был изложен весьма расплывчато, но на полке нашлось жизнеописание некоего Стримура, перед смертью занимавшего пост начальника личной охраны короля. Начинал же свою боевую жизнь Стримур наемником в одном отряде с Тигором. Скорее всего, он был старым боевым другом и доверенным лицом короля до самой своей смерти, небось и планы экспансий вместе разрабатывали. Так вот, штудируя обе книжонки, выловила я замечательный факт — при дворе был организован приют для сироток, отдельно мужеска, отдельно женску полу. В приют привозили детей почти со всей Тигории, воспитывались они, ессно, в духе почитания трона и власти. А вот потом на границу с тельви и был послан тот самый Стримур с взводом солдат и…взводом воспитанниц приюта. Где они, воспитанницы, стали нести рубежную службу. Девочкам было от шестнадцати до восемнадцати лет, они хорошо владели оружием, были неплохо образованы и хороши собой. Этот факт Стримур подчеркнул в своих воспоминаниях, между прочим. Историческая же книжка напыщенно проговорилась, что женский батальон оказал неоценимую услугу Тигории, вследствие чего тельви сперва стали лояльно относиться к королевской власти, а в дальнейшем данная область добровольно присоединилась к королевству. Вот это, я понимаю, был ход! Пятая колонна сработала чисто, не подкопаешься. Судьбы девушек никого не интересовали, в масштабах безопасности границ на такие вещи тут просто не обращали внимание. Не дай Бог попасть в такие жернова…Я зябко повела плечами. Внизу стукнула дверь и послышались голоса, пришлось сунуть книжку на полку и приняться за работу.

Как назло, всю неделю я никак не могла попасть в вожделенную комнату. Хозяйка была постоянно дома и шныряла по коридорам, Бирка бегала с вещами из сундуков, то что-то вытаскивая, то запихивая обратно, менялись занавеси и ковры — в общем, стояла совершенно бестолковая суета, от которой в доме не было ни малейшего толку.

Я устало выбила очередной ковер и умылась. Наверное, этой пылью я уже просто наелась, а запах ее стоит в носу! Мыться приходилось через день, а юбку и кофту я постоянно выбивала вечером во дворе, прежде чем лечь спать. Было очень обидно, что никак не дочитать «Правдивейшую историю…», тем более, что уже довольно бегло разбирала написанное и мне бы хватило совсем немного времени. Приходилось радоваться хотя бы тому, что часть истории страны мне уже знакома и я не буду задавать глупейших вопросов. Свои выводы я, пожалуй, оставлю при себе — неизвестно, как могут отреагировать на них аборигены. Судя по всему, Великого Короля Тигора тут любили и уважали, ляпну не подумавши что-нибудь, запросто голову снесут. Кстати, по аналогии с родной историей великими у нас кого только не звали — князья, герцоги, курфюрсты и даже инквизиторы были с этой многозначительной поправкой, а вот королей великих да в таком названии, как Тигор — не припомню. Вроде был Карл Великий…чем велик — помню только из школьного курса, что завоевывал все, что плохо лежало, а потом его за это окрестили императором. Вполне возможно, что тут до подобного титула мозги не дошли, остановились на «Великом». А, еще он сам по себе здоровым мужком был, что наверняка способствовало прозвищу, аж 192 см, по тому времени это было ого-го! Может, местный Тигор тоже был этаким Шварцем? Сам мечом махал впереди всех — подобная тактика у нас в Древнем мире была повсеместно, чтобы предводитель был зело силен и вел за собой народ в бой. Это потом пришли к выводу, что полководцу надо еще и умным быть, а впереди бежать не обязательно. Граф Суворов-Рымникский это хорошо продемонстрировал… И ведь ни одного портрета этого Великого нигде нет, так бы и вопрос отпал сам собой! Хоть бы аллегорично рисовали, как египтяне — фараон ближе всех к богу, значит, самый большой, дети — помельче, враги вообще как муравьи в ногах. Фараоны, кстати, великими не были, несмотря на все свое божественное происхождение, а воевали постоянно и страну объединили, даже корону двуцветную носили. Но это, опять же, у нас, а здесь все может быть по-другому, хотя логику человеческую никто не отменял. Скребло только вот странное выражение про объединение разумных, так и вижу перед собой передовицу «Правды» с орденами Ленина и лозунгом над ними…

В последний день работы у Вайниры я еще раз попыталась дернуть дверь гостиной. Увы, закрыта. Очень жаль…

При расчете я получила небольшой мешочек с серебром, всего тридцать монеток.

— Две монетки в день и еще две лично от меня, — Вайнира пристально смотрела, как я пересчитала свою первую в этом мире зарплату и сунула ее за пазуху. — Это за то, что работала, когда никто не подгонял. Не хочешь остаться у меня работать?

— Нет. Мне надо идти в Аргор. Я должна помочь одному человеку.

— Жалко. Если вернешься, обращайся. Ты мне понравилась.

Вайнира отвернулась и занялась своими записями в толстой книге, потеряв ко мне всякий интерес.

За поздним ужином я сообщила Корнелиусу о своих деньгах и предложила ему пять монеток. По-моему, вполне разумная плата за мое проживание у него! Маг замахал руками, но я напомнила, что меня к Грате не просто так сопровождали Торан и Аллен, наверняка им надо было платить. Маг поупирался еще немного и сдался, а мне наконец стало легко — не люблю ходить в должниках. Заодно выяснилось, что обоз Джанира выходит из города через два дня. Собирать мне было особо нечего, но порвались штаны, значит, нужны еще одни с собой. И рубашку хорошо бы лишнюю. И одеяло. И мешок, в который класть свои немудреные пожитки — оставшуюся траву, которую мне еще Грата дала, портянки нужны запасные, нитки-иголки, вроде бы еду надо какую-никакую взять, воду…опять целый мешок наберется. И денег поубавится изрядно.

— Корнелиус, я бы хотела сходить к Джаниру, спросить — что надо с собой брать, как там в дороге с едой?

— Что возьмешь, то и съешь сама. Много не бери, по жаре испортится. Одеяло лучше бы свое брать, но за серебрушку он может тебе и даст попользоваться своим. — Магу было явно неинтересно обсуждать со мной эти проблемы. — В утро отправления за тобой зайдет парень, по дороге все узнаешь. Времени много будет на болтовню.