Диагноз: женщина (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 69

— Рина, так это тебя Аллен с Тораном отвозили? — покрутив головой, я выцепила из сидящих мужичка средних лет. — А я-то как Аллена первый раз послушал, так и не поверил, решил, что парень привирает…все говорил, что рожа была, как у жабы страшная, когда к Грате ехали с тобой. А я смотрю, так ты и совсем нормальная стала, даже красивая! Ну, ты-то помнишь, — он толкнул в бок сидящего рядом здорового мужика, — ты тоже тогда Аллена слушал, да и потом твоя жена с моей тещей все трещали, пока ты их не погнал!

При последних словах мужик оживился и подтвердил, что жену свою он действительно погнал, а глупости ихние он слушать не горазд, потому как молчащая жена ему нравится гораздо больше. Первый же мужичок уже что-то рассказывал своим соседям, тыча в мою сторону пальцем и строя жуткие рожи. Вот так и рождаются нездоровые легенды…Центр внимания заслуженно переместился с меня на нового рассказчика, слушатели тоже перекочевали поближе к нему, а я пошла с кружкой за теплым отваром.

— И сколько же ты наврала в своей истории? — еще один ехидствующий элемент решил показать, что мужчины — это венец творения, а все остальные и ногтя не стоят.

— Торкеш, все, что я сказала — это чистая правда. Вранье и наговоры могут дорого обойтись.

— Может, твой муж просто у другой бабы решил остаться, а она его к себе заговором приворожила? Тогда и к магам ходить не надо, такие привороты рассеиваются через луну. А ты в отместку решила в Харлах сбежать, да нового мужика себе найти? Вот это больше на правду похоже..

— Торкеш, мне все равно, что у тебя похоже на правду, а что не похоже. Ты можешь верить, можешь не верить, это твое дело, я никого не убеждаю и никого ни о чем не прошу. Меня попросили, я рассказала.

— Но рассказала-то далеко не все!

— А зачем все рассказывать? Лишние подробности для чего поминать? Для того, чтобы посмаковать у костра вечерком? Так это уже бабьи сплетни будут, а помощи от них никакой. Ты, что ли, помогать мне будешь?

— С какой стати это я буду помогать тебе? — мужчина возмущенно даже отшатнулся в сторону.

— Что и требовалось доказать. Чего тогда возмущаться, что я не все рассказала?

— А ты не о муже, которого у тебя увели, расскажи, а о себе… — голос Торкеша стал вкрадчивым и тягучим, как патока. — Я послушаю, может, и помогу чем…

— Нечего мне о себе говорить, — отрезала я холодно. Опять эти игры начинаются… — Неинтересно тебе это, да и не нужно. А помощь…знаешь, я дойду до этих магов, чего бы мне это ни стоило. Будь здоров.

Прислонившись спиной к тележному колесу, я смотрела на звездное небо. Темно-синее ночное небо, звезды яркие и как будто перемигиваются друг с другом. Наших созвездий я почти не знала, только Медведицу да Кассиопею, да еще Млечный Путь рассматривала. Тут совершенно другие россыпи звезд, глупо искать среди них знакомые, можно только помечтать, что будет, когда я вновь увижу мужа. Прикрыв глаза и попивая из кружки теплый отвар, я вспоминала его лицо, губы, глаза…Вот мы сидим у компа в нашей квартире, рядом тычется головка Валерки — он тоже с интересом уставился в монитор. Андрей берет его на руки и показывает, как надо нажимать клавиши и что высвечивается на экране, сын радостно бьет ладошками по клаве, а муж терпеливо учит его буквам…Воспоминание было таким ясным и четким, что я протянула руку и легко дотронулась до плеча Андрея. Он обернулся и я провела указательным пальцем по его щеке, а он прижал ладонью мою руку к губам. И это было так близко и осязаемо, что слезы потекли сами собой…Только я никак не могла понять, почему мы сидим за компом, когда Андрей остался там, у Мирандины, а я шла с караваном…Ох, черт, это же был сон, точно! Мне приснился такой страшный сон, а на самом деле мы сидим у компа с сыном! Я так обрадовалась, что все страхи позади, что потянулась к мужу..

— Андрей!

Лицо сидящего напротив мужчины было совершенно чужим. Увы, сном было именно то видение у компа, где были муж и сын. А явью — повозка, у колеса которой я заснула, иномирная ночь вокруг и мужчина, прижавший мою ладонь к своим губам. А как во сне все было замечательно!

— Андрей… — ускользающий образ стушевался и расплылся в потоке слез, я отдернула руку и нащупала кружку с отваром. Остыл уже, значит, давно уснула.

— Это твоего мужа так зовут? — мужская жесткая ладонь провела по щеке, стирая слезы.

— Да. Так его звали дома. Здесь его звали Рей. — Допив отвар, я поднялась и потерла шею. Действительно, заснула, даже шея затекла и едва шевелится, да и сама замерзла. Зябко передернув плечами, я пошла к повозке.

— Подожди, Рина. Ты сидела, я присел рядом, а ты протянула руку и погладила меня по плечу, а потом по щеке…

— Не ври. Я только дотронулась до плеча и провела по щеке пальцем. Но в этот момент мне снился муж, я была уверена, что это он.

— Но трогала-то ты меня, а не его!

— Торкеш, это ты? Прости, в темноте не вижу. Ты сны видишь?

— Бывает иногда.

— А у тебя никогда не бывает, что то, что видишь во сне, почти реально, как живое? Вот и я видела такую реальность, понимаешь, я видела Рея живым, а не куклой с пустыми глазами. И я хочу вернуть его в мир живых. А то, что тебя трогала — извини, если оскорбила. Искренне этого не хотела.

— Ты спишь в повозке? — Торкешу явно хотелось поговорить, но на мой взгляд это было уже лишнее.

— Да. Будь здоров.

Завернувшись в одеяло, я прислушалась. Все было тихо, в лесу раздавалось далекое уханье, что-то потрескивало в кустах, перекликались наши дозорные. Послышались тяжелые шаги, тихий разговор, шаги удалились…я провалилась в сон.

Проснулась я от воплей и визгов, несущихся буквально со всех сторон. Рычание, опять визг, ржание лошадей, ругань — да что там произошло? Судя по всему, рассвело недавно, я намотала портянки, зашнуровала ботинки и вылезла наружу из-под теплого одеяла. На полянке, где вчера был костер, лежали несколько трупов собак или похожих на них зверей, пушистеньких таких с длинными хвостами. Галата, вся красная, вовсю препиралась с одним из охранников, мужчины осматривали лошадей, еще двое оттаскивали убитых зверей в сторону и там снимали с них шкурки.

— Халки, — коротко пояснил мне один из охранников. — Обычно они трусливы, но когда их собирается небольшая стая, могут напасть. Решили, видно, что у нас легкая добыча, да Галата до кустов собралась как раз, перепугалась, когда на нее кинулись. Покусать не успели, она завизжала, они врассыпную, тут мы и подоспели.

Зверьки напоминали небольших лис острыми мордочками, только хвосты были тощие и длинные и имели вполне приличные шкурки, если тут их кто выделывает. Двое мужиков наскоро забрасывали ободранные трупики песком и землей, в ручье отмывали от крови оружие охранники, я пошла умываться выше по течению, там, где сидела вчера вечером. За спиной хрустнула ветка и послышались шаги.

— Ты ушла далеко от каравана, — так и есть, Торкеш решил проявить заботу.

— Разве? По-моему, тут всего двадцать шагов, разве это далеко? Халки же все перебиты, да и днем они не нападают…

— Глупости, за ногу тяпнет, горячка может пойти, — мужчина, похоже, говорил серьезно, легкий меч в его руке подтверждал это. — Мойся быстрее и пошли к обозу.

А на сапогах-то кровь…и на рукаве рубашки тоже…На поясе три метательных ножа, рубашка мокрая от росы и от пота, короткий темный ежик волос в иголках и паутине, худое загорелое лицо поцарапано. Он огляделся по сторонам и чуть улыбнулся одной стороной рта.

— Не веришь, что халки могут наброситься?

— У нас таких зверей не было, но искушать судьбу не буду. Раз говоришь, что они могут быть опасны, верю.

К обозу мы вышли, когда лошадей уже впрягли и все расползались по повозкам. В животе громко заурчало — так я и не поняла, кто и как тут завтракает, придется опять днем хлеб с сыром жевать, запивая водой. Поблагодарив Торкеша, я пошла к своей повозке. Кстати сказать, в ней, кроме меня и Марта ехали еще двое охранников, которые днем спали как убитые и даже не храпели. Когда я на них наткнулась, то решила, что это два трупа и поползла к Марту. Тот проснулся на своем облучке и долго не мог взять в толк, чего я так испугалась, лишь после того, как он сползал в повозку и посмотрел, то расхохотался от души. Тут же рядом нарисовался Нерен на коне верхом, с любопытством заглядывая в повозку. Март, выбравшись из сумрака фургона, начал пространно рассказывать парню о моей находке, выбирая из головы соломенную труху. Нерен долго слушал, попутно они с Мартом обсудили возможность провоза в повозке еще пары мужиков, мол, я все равно ничего не вижу, хоть и рядом сплю и, довольные болтовней, разошлись. Вот уж точно, от безделья мозги ссыхаются, кто бы обвинял женщин в сплетнях, но только не мужчины!