Сеня. Миссия Наследной Йагини (СИ) - Полоскова Дина - Страница 25

— Моя помощница, — высокомерно бросил маг лакею, даже не глядя на него, проходя мимо. Сейчас он вел себя как истинный наследник герцогства. И такая уверенность читалась на его лице, что не пропустить нас слуги не посмели. Сударь Лиодор не услышал ехидного бабского шепота за спиной:

— Понятно, какая она помощница, чему помогает, — оглянулась и уставилась прямо в глаза все еще красивой бабе средних лет со слегка оплывшей талией.

— Еще одно слово, и попрошу мага навеки лысой сделать!

Ужас на лице нахалки и ее стремительно уносящиеся шаги, переходящие в легкую трусцу, были мне наградой.

Унижения переносить я была не намерена.

Глава сидел на кушетке в своих покоях, рядом с окном, и луч жаркого солнца падающий на правую сторону его лица, вызывал у него испарину. Однако мужчина не шевелился, смотрел прямо перед собой, и совершенно не реагировал на очевидно мешающий ему свет. В наступившей тишине было отчетливо слышно, как стекающие капли пота мерно стучат о половицы. Маг недобро покосился на слуг, а потом приказал всем выйти из комнаты. Вышли все, кроме городского доктора, который тоже здесь обитался, но, похоже, больше мешал, чем помогал. Пришлось мне вмешаться — ведь видела же, что доктора не больной задержал в комнате, а мои бедра. Точнее, не совсем мои, а те, которыми маг меня наградил. Я церемониться не стала — все равно здесь все свои, а глава никому не расскажет, и усадила городского целителя на креслице в дальний угол, предварительно оглушив стазисом. Сударь Лиодор присвистнул, а я пожала плечами. Мол, и что? Если я целительница, так что мне его липкое внимание терпеть? Нужен он здесь больно.

Попробовала прислушаться к больному особым образом — то есть, услышать, увидеть все так же, что и он. Плохо. Очень плохо. У него звон такой неприятный, свистящий в ушах стоит. А видит все, как в тумане, только с плавающими звездами. Хочет пошевелиться, но не может. Я начала плести заговор, махнув рукой на мага, точнее на его предложение помочь. Пусть с верлиоками да умрунами помогает, а здесь не лезет. Заговор долгий, очень сложного плетения, я не делала его никогда еще, только в книжках читала и как-то, маленькой еще, видела, как баба Рая плетет. Отчаянно боялась перепутать магические нити, памятуя главное правило целителя — «Не навреди». Впрочем, глава был так плох, что я заведомо старалась не думать об исходе лечения. У бабули тогда получилось, но не факт, что и у меня сейчас выйдет. У нас разный резерв силы, а об опыте и образовании и говорить не приходится. Что ж. Практика и только практика, — говорят бабули. Теория хороша, но без практики ничему не научишься по-настоящему. Вот сейчас, стоя за плечами этого почтенных лет, но крепкого человека, сплетая нити магической энергии и пропуская их по энергетическим меридианам его ауры, я как никогда была благодарна бабулям за суровый подход к моему образованию. За бессонные ночи, проведенные в деревнях с больными селянами и скотом, за особую строгость домашних экзаменов, за самые что ни на есть жесткие, повышенные требования к моим знаниям, пробелов в которых бабули не допускали. Баба Рая рассказывала, что в Университете, или Академии, где целая группа студиозусов сдает экзамен, у последних нет-нет да и проскочит шанс подсмотреть, списать, получить баллы обманом. И потом получаются недоучки, что для работы целителя совершенно недопустимо. То есть внучку свою Йагини натаскивали по полной.

Я недоуменно перевела взгляд на получившийся заговор, разноцветной сетью окутавший главу. Сударь Лиодор с интересом следил за моими манипуляциями. Вот несносный! Сидит тут, отвлекает своими умными голубыми глазами в угольно-черных пушистых ресницах! Вон как зыркает, даже рот приоткрыл. У меня даже дыхание сбилось. Ну, вот почему он на меня так действует? Ведь это нечестно. Я-то, похоже, даже отблеска подобных чувств у него не вызываю. С досады я чуть не сплюнула, как давеча наш лесной друг, вот о чем, спрашивается, я думаю во время такого сложного лечения?

Однако отвлечься на мага оказалось даже полезным — вернув взгляд к заговору, увидела, что свечение магической сетки, текущее по одному из важнейших энергетических центров, потускнело — значит, энергия туда уходит больше, и заговор там не помешает укрепить. Исправив неточность, я приготовилась активировать сетку.

— Сударыня, — негромко, видимо, чтобы не испугать меня, проговорил сударь Лиодор, — Заклинание, точнее заговор у вас получился очень сложный. Вы, активировав его, вольете в него весь свой магический запас. Вам банально сил даже на лавку готового платья не хватит, я не говорю про дорогу.

А он прав. Если магических сил не хватит, сотворенный заговор выпьет жизненные. А о том, как тяжело потом восстанавливаться, думаю, и упоминать не стоит, итак все ясно.

— Что вы предлагаете?

— Как что? — изумился маг, — Возьмите часть моей силы.

Я в раздумьях покачала головой. С одной стороны, мне понадобится много сил для активации заговора, наложенного на главу. С другой — непосредственный магический контакт, это… Это ближе, чем телесная близость. При этой мысли меня немного качнуло в сторону. А если физическая близость этого брюнета с его тролльим животным магнетизмом вытворяет со мной такое… Такое прерывистое, тяжелое дыхание, слабость в коленках, жар и озноб одновременно, то что же может быть от магической?

— Хессения, — прошептал маг, — Не упрямься. Возьми столько, сколько надо.

Ничего себе! Я еще не согласилась, а этот нахал уже со мной на «ты». Быстро, однако.

Брюнетистый маг, видимо решил, что мои сурово нахмуренные брови говорят о раздумьях, и он продолжил:

— Обещаю, я ни движения не сделаю, чтобы помочь тебе, просто откроюсь. Ты сама возьмешь столько, сколько нужно. Все-таки у меня опыта и силы побольше — я Посвященный маг. И оборотень, забыла? И вообще, я сильнее!

Что сильнее-то — то да. Видели. Рассматривали ауру с пристрастием, так сказать. Тогда еще, в лесу, когда он открылся и позволил мне увидеть, что он оборотень. Я еще раз окинула взглядом сотворенную магическую сетку, главу — крепкого, даже привлекательного мужчину с безучастным, потухшим взглядом, и решилась. Пусть этот взгляд останется потухшим по той причине, что от него сбежала женка, но не от этой тяжелой болезни, которая постигла его из-за горя, предательства. Здоровый мужик — у него подрастает замечательный сынишка, которому нужен пример для подражания, да и просто отец рядом. Еще приведет в свой дом новую женку, лучше прежней, и не такую противную. А если не получится ничего сейчас — придется задерживаться здесь, и возможно надолго. А мне догонять Йожку с Демкой надо! И оставить этого несчастного я тоже не могу, хоть и чужой, незнакомый человек! Для целительницы все одно… Дивная Макошь, не оставь свою неразумную дочь!

Слегка трясущейся от напряжения рукой я коснулась центра распахнутой ладони мага.

Приготовилась, открылась, и активировала заговор. Сила привычно хлынула из меня, но на этот раз слишком мощным потоком. Я решила: лечу главу собственной магией, и только, когда дело дойдет до жизненных сил, возьму немного у Дарнийского оборотня.

Никогда я еще не плела такой сложной магической сетки. Сила так стремительно текла сквозь мои пальцы, что я сама не заметила, как магический резерв практически опустел. В глазах потемнело, запрыгали звездочки, я поняла, что секунда — другая — и я теряю сознание, а активацию заклинания прервать никак нельзя. Тогда несмело и неловко потянулась за магическим резервом мага…

И вот это да! Я не знала, что на свете вообще бывает такое! Все эти мои подкошенные коленки, жар, испарина, чувство неловкости и красные, как маки, щеки оказались просто детскими игрушками, по сравнению с тем, что я ощутила сейчас. Кровь бешено запульсировала в висках, в ладонях, и в других, слишком уж потаенных местах. Сердце как будто оборвало свой ритм, проваливаясь в абсолютную пустоту, бездну, и тут же, испуганное, заколотилось, как ненормальное. Коленки не затряслись, нет, они просто стали как ватные и сложились, из-за чего я неловко уселась на пол, рядом с креслом, на котором сидел глава.