Сеня. Миссия Наследной Йагини (СИ) - Полоскова Дина - Страница 50

Невероятным усилием воли заставила себя подпустить разумных, деловых ноток в голос:

— И все-таки, сударь, о какой ночевке вы говорите? Неизвестно, как хозяин отреагирует на наше самоуправство, когда вернется домой?

— А никак не отреагирует, — развел лапами с подоконника непонятно как опять появившийся там бесенок.

О, светлая Макошь! Он так уверенно это сказал! Так уверенно! А еще он сказал, что… Что сударь Лиодор… Отпускал элсмирского волка на охоту… О боги, за что мне это?!

— Потому как это Бабаев

[29]

дом, — продолжал тем временем коловертыш, — А они, как известно, выходить предпочитают по ночам.

— А утром мы уйдем, дверь за собой закроем, да еще и щедро заплатим, — поспешил успокоить меня маг. Но эта его попытка немного запоздала после услышанного только что от коловертыша.

— Бабаев дом??!

О, дивная Макошь! Не оставь своей милостью!

Сказ иной, семнадцатый КТО ЕЕ РАЗБЕРЕТ — ЭТУ НЕЧИСТЬ?

Всем известно, что нечисть делится на несколько видов — по степени опасности, которую она представляет для человека и других разумных и не слишком, существ. И уж совсем невежа способен спутать нечисть с нежитью. Начнем с того, что нежить — это буквально «не — жить», то есть не-живое, но, к сожалению, чаще всего, и не-мертвое. А то лежало бы себе преспокойненько в Матери Сырой Земле, подвергалось распаду, трансформировалось во что-то более пристойное и приглядное, вроде голубых колокольчиков на могилке… Нежить — это упыри, умруны, то, что некроманты из могил поднимают — это все нежить.

Вот Данька — лесной бесенок, коловертыш, он безобидная и весьма полезная для волшебниц нечисть. Да, если его самого или его друга обидеть, обидчику не поздоровится, потому как магия у коловертышей есть, и делиться своими силами они могут — стоит только графство Менфера вспомнить и бледное до синевы лицо Дара… И чары магические насылать могут не хуже, а даже лучше меня — вспомнить Верхний Курень и заклятие забвения, насланное на жителей деревни после того, как два остолопа, а что это я так о себе, один брюнетистый остолоп знатно там наследил. В общем, более близкое знакомство с Данькой показывает, что несмотря на на редкость склочный, сварливый нрав, коловертыши, они — хорошие. Хозяйчик с Хозяечкой — пара домовых из нашего Дома Йагинь, Хозяин Леса, или леший, мавки, шишиги, шишиморы, хухлики — все это тоже нечисть.

Вот Мийке… та чуть было не стала нежитью, но сейчас не об этом.

Кроме нечисти, нежити, людей и магов есть нелюди. То есть, иначе говоря, просто другие расы. Вот, тролли, например. А еще оборотни, как Дар. Хм. Что это он Дар-то? Лиодор то есть. Сударь Лиодор, не иначе. Дивьи Люди. Вампиры еще — бабули говорили, что только невежа может именовать вампира упырем, потому как разные совершенно понятия. Вампир и к умрунам-то никакого отношения не имеет, не то что… Еще племя вил, или крыланов — людей с огромными птичьими крыльями, селящихся на самых высоких горах и редко спускающихся к людям. К слову, симураны, крылатые волки, мне всегда казались их родственниками. Однажды, когда я была маленькой и сидела вечером за учебником-классификацией, спросила у бабы Стеы, мерно замешивающей тесто на ночь:

— Бабуль, а симураны — они как оборотни у вил?

В принципе, выглядит логично — крылатые волки для крылатых людей как оборотни для нас. Логично, да, но не доказано и нигде не прописано.

— Симуран, Сеня, еще и одно из воплощений Симаргла, бога огня. Крылатый Волк способствует плодородию, возносит к небесам людские молитвы, а даже помогает переправиться через Звездный мост душам простых людей.

— Звездный мост — это Межа, бабуля?

Бабуля ласково гладит меня по голове и кивает. И пахнет от нее — домом, пирожками и любовью. И так хорошо, так светло на душе, так уютно. За окном бушует вьюга, а дома горит огонь в камине, и теплая печка, и бабуля Рая скоро вернется — она вышла посмотреть, все ли в порядке во дворе. И накатывает блаженная дрема, такая сладкая, такая тягучая, от которой хочется никогда не просыпаться. Но хлопает дверь — это вернулась баба Рая, я моргаю глазами — надо вернуться к учебнику. Ой! Может, баба Рая знает?

— Бабуля! — кричу, — симураны и вилы связаны между собой?

— Про то никому не ведомо, — отвечает бабуля, — Симураны очень скрытные существа.

— Их можно отнести к нелюдям, как оборотней, или нет?

— Вот, сама посуди, говорит бабуля и начинает читать по памяти, сказывается многолетний ученый стаж:

Крылатые волки преданно чтут Святую Правду

И не переступают за грани ее никогда…

В день, что стая Воином симурана называет

Он без сомнения, полностью знает ее…

Таинство главного в жизни крылатого волка обряда

Самое яркое и неугасаемое никогда, —

В этот лунный день молодой белокрылый волчонок

В общую стаю приходит, становится частью ее.

Все, что случается в стае для каждого ясно,

Потому что общаются крылатые волки между собой

С помощью мыслей и просто биения сердца

А оно лучше бесчувственной речи поет.

Есть симураны, которые просто читают по звездам —

Ведомы им не только прошлое и текущий миг

Знают они больше кого-либо о грядущем

Но и Вожаку не каждый волк до конца о прочитанном говорит…

Чтят симураны семейные узы и имена своих предков

В памяти гордых сердец не будет забыто ни одно,

Свора крылатых волков — настоящее чудо

В их Восприятии Мир совершенно иной.

Мда. Объяснила. Хотя красиво-то как… Вот бы и во мне текла кровь сумирана и я могла летать и читать по звездам…

Ну, и куда их отнести?

— Бабуль, а откуда это?

— Из Древних Песен, Сеня, подрастешь немного — почитаешь сама, — бабуля заглядывает в учебник, — Классификация, — она одобрительно кивает, — Интересно?

— Интересно, — уныло сообщаю я, — Только не все понятно.

— С сумиранами успокойся, — смеется бабуля, — О них ни в Академии, ни в Университете не спросят, слишком таинственный народ. А с кем еще проблемы?

— С бабаем, — мрачно отвечаю я, — Вот он кто? Нечисть? Нежить? Нелюдь? Ясно только, что встречаться с ним я бы не хотела.

— А почему не захотела бы? — бабуля Стефа закончила с тестом и присоединилась к нам.

— Федорка напела, какую колыбельную ей дома поют, — насупилась я, но все же пропела, стараясь подражать тоненькому голоску Федоры:

  «Баю, баю, баю, бай

  Приходил вечор бабай.

  Приходил вечор бабай,

  Просил: Феденьку отдай.

  Нет, мы Федю не дадим,

  Федя надо нам самим.»

[30]

— Вот зачем им детей пугают, а?

— Пугать детей глупо, — кивает бабуля Стефа.

— Совершенно непедагогично, — соглашается с ней сестра.

— Толку никакого, от испуга потом только лечи.

— Надо присмотреться к Федоре, может пора уж лечить, с такими колыбельными-то, — вздыхает старшая Йагиня.

— Ну, что там у тебя еще? Про бабая-то? — спрашивает бабуля Рая, и я принимаюсь пересказывать то, что запомнила из учебника:

— Сам термин «бабай» видимо, позаимствован у кочевых народов Темной Стороны империи, там «баба» означает дедушка. В данном контексте означает страшного, косматого, кривобокого старика, который почему-то особенно опасен для детей. Правда, чем опасен, я не поняла, — признаюсь я.

— Умница, Сеня, и информацию хорошо запоминаешь, и не просто запоминаешь, а и через мозг пропускаешь, и выводы делать умеешь, — хвалит меня бабуля, — А бабаев так давно никто не видел, по крайней мере, на Светлой половине…

— Да и на Темной тоже, — добавляет баба Рая.

— … Что вряд ли многие профессора знают, что не относится бабай ни к первому, ни ко второму, ни к третьему.