Сеня. Миссия Наследной Йагини (СИ) - Полоскова Дина - Страница 61

От Каменного Леса пахло одновременно неподвижностью, горделивым величием, и приближающейся, затаившейся опасностью. Меня не покидало чувство, что мы стоим перед живым существом, которое, в свою очередь, смотрит на нас и прицеливается, чтобы неожиданно напасть.

Мы все знали, что буквально с хвилины на хвилину высокая, уходящая в небо стена должна уйти в землю, открывая нам проход в стоявший перед нами Лес. И нужно будет торопиться, и молиться богам, чтобы Лес этот, по крайней мере сегодня, не сбился с привычного темпа. Я, как и все, ждала, когда же это произойдет, но когда в абсолютном безмолвии, высоченная стена в одну долю секунды ушла под землю, не оставив о себе и малейшего напоминания — еле удержалась от восклицания, закрыв обеими руками рот. Ефстафий Наконоилович строго предупредил — разговаривать и тем паче кричать в Каменном Лесу не стоит.

— Чтоб меня тролли… — вырвалось у Динеке, и магиня, вовремя перехватив взгляд брата, поспешно добавила, — Покусали!

Сударь Лиодор неодобрительно сощурил глаза, но решил видимо, обождать с воспитанием до лучших времен, или по крайней мере до конца этого странного места, и первым шагнул в своеобразные каменные ворота, пробуя на ощупь землю — тропа как тропа, и не скажешь, что в любую хвилину может исчезнуть.

— Не отставать, — буркнул он нам сквозь зубы, и мы послушались, тем более, что нас троих соединяла одна веревка — Лиодор спереди, Динеке сзади, а я, как не прошедшая Посвящение, а значит, «самая слабая» по безапелляционному заявлению нахального брюнета, о чем я еще ему припомню, посередине, с коловертышем за плечами.

Ступая под каменный свод, у меня создалось впечатление, что все это — огромное и живое каменное существо, которое с интересом разглядывало нас, и сейчас специально раскрыло пошире свою пасть, приглашая войти в ловушку добровольно.

— Как будто решил поиграть с нами, как кошка с мышью, — прошептала я себе под нос, чем вызвала неодобрительный взгляд мага.

Но когда Лиодор отвернулся, Динеке прошептала сзади:

— А у меня тоже ощущение, что нас заманили в ловушку…

— Цыц, тетехи! — раздалось из кузовка за моими плечами. На этот раз, видимо, разнообразия ради, коловертыш решил быть солидарным с оборотнем.

Следующие несколько часов — магическое восприятие мира здесь было настолько ослаблено, что я не могла понять, сколько времени прошло — может, часов пять, а может, и все двенадцать — прошли для нас в бесконечно повторяющихся карабканьях-спусках-прыжках-огибаниях… Я столько раз видела, как расступается впереди скала и из нее внезапными стрелами поднимаются ввысь глыбы камня, как Мать Сыра Земля поглощает то, что только что было величественным и неприступным, как сходятся и расходятся огромные каменные утесы, как образуются на моих глазах пещеры, как будто призывающие отдохнуть под их сводом, от чего мороз пробирал по коже, ведь точно такие же пещеры стремительно разрушались в считанные мгновения и тоже на наших глазах. Мы не переругивались с Данькой, не общались между собой, не разговаривали, не подбадривали друг друга, не ругались — не было сил. Когда в тысячный за сегодняшний день видишь, как то, что еще минуту назад было прочной на вид, твердой скалой, которая так и манит тебя прислониться к ее теплому, нагретому солнцем боку, отдохнуть, забыться хотя бы на пару хвилинок, вдруг взмывает высоко в воздух, чтобы в следующую секунду обрушиться на то же место, что и стояла, с огромной силой… Разбиться целой россыпью камней, каждый из которых способен серьезно покалечить, а то и прибить зазевавшегося путника, начинаешь поневоле воспринимать происходящее как должное — без оценки, без реакции, как данность. Вот валун, через него надо перепрыгнуть. Вот скала, на нее надо взобраться. Вот рука Лиодора, за нее надо взяться и оттолкнуться что есть силы от земли, чтобы не задерживать остальных, ведь оборотню еще сестре помогать забраться на этот уступ. Потому что в следующую секунду твердая земля, на которой только что стояла нога девушки с фиолетово-черными короткими волосами, разверзнется и так и останется пропастью. Пока Лес не передумает и из этой каменной пропасти не вырастет неприступная на вид скала.

Я чувствовала себя такой уставшей, что казалось еще вот-вот, и ноги просто перестанут слушаться, подогнутся, руки не поднимутся, пальцы разожмутся именно в тот момент, когда очень важно удержаться за ненадежный выступ, а дыхание, и без того хриплое и прерывистое, прервется окончательно. Но не иначе, как чудом, ноги почему-то временили с подкашиванием, а руки, хоть и казались наполненными свинцом, все же слушались. За все это время мы не остановились ни на секунду, потому что вампирья карта не позволяла. Я шла и старалась не думать о том, что точно также, по этому же самому пути — единственно возможному — вчера, в это же время проходили два тролля с моими братом и сестрой на руках. И дай светлая Макошь им пройти этот путь! Потому что сейчас, в очередной раз чуть не соскользнув с очередного утеса, и оставшись в живых только благодаря веревке, надежно связывавшей меня с Лиодором, я понимала, как мала вероятность вообще пройти этот лес живыми и здоровыми. Хотя зная Никодемку и Йожку — не сомневаюсь, что они сполна насладились всеми этими опасностями. А еще я старалась не думать о том, что карта, несомненно, защищает от танца Леса, но никоем образом не от каменных кровожадных тварей, обитающих в нем, которых не остановит даже сила магов, прошедших Посвящение, не говоря уже о только начинающих пробуждаться талантах боевого мага и некромантки…

— Здесь мы можем отдохнуть два часа, — эта фраза мага пришла как будто извне, не затрагивая сознание, как одна из каменных декораций, сменяющих одна другую. Я даже не замедлила темп, пока сильная рука оборотня не дернула меня обратно, разворачивая в небольшую, в половину роста взрослого человека, пещеру.

— Сения, — маг ощутимо тряхнул меня за плечо, — Нам нужно оставаться здесь два часа, согласно карте. Пока она нас не подводила, и у меня нет оснований ей не доверять. Используем полученное время для отдыха.

Дине, не слушая брата, уже вползала на четвереньках в каменную пещеру, видимо, воспринявшая информацию лучше, чем я. Я, опомнившись, осознав, что это не сон, и у меня есть целых два часа — подумать только! это ж целая вечность! — на отдых, все еще не веря своему счастью, поспешила последовать ее примеру. Впрочем, когда я вползла в пещеру, Дине уже спала беспробудным сном, прижимая к груди теплого Даньку. «Бедняжка, — подумала я, — Хотя, если бы ее не угораздило вмешаться в магические ловушки Лиодора…» — и я тут же устыдилась своих мыслей, потому что то, через что мы только что прошли вместе, плечом к плечу, было самым достоверным убеждением в искренности Дине, в ее желании помочь… И раз так уж все уже произошло, и это уже не изменишь, толку рассуждать и накручивать себя. Я сама не заметила, как оказалась прижатой к теплому боку оборотня, а когда заметила — было уже поздно, лежать вот так, на твердой, не вибрирующей под тобой каменистой земле, прижимаясь к мускулистой груди Лиодора было восхитительно, просто непередаваемо удобно! И самое главное, совсем не было ни сил, ни желания сопротивляться этому желанному удобству… Легкое прикосновение твердых, теплых губ к моему виску и нежное поглаживание по щеке тыльной стороной ладони…

— Ты вся в этой каменной пыли, — ласково шепнул Дар, — Такая смешная!

Я попыталась поднять голову, чтобы взглянуть на него и ответить что-нибудь ехидное, но тело меня не послушалось. Дернулось и замерло на прежнем месте.

— Лежи, — угадав мой порыв, ласково приказал мне маг, — Бери пример с Дине и попробуй заснуть ненадолго.

В следующую секунду я почему-то закачалась на ветке высокого дерева, предположительно — сосны, но всего в мелких синих цветочках с порхающими над ними бабочками, вместе с Данькой. Почему с Данькой? Ведь он сейчас с Дине? — подумала я и поняла, что это начало сна. А продолжения сна не было, была благословленная, божественная тьма, в которую провалилось, нет, обрушилось мое сознание.