Сеня. Миссия Наследной Йагини (СИ) - Полоскова Дина - Страница 96

Потому что иначе, чем таинство, это не назовешь. В свою первую брачную ночь я ощутила, что любовь — это святое.

На заре, окруженная розовыми лучами начала, нежась в теплых водах Нуна, прильнув к телу мужа, я почувствовала, как неудержимо клонит в сон. Как сквозь пелену сна я ощущала, что муж выноси меня из воды, вытирает полотенцем, укладывает на середину кровати и сам ложится рядом, обнимая. Сквозь пелену накатывающих грез я услышала:

— Наконец-то я нашел тебя.

Сказ иной, тридцать пятый ПРОПАЖА

Мы с мужем обедали в компании Руста, Анвара и Луизы, когда прибежала запыхавшаяся ребятня. Вот ведь парадокс — только что были «вусмерть уставшие», «до крайности обессилевшие», «аки умруны в рассветный час», но стоит окончить занятия, как во всем мире не найти таких прытких и бодрых ребятишек, как моя малышня, по словам Луизы. Анвар считает, что это совершенно дивный феномен, с которым науке стоило бы познакомиться поближе.

— Вы уже видели тотсвета, которого Учитель подарил Динеке?

— Это просто диво дивное!

— Не диво, а зверюга! Страшный, как тролль знает что!

— Сеня, ты должна это видеть! Вы все должны!

— Весь как из черного мрамора!

— Шея лебяжья, — блеснул знанием заправского конюшего говора Демка.

— А клыки какие! А копыта! — Йожка не могла уняться.

— Пошли быстрее смотреть!

И мелкие, не дожидаясь нас, умчались.

Мы недоуменно переглянулись и последовали за ними. Не так быстро, правда.

Значит, Авлат подарил Динеке тотсвета? Вот это новость! Нет, мы все заметили, как Дине увлеклась верховой ездой и как она прониклась к этим дивным созданиям еще у вампиров. А здесь, у Авлата была своя конюшня на двадцать породистых жеребцов, а поодаль — немного дальше в его угодьях содержался целый табун кобылиц. Вообще-то разведение тотсветов — страсть сударя Анвара. Но и Авлат с удовольствием в свободное от лаборатории и книгохранилища время объезжает свои угодья верхом. Видя, с каким вожделением Дине смотрит на этих мощных грациозных животных, он два или три раза пригласил ее присоединиться к нему. Динеке возвращалась счастливая, растрепанная, с раскрасневшимися щеками. Правда, она все чаще стала забывать есть и сильно похудела. Лиодор шутит, что от его бывшей сестры остались только глаза, и предлагает ей носить лишнюю пару кинжалов у пояса, «чтобы ветром не сдувало». Кстати, Луиза тоже с удовольствием присоединилась бы к хозяину в верховых прогулках — вон как старательно она в свободное время помогает Анвару на конюшне — да только никто не зовет. И тотсветов не дарит.

Мы уже почти подошли к конюшне, когда навстречу молнией выскочила Йожка и со всего размаху врезалась в Лиодора.

Муж тотчас подхватил племянницу на руки.

— Сударыня Йанетт, если не бережете собственные силы, поберегите других. Ну ладно я устоял, но Луизу вы точно сбили бы с ног.

На Йожке лица не было. Она открывала и закрывала рот. Глаза были вытаращены, она с отчаяньем смотрела на меня.

— Дине, — только и смогла сказать она, и вся наша компания сорвалась на бег.

По дороге к манежу в голове у меня успело смениться несколько образов — один другого краше. Вот тотсвет делает свечку, и Дине падает на землю, неловко перевернувшись в воздухе. Вот он во время скачки внезапно тормозит — и черноволосая магиня перелетает его через голову, падая при этом на спину. Вот животное чего-то шугается и прыгает в сторону, Дине не успевает удержать равновесие, заваливается на бок, но не до конца падает на землю — одна нога ее застревает в стремени, и испугавшееся еще больше животное волочет за собой хрупкую тонкую фигурку.

Выскочив на манеж и не увидев сразу же окровавленное тело Дине я глубоко вдохнула. Дине здесь не было вообще. Поодаль лежал Авлат с закрытыми глазами — бледный, пол лица залито кровью, рыжие волосы с того боку потемнели, сбились. Рядом с ним сидит Демка, и с сосредоточенным видом пропускает через ладони лучи магии, направляя один в лоб своего Учителя, второй — в сердце. Молодец, братишка. Поодаль, весь в мыле ошарашенно вертит головой видимо, тот самый тотсвет. Животное бьет крупная дрожь, невооруженным глазом видно, что оно не в себе.

Первая реакция — помочь Никодему, силы малыша на исходе. Осторожно кладу руки ему на плечи.

— Молодец, Дем, все сделал правильно. Теперь осторожно, очень осторожно передай лучи мне. Здесь нужно больше силы.

Никодем не возражает — он передает инициативу мне, а сам переходит под опеку Анвара. У боевых магов — настоящего и будущего прекрасная связь, и Анвар быстро восполнит магический резерв мальчика.

Лиодор передал Йожку Луизе и встал за моей спиной. Я сразу почувствовала, как ощутимо прибавилось энергии — теперь через мои пальцы, сквозь сложные призмы целительных заговоров, в Авлата тек мощный поток силы боевого мага, прошедшего Посвящение. Вглядываясь в ауру Темного Рыцаря, я была обескуражена. Она не была порвана, рассечена, повреждена. Ее просто не было. Тот серый сгусток, окутывающий Авлата, не имел никакого отношения к прежней разноцветной мощи, окутывавшей все окружающее Темного Рыцаря пространство, стоило взглянуть на него магическим зрением. Кто-то просто лишил Авлата всего магического запаса. Скорее всего одним рывком — слишком чисто сработано. Темный Рыцарь был выпит до дна. Но кто мог это сделать — тем более с прямым потомком светлых богов?!

* * *

Пока мы с Лиодором старались восстановить ауру Авлата, дети пришли в себя настолько, чтобы рассказать о том, что увидели.

Когда они прибежали на манеж, чтобы посмотреть, как Дине гарцует на своем новом тотсвете, сначала им показалось, что вокруг наступила беспросветная тьма. Это произошло от обилия черных воронов в воздухе. За какой-то миг черные тучи воронья заполнили собой все пространство. Дети успели укрыться за оградой. К их счастью, они не выбежали на открытую территорию, и поэтому когда стая ворон развеялась, их не увидел тот, кто решил посетить сегодня Обитель Темного Рыцаря.

— Это была черная карета!

— Колесница!

— Огромная!

— Да, огромная и черная. Она спустилась и даже воздух как будто почернел!

— В нее были впряжены полуптицы-полукони, тоже черного цвета!

— Я думала, оглохну от их криков…

— В колеснице сидел… Сидело очень… Странное существо.

— Страшное существо!

— Тебе страшное, потому что ты всего лишь девочка. Он был… тоже черный, но глаза сверкали.

— Что он сделал с Авлатом? — не выдержала Луиза.

— Он направил две руки — одну на Динеке, другую на Учителя.

— Динеке приподнялась над землей и взлетела в его карету.

— Колесницу!

— Да, колесницу. Она потеряла сознание!

— А Авлат?!

— Он потерял сознание почти сразу.

— Но он не взлетал.

— Взлетал, но не высоко. Упал сразу.

— Почему он в крови?

— Мы не знаем, — пожали плечами двойняшки, — Наверно, стукнулся при падении.

— Потом колесница поднялась выше и унеслась.

— Я сказал Йожке бежать за вами. Она сильнее испугалась, а Учителю срочно нужно было помочь.

— Не сильнее я испугалась. Просто переживала за Динеке!

— Теэму, Йанетт, вы все сделали правильно. Как взрослые, — похвалила детей Луиза.

— Не у каждого взрослого выдержки бы хватило, — согласился с ней Руст, который делал подробный осмотр территории. Судя по его недоуменному выражению лица и сведенным к переносице густым бровям, этот осмотр пока ничего не дал.

Я заметила, что к щекам Авлата возвращается румянец. Еще хвилина-другая — и он придет в себя.

— Но кто мог досуха осушить его ауру? — я убрала прядь волос со лба и посмотрела на мужа.

— Кажется, я знаю, кто, — подал голос сам Темный Рыцарь. С видимым усилием он приподнялся на руках.

— Тебе нельзя вставать, — я обработала его лицо чистыми тряпицами, принесенными из лаборатории Йожкой, и удовлетворенно отметила, что у Авлата просто рассечен висок, рана поверхностная, неглубокая. Наверно и вправду ушибся при падении.