Евгений Онегин. Драматические произведения. Романы. Повести - Пушкин Александр Сергеевич - Страница 50

50

Ш у й с к и й

Перешагнет; Борис не так-то робок! Какая честь для нас, для всей Руси! Вчерашний раб, татарин, зять Малюты, Зять палача и сам в душе палач, Возьмет венец и бармы Мономаха…

В о р о т ы н с к и й

Так, родом он незнатен; мы знатнее.

Ш у й с к и й

Да, кажется.

В о р о т ы н с к и й

Ведь Шуйский, Воротынский… Легко сказать, природные князья.

Ш у й с к и й

Природные, и Рюриковой крови.

В о р о т ы н с к и й

А слушай, князь, ведь мы б имели право Наследовать Феодору.

Ш у й с к и й

Да, боле, Чем Годунов.

В о р о т ы н с к и й

Ведь в самом деле!

Ш у й с к и й

Что ж? Когда Борис хитрить не перестанет, Давай народ искусно волновать, Пускай они оставят Годунова, Своих князей у них довольно, пусть Себе в цари любого изберут.

В о р о т ы н с к и й

Не мало нас, наследников варяга, Да трудно нам тягаться с Годуновым: Народ отвык в нас видеть древню отрасль Воинственных властителей своих. Уже давно лишились мы уделов, Давно царям подручниками служим, А он умел и страхом, и любовью, И славою народ очаровать.

Ш у й с к и й

(глядит в окно)

Он смел, вот всё – а мы… Но полно. Видишь, Народ идет, рассыпавшись, назад – Пойдем скорей, узнаем, решено ли.

КРАСНАЯ ПЛОЩАДЬ

НАРОД.

О д и н

Неумолим! Он от себя прогнал Святителей, бояр и патриарха. Они пред ним напрасно пали ниц; Его страшит сияние престола.

Д р у г о й

О боже мой, кто будет нами править? О горе нам!

Т р е т и й

Да вот верховный дьяк Выходит нам сказать решенье Думы.

Н а р о д

Молчать! молчать! дьяк думный говорит; Ш-ш – слушайте!

Щ е л к а л о в

(с Красного крыльца)

Собором положили В последний раз отведать силу просьбы Над скорбною правителя душой. Заутра вновь святейший патриарх, В Кремле отпев торжественно молебен, Предшествуем хоругвями святыми, С иконами Владимирской, Донской, Воздвижется; а с ним синклит, бояре, Да сонм дворян, да выборные люди И весь народ московский православный, Мы все пойдем молить царицу вновь, Да сжалится над сирою Москвою И на венец благословит Бориса. Идите же вы с богом по домам, Молитеся – да взыдет к небесам Усердная молитва православных.

Народ расходится.

ДЕВИЧЬЕ ПОЛЕ

НОВОДЕВИЧИЙ МОНАСТЫРЬ

НАРОД.

О д и н

Теперь они пошли к царице в келью, Туда вошли Борис и патриарх С толпой бояр.

Д р у г о й

Что слышно?

Т р е т и й

Все еще Упрямится; однако есть надежда.

Б а б а

(с ребенком)

Агу! не плачь, не плачь; вот бука, бука Тебя возьмет! агу, агу!.. не плачь!

О д и н

Нельзя ли нам пробраться за ограду?

Д р у г о й

Нельзя. Куды! и в поле даже тесно, Не только там. Легко ли? Вся Москва Сперлася здесь; смотри: ограда, кровли, Все ярусы соборной колокольни, Главы церквей и самые кресты Унизаны народом.

П е р в ы й

Право, любо!

О д и н

Что там за шум?

Д р у г о й

Послушай! что за шум? Народ завыл, там падают, что волны, За рядом ряд… еще… еще… Ну, брат, Дошло до нас; скорее! на колени!

Н а р о д

(на коленах. Вой и плач)

Ах, смилуйся, отец наш! властвуй нами! Будь наш отец, наш царь!

О д и н

(тихо)

О чем там плачут?

Д р у г о й

А как нам знать? то ведают бояре, Не нам чета.

Б а б а

(с ребенком)

Ну, что ж? как надо плакать, Так и затих! вот я тебя! вот бука! Плачь, баловень!

(Бросает его об земь. Ребенок пищит.)

Ну, то-то же.

О д и н

Все плачут, Заплачем, брат, и мы.

Д р у г о й

Я силюсь, брат, Да не могу.

П е р в ы й

Я также. Нет ли луку? Потрем глаза.