Профессия: королева (СИ) - Стриковская Анна Артуровна - Страница 87

  Сказать, что Эстерс был поражен, значит сильно приуменьшить. Он захлопал ртом, как вытащенный из воды карп. Даже идеально сидящий на нем камзол вдруг стал выглядеть как одежка с чужого плеча. С трудом произнеся:

   - Но... как же это?... - он уставился на меня совершенно больными глазами.

  Жалеть его не входило в мои планы.

   - А вот так, - сказала как отрезала, - идите и подумайте. Я вас больше не задерживаю.

  Граф тяжело поднялся, сделал непонятный жест, поклонился и быстро вышел. Маг, молчавший на протяжении всей сцены, заметил:

   - Ну, девочка, ты сильна. Как-то я иначе тебя себе представлял. Недооценивал. Я знаю Алиенор с детства и мне трудно представить, что она превратилась в такое… Такое… Даже слов не подберу. Устроить графу форменный допрос в такой ситуации... Так бы и герцог не смог. А твой муж? Он тоже перед тобой на задних лапках бегает?

  Эк у него мыли скачут. Почти как у меня. О чем он спрашивал?

   - Мой муж? Зачем ему? У нас полное взаимопонимание. Мы все делаем вместе, как и положено добрым супругам. Вместе спим и вместе государством управляем. Зря ты на него наговаривал, ничтожеством клеймил. Ничтожество, вроде твоего любимого герцога, никогда бы не позволило мне встать рядом и работать на равных.

  У мага в глазах блеснуло понимание:

   - Послушай, Лиена, а кем ты была в своем мире?

   - Ну наконец-то догадался спросить. Руководителем я была. Хорошим, успешным, грамотным. Профессиональным. Не юной девицей, а дамой не первой молодости.

  Не стала объяснять магу про фирму. Не поймет, тут аналогов пока не имеется. Пусть воображает, что это было на государственном уровне. Ха, по глазам вижу: именно так он и подумал.

   - Лиена, а в твоем мире женщины могут быть…

  Хороший вопрос!

   - Главами государств? Могут. Еще как. И могу тебя заверить: это самые успешные главы самых процветающих государств. Знаешь почему? Потому что для женщины не важно то, что она главная. Важно, чтобы порядок был и дело делалось.

  Дамон запустил пальцы в свою седую шевелюру и почесал в затылке.

   - Боюсь, я что-то пропустил. Пользовался устарелыми сведениями. Надо выяснить, что произошло в Ремирене с тех пор, как ты там появилась.

  О, дело стронулось с мертвой точки.

   - Но не обольщайся. Я дал герцогу клятву и должен буду ее сдержать.

  Блин, опять неудача. А мне казалось, что я его уболтала. Не учла магической клятвы, а то бы не стала надрываться. Но кое-что он мне сейчас скажет.

   - Хорошо. А где тогда мои друзья?

   - Кого ты так называешь?

   - Тех, кто меня не предал. Ангера, нашего мага, Гредин, мою фрейлину, лекаря мэтра Рогена и Ромера, моего секретаря.

  Странные друзья для королевы. Ну да ладно, отвечу на твой вопрос. Ангер, мой ученик, здесь, в подвале, сидит под замком. А остальные... Мне они были не нужны. Пока я тебя ловил, они находились вне времени, а потом я снял кокон. Так что, думаю, с ними все в порядке.

  Выходит, это и есть пресловутый учитель Ангера. Ой, прямо от сердца отлегло. Дин с лекарем и секретарем живы-здоровы. А то их судьба лежала на сердце тяжким грузом.

  Ангер... Ну, за его свободу мы еще поборемся.

  Да, чаю мы так и не попили. Я налила себе остывшей заварки, слопала пирожное с вишенкой, и вдруг сообразила, что так и хожу в чужом халате.

  Допила, поднялась, забрала кувшин с водой и блюдо с пирожными и огорошила мага заявлением:

   - В общем так. Приличествующие моему званию платья и обувь, нормальное питание и помещение с окнами. Иначе разговор у нас не получится. В этой вашей конуре с кафельными стенами жить не собираюсь. У меня от нее депрессия. Убого и слишком больницу в моем мире напоминает.

  Тут до мага что-то дошло и он спросил невпопад:

   - Ах да, Лиена, а как ты вышла?

  Я удивилась:

   - А в чем проблема? Там было не заперто.

  У Дамона глаза на лоб полезли.

   - Я закрыл дверь на самое мощное запирающее заклятье.

   - Аааа, заклятье... Может, дело в том, что я антимагическая сущность и заклятий в упор не вижу. Так что не надрывайтесь.

  Повернулась и пошла. Ясное дело, вниз меня не пустят, придется выбрать дорогу наверх. По дороге заглянула в отведенную мне конуру, забрала покрывало с постели. Поднялась на самый верх, на смотровую площадку, устроилась там поудобнее и принялась уничтожать пирожные, сожалея, что это не бутерброды с ветчиной и сыром.

  Мне было о чем подумать.

  Глава 33. Король штурмует собственную крепость, а королева все еще в плену

  Дорога далась непросто. Войско шло с минимальным обозом, практически налегке. Король планировал все необходимое, в том числе и съестные припасы для дальнейшей дороги, получить уже в Ремирене. И все равно было тяжело. Каждому солдату пришлось кроме оружия и амуниции тащить на себе здоровый мешок с продовольствием. Если бы по равнине... Но от Гилона дорога все время забирала вверх, стремясь к своей самой высокой точке, шла мимо пропастей, каменных осыпей и других красивых, но малоприятных мест.

  Горы встретили короля и его войско непогодой. Ветер норовил сбросить людей и обозы в пропасть, камни стали скользкими от воды, холодный дождь пробирал до костей, но привалы были редки, а сухого топлива на костры для всех не хватало. Хотя никто не погиб, но горы не прощают ротозейства: у многих были травмы разной степени тяжести. Кто оступился, на кого камень свалился, у кого нога подвернулась...

  Когда головная колонна поднялась на перевал и впереди показалась крепость, у всех вырвался вздох облегчения. Спуск в долину Зенты со стороны Ремирены был значительно более комфортным.

  Оставалось переночевать под сенью королевской крепости, носившей то же имя, что и перевал, и вот он дом, рукой подать.

  То, что называлось перевалом Овег, имело вид небольшой горной долины длиной не более полутора миль. Вход в нее со стороны Каврина закрывал небольшой, но хорошо укрепленный форт, расположенный над дорогой, которая здесь оказывалась зажатой между скал. Затем вдруг скалы расступались и дорога весело выбегала на роскошный альпийский луг. Пройдя по нему, она достигала уже непосредственно самой крепости Овег, откуда шла вниз.

  Таргелен в детстве был в этих местах и прекрасно помнил как тут все устроено. Так что, когда он увидел на фоне закатного неба зубцы башни форта, у него впервые за много дней отлегло от сердца.

  Как выяснилось, зря. Защитники форта не дремали. Армия, показавшаяся на дороге из Каврина, была ими воспринята как вражеская. Стены мгновенно ощетинились арбалетами, а из нижних бойниц показались жерла пушек.

  Положение форта позволяло защищать теснину почти неограниченное время, а обойти это место нечего было и думать. Базальтовые скалы не давали такой возможности.

  Король с боевым магом Миронисом выехали вперед.

  Маг усилил голос короля и над ущельем раздалось:

   - Король возвращается в свою страну! Приказываю пропустить войско короля Таргелена!

  В ответ с башни раздался смех и выкрики:

   - Какого такого короля? Нашего? Откуда бы ему тут взяться?

   - Если уж он тут появится, то точно с другой стороны. А хитрости проклятого герцога мы раскусываем на раз!

   - Нечего вам тут делать, валите обратно! А то нашпигуем болтами, «мама» сказать не успеете!

  Вот что тут делать? Сражаться? Глупо. Сейчас по недоразумению тут можно всех солдат положить, а что потом? Не сражаться же с собственными людьми? И ругать парней-защитников перевала не за что. Действительно, откуда им знать, что король возвращается домой из рейда по Каврину.

  Остается продолжать переговоры и думать, думать, думать.

  Общение с гарнизоном форта король с удовольствием возложил бы на Олера. Его золотая шевелюра и синие глаза были хорошо знакомы ремиренским солдатом, а о его храбрости и удачливости в бою ходили легенды. Его могли узнать и усомниться. Короля знали значительно хуже, все-таки он всего третий год на троне.