Голод. Дилогия - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 160

Незадолго до родов Айра вытащила предпоследнюю плеть. Ту, что охватывала ее тело от макушки до пят. Жезл Чаи, который и в самом деле стал жезлом из-за количества впитавшейся в него ворожбы, показался ей скользким от крови, когда она пришла в себя после страшного удара, отправившего ее в глубокий обморок. Кровь действительно выступила у нее из носа, а также изо рта, скопилась каплями в уголках глаз, почернела подтеками под ногтями. Айра положила ладони на живот, почувствовала тревожное ожидание внутри собственной плоти и поняла, что без помощи ребенка не смогла бы вернуться из путешествия в пустоту. Одна нить осталась на ней – та, что вычерчивала узор на ее шее, но снять ее Айра пока не решилась. Ей показалось, что именно к этой ворожбе обращался Томарг, когда проверял ее состояние. И еще она боялась разомкнуть напитавшую ее измученное тело силу до времени. Она побоялась сломаться, потому что после предпоследней нити – почти сломалась. У нее не нашлось даже сил подняться – только отшвырнуть черный осколок под ложе, поэтому, когда Зерта появилась утром в ее комнате, в здании бывшей Дуисской тюрьмы началась паника.

До полудня Айра лежала без сил, едва ощущая теплую воду, которой Зия и Ноя омывали ее, а потом принимала гостей. Сначала она услышала голос Лека, который неразборчиво шипел какие-то угрозы в адрес то ли Зии, то ли Зерты. Потом до нее донесся презрительный голос Томарга, снова уверявшего Лека, что с плодом все в порядке. После полудня она услышала шепот Зерты над ухом:

– Айра, по просьбе Лека великий тан Каес прислал нового лекаря. Он обещал осмотреть тебя, но не должен знать, что ты – танка. Поэтому молчи.

Айра попыталась кивнуть, но не смогла пошевелиться. Поэтому она только приоткрыла глаза и от неожиданности даже задержала дыхание: на край постели присел поседевший и ссутулившийся, но все тот же… Синг.

Он не узнал ее, хотя и недоуменно морщился, прикасаясь ладонями к ее вискам. Еще бы он не морщился: ни один стоящий маг не сможет не почувствовать следа изменения, следа переплетения узора судьбы или могучей ворожбы, – другой вопрос, что лицо Айры изменилось не меньше, чем ее существо, и узнать ее не смог бы даже Арух. Впрочем, узнавания и не требовалось. Синг был крепким магом, способным учиться и выживать. Он здорово прибавил за последние годы – наверное, не зря потратил время, прислуживая радучским колдунам, пусть даже многие из них сами годились ему в служки. Синг не стал расплетать обессиленное и дурно пахнущее существо, распластавшееся перед ним. Он просто влил в нее силы, пробормотал что-то о странном заклятии, скрывающем сущность роженицы непроницаемым панцирем, и продиктовал Зие несколько отваров, долженствующих успокоить Айру и вернуть ей здоровый сон.

Айра родила ребенка через неделю. Роды прошли на удивление легко, хотя Зия, едва они начались, тут же подняла шум, собрала всех стражниц, устроила суматоху с горячей водой, чистыми тканями, какими-то отварами и пучками душистых трав. Томарг появился в самый последний момент. Он посетовал, что вынужден прислуживать безродной девке, да еще исполнять роль повитухи, поймал в толстые ладони младенца, отсек пуповину и положил сначала заревевшего, а затем почти сразу довольно засопевшего ребенка на опавший живот Айры.

– Не настолько уж ты знатна, чтобы кормилицу нанимать, – проворчал шаман. – Сама вскормишь – зря, что ли, вымя набухло? Имя давай!

– Какое имя? – не поняла Айра, с трудом переводя дыхание и придерживая кончиками пальцев ребенка.

– Имя ребенку! – потребовал Томарг. – У хеннов ребенка называет мать!

– Тирух, – вдруг вспомнила Айра незадачливого колдуна, нашедшего смерть в Суйке от руки заколдованного стражника. – Тир.

– Тир, значит, – кивнул Томарг. – Ну хоть не собачья кличка. Хотя сделать из имени собачью кличку проще простого, а вот имя из клички – поди попробуй! Выкармливай парня. Год у тебя еще есть. Или чуть меньше. А там… Там кормилицу подберем.

Глава 10

Большой ковер

Первое время Айра не отпускала сына с рук ни на мгновение. Даже когда она укладывала его спать – сидела или спала рядом, касаясь рукой запястья ребенка. За месяц мальчишка округлился и, несмотря на уверения Зии и Зерты, что он неотличим от Лека, казался Айре похожим на Ярига. Вот только смеялся он куда чаще дештского трактирщика. Хотя искрами его левый глаз не сыпал. И хорошо, что не сыпал. Достаточно было красноватых отпечатков на маленьких плечиках, которые проявились через неделю после родов. Извилистые линии напоминали крылья орла. Может быть, Айра и не обратила бы на них особого внимания, посчитав странными родимыми пятнами, но Кирас и Томарг появились в ее комнате тем же вечером и долго рассматривали эти линии с таким видом, словно разглядывали ядовитую змею, а тем же вечером Лек удвоил охрану здания. Тиру отметины не причиняли боли, но всякий раз, когда Айра видела их, ей хотелось оставить такие же отпечатки на телах хеннских шаманов, а потом убить их – одновременно или по одному, но убить. Это желание было столь острым, что она даже не могла думать о бегстве, хотя ясно понимала, что должна бежать из Дуисса вместе с сыном. И не потому, что было в Оветте место, где и она, и он могли чувствовать себя в безопасности, а потому, что среди хеннов ее сын не мог быть в безопасности никогда.

Мальчишка на вид казался обыкновенным ребенком – правда, у Айры не было никакого опыта общения с грудными младенцами, но тут ей помогла Чая. Порой Айре казалось, что черная воительница смотрит на младенца с большим обожанием, чем она сама. Только Чае Айра постепенно стала доверять выходить с ребенком во двор особняка, оставаться с ним, когда она сама бралась за деревянную палку, возобновив занятия с Зией.

– Зачем тебе это надо? – раздраженно спросила ее хеннка, когда Айра попросила об этом в первый раз.

Айра спрятала колыхнувшую грудь ненависть в улыбке и сказала, что хочет вновь стать быстрой и ловкой. Сказала, что хочет стать снова такой, на которую однажды обратил внимание Лек. Имя тана не оставило Зию равнодушной: Лек не показывался больше месяца в особняке и, значит, не уделял внимания не только Айре, но и Зие.

– А разве он когда-нибудь считал тебя быстрой и ловкой? – сузила глаза Зия, но пошла во двор.

– А разве нет? – последовала за ней Айра, постаравшись изобразить недоумение.

– Он всегда делает только то, что ему нужно! – отрезала Зия, бросая колдунье палку.

– Я еще буду ему нужна! – гордо подняла подбородок Айра.

– Помнишь Олу? – скривилась в усмешке Зия.

– Ты сама сказала, что не было никакой Олы! – нахмурилась Айра.

– Была, – покачала головой хеннка. – Выше тебя на полголовы. Стройнее тебя в талии, в шее, в изгибе рук. Округлее тебя в тех местах, где это привлекает мужчин. Умнее тебя, потому что у нее не было врагов и недоброжелателей. Она была так прекрасна, что мужчины застывали, забыв, на каком языке они говорят с рождения. Женщины чувствовали себя мужчинами, когда видели ее. Ее голос был так нежен, что ручьи переставали звенеть, когда она проходила мимо.

– Ты пересказываешь строки любовного гимна? – скривилась Айра.

– Она была удивительной, – отмахнулась Зия.

– И где же эта красавица? – подняла брови колдунья.

– Тебе лучше знать, – прикусила губу Зия. – Лек сбросил ее со стены после того, как поднял тебя. Ее разорвали звери, которые охраняли Золотой храм. Они не оставили ни клочка плоти. Сначала я ненавидела тебя, как ненавидела бы ветер, смахнувший с полки сосуд из горного стекла, цена которого выше цены табуна лучших лошадей. Потом решила, что это хорошо, потому как шансов вернуть Лека у меня рядом с Олой не было. Хотя я и понимаю, что их не стало больше и теперь.

– Зачем он это сделал? – замерла Айра, чувствуя, как неровный камень падает с ее нёба в глотку и начинает продираться через нежное горло в грудь.

– Чтобы сохранить тебе жизнь, – сплюнула на камень Зия. – И демон меня разорви, если я понимаю, откуда он знал, что ты ему пригодишься! Хотя теперь я думаю, что ему помогла не ты, а нелепая случайность. По крайней мере, сам Томарг говорил об этом, а он силен почти так же, как Кирас. С другой стороны, не мог же он знать, что ты родишь ему первенца с метками на плечах? А ты могла знать? Или наворожила?