Нечисть так уязвима (СИ) - Бурова Юлия Олеговна - Страница 53

Девушка, примерно Настина ровесница, стояла и за обе щеки, прямо из банки уписывала малиновое варенье, обкапывая красными пятнами так похожими на кровь, пол вокруг себя. Весь ее образ можно было охарактеризовать двумя словами — блаженная хиппи. В пушистые, распущенные волосы пшеничного цвета были вплетены цветные ленточки и бусы. На тощих запястьях в изобилии болтались фенечки, а на каждом пальце нанизано по несколько колечек.

— Тук-тук, — постучал маг по косяку кухонной двери. Девчонка перепугано дернулась от неожиданности и выронила банку, окончательно обляпавшись и чуть не перепачкав, вовремя отскочившего Рика.

На звуки в квартиру, ослушиваясь указания ждать, заскочила Настя, заработав недовольное цыканье Рика. Ворожея, вытаращившись на посетителей в восторженном изумлении, казалось, моментально забыв о своем виде.

— Я вас ждала, — как о чем-то невероятном сообщило улыбающееся создание.

— Еще бы, я же звонила вам днем, — напомнила Настя.

— Это другое, — не сдалась ворожея, продолжая настаивать на своей исключительности. — Идемте в комнату.

Она босыми ногами наступила в разлитое варенье и чуть не упала, поскользнувшись. Только после этого, вспомнив об инциденте, произошедшем несколько секунд назад, с удивлением осмотрела свою испорченную одежду. Оставляя сладкие следы на вытертом линолеуме, она заспешила в зал. Вошедший вслед за ней Рик, от удивления дернулся с восклицанием: «О, Бог ты мой», отвернулся. Ворожея ни капли не смущаясь, стянула грязное платье, оставшись в чем мать родила, открыла шкаф и с пристрастием рассматривала его содержимое.

— У нее однозначно не все в порядке с головой, — сделал вывод Рик. — Обыкновенная сумасшедшая, возомнившая себя магом. Я вычеркиваю ее из списка, можем идти домой.

— Подумаешь, немного эксцентрична, — Настя не скрывала ехидной улыбки. — За что ее вот так сразу вычеркивать? Неужели вид обнаженного женского тела смутил тебя?

— Язва. Я не смутился, я не ожидал. Это разные вещи.

— Конечно, — преувеличенно серьезно согласилась девушка. — Кстати, тебе так идет этот милый румянец, не имеющий никакого отношения к смущению.

Катарина тем временем остановила свой выбор на длинном сарафане с орнаментом по краю. Позвякивая браслетом на ноге, она на кончиках пальцев подошла к ним и встала с видом, будто всю жизнь здесь стояла и вообще они втроем уже давно ведут многочасовой разговор. Когда Настя и Рик, замолчав, повернулись к ней, ворожея с умным видом таращилась в ответ, переводя взгляд с одного на другого. Ее метания остановились на Рике. Она сделала шажок, втиснувшись между магом и Настей.

— Как интересно, — в наивный взор Катарины вернулся восторженный идиотизм. — Можно потрогать? — не дожидаясь ответа, она приложила ладошку к его груди. — Интересно, — пропело эфемерное создание, ее ладошка медленно заскользила по его торсу.

— Да уж, очень интересно, — с иронией в голосе напомнила о себе Настя, но девушка никак не отреагировала.

— Думаю, стоит остановиться, — он перехватил ее руку в районе своего живота.

— У тебя такая интересная аура, — с придыханием поведала ворожея. — Как у младенца, будто ты совсем недавно начал жить, — выдала и тут же, потеряв интерес, развернулась на сто восемьдесят градусов и припечатала ладошку к груди девушки. Настя опешила.

— Ай, бедненькая, — Катарина превратилась в само сострадание. — У тебя в ауре нехороший сгусток. Он говорит о смерти.

— Все когда-нибудь умрут, — Настя с брезгливостью отступила, — в порядке живой очереди.

— Но не все этого хотят.

— Ты прав, сумасшедшая. Уходим, — бросила Настя Рику.

— Сумасшедшая, но зато маг огня, — не веря до конца в то, что судьба, наконец, сжалилась, Рик достал телефон, набирая номер Тиена.

Друг примчался через двадцать минут, с интервалом в три минуты вслед за ним объявилась Веста. Катарина, засилье посторонних в своей квартире, приняла как должное.

Стоило Тиену переступить порог, как ворожея с восторженным повизгиванием ребенка, которому принесли новую игрушку, кинулась к нему, со своим любимым возгласом: «Как интересно».

Вошедшая почти вслед за ним Веста смогла наблюдать милую картину перекошенного от удивления Тиена, следящего за скользящей ладошкой Катарины и кривые ухмылки Насти и Рика уже прошедшие через необычную методику сканирования ауры.

— Ты совсем пустой. Это очень плохо, — озабочено сообщила ворожея. — Если не заполнить сосуд, то пустота вырвется наружу и вечность поглотит тебя.

— Солнышко, ты сможешь заполнить эту пустоту? — сполна насладившись растерянностью друга, вмешался Рик, подводя Катарину к сути проблемы.

— Да, пять тысяч рублей, — неожиданно, голосом нормального человека проявила деловую хватку Катарина.

— Без проблем, — Рик вытащил потрепанную за день купюру, отдал ее ворожеи.

Катарина вернулась к Тиену.

— Нам нужен контакт, — встав на носочки, ворожея закрыла глаза, вытянув губы в трубочку.

— Это чудо, точно маг огня? — высказала сомнение Веста. — Я неоднократно лечилась у огневиков и ни один из них меня не лапал и не заставлял целоваться.

Катарина возмущенно открыла глаза, опустившись на полную стопу, подлетела к Весте с выражением нескрываемой обиды на личике.

— Я не лапаю! — девушка расстроено засопела, готовясь расплакаться. — И не целуюсь. Я помогаю людям, если не нравится, уходите, — её тонкая ручка указала окольцованным пальчиком в сторону выхода.

— Не кипятись, — вмешался Рик, пресекая конфликт на корню. — Все свое мнения оставляют при себе, — он с укором посмотрел на Весту. — Других магов огня с более традиционными методиками у нас нет. Так что, принц хватит ломаться, быстро целуй лягушонку и расколдовывайся. И закроем уже эту тему.

— Уважаемая, Катарина, простите нам наше невежество, — перебарывая себя выдавил Тиен.

— То-то же, — удовлетворившись извинениями Катарина, вернулась к пациенту.

Стоило их губам соприкоснуться, как яркая вспышка пламени поглотила два тела. Холодный огонь полыхал, ослепляя, но не обжигая. Оранжевый столб бил в потолок, рассыпаясь фонтаном искр. Инстинктивно закрыв себя и Настю, Рик пропустил момент, когда пламя стало спадать.

— Все, — пропела ворожея, усаживаясь посреди комнаты в позе лотоса и с довольным видом, любуясь Тиеном, будто она его только что вылепила из куска глины.

Сам шедевр, вытянул вперед раскрытую ладонь, нервно сглотнув, посмотрел на окружающих и опять на свою руку. Через мгновение на ладони засветился маленький огонек, а комнату огласил облегченный вздох.

— Получилось.

Из-под ног Весты разлеталась снежная кашица. Еще немного и ее быстрый шаг можно было называть бегом.

— Я посмотрю, бегать ты любишь, — Тиен поравнялся с ней и легко приспособился под ритм ее шагов.

— Для здоровья, знаешь ли, полезно, — попытка убежать не удалась и насилие над собственными ногами, закованными в сапоги на высоком каблуке, можно было приостановить. Веста зашагала медленнее.

— Ммм, особенно по утрам, — как всегда его голос звучал спокойно, а выражение лица граничило с равнодушием. Он абсолютно все делал с маской добродушия и спокойствия на лице: заваривал чай, крошил нечисть. — Не подумай, что я упрекаю. Я, конечно, не ждал слов благодарности и все такое, но хотя бы сказать «до свидания» можно было, а не убегать с утра втихаря?

— У меня прошла температура, ты спал, я не стала будить, — отчеканила Веста, непроизвольно ускоряясь, подгоняемая нарастающим чувством неловкости.

Было грандиозным свинством смыться, не сказав ни слова. Вчера к ночи у нее подскочила температура, по меньшей мере, градусов до сорока. От беленькой пуговички под странным названием ацетилсалициловая кислота, принесенной Тиеном от соседки, ее организм, не приученный к химическим лекарствам, вывернуло наизнанку. Дальше была муторная, болезненная полудрема, выныривая из которой она, слышала: наставления старушки соседки, ощущала влажный компресс на лбу, пахло уксусом. Все это сопровождалось мягким голосом, приятной прохладой разгоняющей жар болезни и случайными прикосновениями холодных пальцев к горячей коже. В памяти совершенно не осталось, смысла его слов, только ощущение надежности и покоя. Глупая незваная нежность накрыла ее ранним утром, когда, проснувшись с ясной, не замутненной повышенной температурой, головой она увидела дремлющего в кресле Тиена, всю ночь не отходившего от нее. Подавив малодушное желание, продолжить валяться на диване под его опекой, Веста вылезла из-под одеяла. Тотчас, почувствовав слабость в вымотанном ночной лихорадкой теле. Прикрывшись, для надежности (чтоб не разбудить его) магией, она собралась и убежала не прощаясь.