Джокертаунская комбинация - Милан Виктор - Страница 91

Желудок Шэда скрутило, пока он отрывал руку. Пальцы казались холодными и мягкими, как снежинки. Он бросил винтовку, подхватил Тахиона на руки и побежал, стараясь не наступать на части девушки.

Одеяло Тахиона хлопало на холодном ветру. Шэд услышал, что за ними кто-то бежит.

– Дург! – завопил Тахион. – Осторожно!

Шэд не знал, кто такой этот Дург. Он развернулся. Приземистый маленький человечек мчался за ними, отставая на двадцать ярдов, но явно сокращая расстояние.

– Он Моракх! – воскликнула Тахион. – Будь осторожнее!

Шэд понятия не имел, что такое Моракх, как не знал, что такое Дург, но судя по тону Тахиона, это было серьезно. Он замедлился и создал облака тьмы вокруг Моракха, затем переключился в инфракрасный спектр, как раз в тот момент, как коротышка споткнулся и упал. Шэд рассмеялся, затем помчался к заливу. Остров был крошечным, и ему нужно было убраться отсюда, пока не подняли тревогу.

Он услышал звук шагов позади, сперва медленный, потом ускоряющийся. Он оглянулся через плечо еще раз и увидел, что коротышка целеустремленно скользит сквозь тьму. Он двигался, крутя головой из стороны в сторону, как будто ориентировался по отзвукам своих собственных шагов.

Шэд опустил Тахиона на землю.

– Иди к заливу, – прошептал он. – Я тебя нагоню.

– Осторожней, – молила Тахион. – Моракхи смертельно опасны. Более опасны, чем можно представить.

– Как и я, раз уж на то пошло.

Тахион побежала, неловкая со своим животом.

Голова коротышки дернулась при звуке их голосов, и улыбка коснулась его лица. Он целеустремленно помчался к Шэду. На нем были джинсы, тяжелые ботинки и темная рубашка, плотно обтягивающая его огромный широкий торс. Его волосы были пепельно-серыми. Он выглядел как самый маленький Мистер Америка в истории.

Шэд встал на пути человека и поглотил жар от тела Моракха. Со времени прибытия на Рокс он уже поглотил много фотонов, и сейчас его эффективность оставляла желать лучшего. Моракх приостановился, не добежав жалких пять ярдов. Ярость исказила его черты.

– Кто не встанет лицом к лицу в честной схватке с Дургом эт-Моракхом бо Заббом? – требовательно спросил он.

– Я не встану, – ответил Шэд и начал поглощать еще больше фотонов. Но как только Моракх услышал слова Шэда, он начал двигаться с невероятной скоростью. Удивление мелькнуло в разуме Шэда, когда он уклонился от мощного удара, другой удар с разворота пришелся в бедро. Шэд почувствовал боль, пробежавшую по нервам. Шэд использовал силу удара, чтобы вывернуться прочь. Он упал на землю и покатился под яростным напором атак. Затем вскочил, приняв боевую стойку. Он потерял контроль над своим облаком тьмы, и оно рассеялось. Дург нападал на него, доставая и руками, и ногами.

Дург был несомненно быстрее и сильнее обычного человека. Но то же можно было сказать и о Шэде. И у Шэда было больше возможностей.

Дург усилил напор, пытаясь пробиться сквозь защиту Шэда. Шэд ушел с линии атаки и поймал Дурга ударом ногой с разворота, попав в солнечное сплетение. Затем снова сделал шаг в сторону и прыгнул, вновь ударив в солнечное сплетение с силой, которая заставила его содрогнуться.

Дург зарычал, но продолжал наступление. Шэд снова скрутился, как только противник подошел ближе. Обратный кулак и последовавший за ним обратный круговой удар ногой пришлись Дургу точно в лицо. Шэду казалось, что он бьет опору моста.

Дург ударил ногой в корпус. Шэд блокировал удар обеими руками, его сильно качнуло в сторону. Дург пробил брешь и развил успех. Кулаки и локти мелькали с огромной скоростью. Шэд сумел блокировать большинство ударов, но один отклонил лишь частично и почувствовал резкую боль, пронзившую левый бок. Он почувствовал, как гнутся его ребра, поглощая силу удара.

Шэд пальцами попытался достать глаза коротышки, затем зажал его голову в локтевом захвате и потянул назад. Боль пронзила руку Шэда. Это было все равно что тянуть грузовик с цементом.

Дург сморгнул кровь с глаз, и в это мгновение Шэд использовал свою дикую карту и потянул из него тепло. Дург задрожал, но его боевые инстинкты вынуждали его нападать. Шэд пнул его изо всех сил в колено, когда тот возобновил атаки. Это остановило Дурга лишь на мгновение. В ответ таксианец нанес удар пяткой, так что у Шэда клацнули зубы. Шэд блокировал одну атаку за другой, забирая жар из чужого, с холодным скептицизмом наблюдая, как бледнеет Моракх, но продолжая тянуть тепло.

Где-то на периферии сознания мелькнула мысль, что Таксис был зимней планетой. Им должен нравиться холод.

Он продолжал поглощать фотоны. Других идей у него не было.

Дург опустил голову и напрягся. Боль прокатилась по ребрам Шэда, когда голова Моракха ввинтилась в его туловище. Шэд подался назад, его раненая нога подвернулась, и он упал, опрокинув на себя Моракха. В отчаянии он забрал все тепло, до которого мог дотянуться. Руки Моракха сомкнулись на горле Шэда, и воспоминания о Роберте Пэнне с его удавкой поднялось желчной горечью. Шэд прижал ладони к вискам Дурга.

Моракх вздрогнул и потерял сознание. Его кожа была ледяной. Шэд перекатил тяжелое тело и встал. Что-то хрустело в его левом плече и вдоль спины. Если ему повезло, он просто порвал мышцы и связки, если нет – сломал себе ребра. Он похромал к заливу.

Выстрелы вспороли воздух. Они были далеко.

– Несколько моих солдат, – сказал Кафка, – Блоут велел им искать вас на южной стороне.

Шэд посмотрел на деревянную лестницу, скользкую, ведущую к лодке, покачивающейся на конце фалиня. Он осторожно подхватил Тахиона, и его ребра разорвало болью. Он не обратил внимания и спустился по ступенькам. Волна намочила ноги до колен, пока он ждал, когда «Зодиак» подойдет ближе, а потом присел и прыгнул. Его поврежденная нога чуть сбила их с курса, но Шэд успешно приземлился на резиновое покрытие на дне лодки. Удержал равновесие, несмотря на усилившуюся качку, и поставил Тахиона, склонившись в полупоклоне. Подскочил к навесному мотору. Уставился на него, неуверенно потянулся к ручному стартеру.

– Там есть автостартер, – крикнул Кафка.

Шэд нашел его, порадовался, что не придется лишний раз совершать резкие движения.

– Спасибо, брат, – сказал он. Во имя сына вдовы.

Он завел мотор, газанул. Кафка кинул конец.

Они отчалили.

Кафка не помахал им на прощание. «Зодиак» подскакивал на волнах и падал вниз с глухим стуком, который пугал больше, чем боль в ребрах. Холодный ветер с Атлантики выстудил августовскую ночь. Брызги летели на обоих пассажиров, но лодка двигалась быстро. Шэд окружил лодку тьмой, забрав все тепло, до которого мог дотянуться. Он правил в залив, пока огни лодок береговой охраны не стали слишком яркими, а потом повернул на юг.

Если их и преследовали, то он ничего не видел.

Статуя Свободы пылала справа, ее факел, казалось, мерцал в мчащемся воздухе. Шэд отпустил темноту, чтобы Тахион могла увидеть это.

– Вот, – сказал он, – твой счастливый знак на сегодня.

Тахион смотрела с удивлением. Ее длинные светлые волосы развевались на ветру. Шэд не был уверен, что на лице ее сверкают слезы, а не капли воды.

– Свобода, – сказал Шэд.

Огни Бейона и южных доков Джерси-Сити вырисовывались впереди. А потом появилось что-то еще. Черная колонна, поднимающаяся из темноты прямо перед ними. Она издавала сосущий, рычащий шум.

– Осторожно! – закричала Тахион, и Шэд вывернул руль. «Зодиак» поднялся на гребень волны и упал. Столб прошел по левому борту. Шэд увидел нечто, вращающееся на вершине.

Он опустил на лодку покров темноты. Тахион смотрела на него, не видя.

– Что это было?

– Я не уверен. Возможно, это была дыхательная трубка субмарины.

– Что?

– Дыхательная трубка. Вроде перископов и радаров. Древние дизельные подлодки поднимались на поверхность за воздухом, пока немцы во время Второй мировой не придумали дыхательные трубки. Теперь они просто поднимают трубку и дышат через нее. Но я не знаю, остались ли у нас на флоте дизельные подлодки.