До последнего - Балдаччи Дэвид - Страница 106

— Может, еще о чем-нибудь спросите?

— Вы их все еще принимаете?

— Нет. Если мне не изменяет память, в последний раз я выпил таблетку за неделю до того, что случилось в аллее.

— В таком случае я не стану ничего сообщать вашему начальству. — Клер продолжала держать в руке ту же самую пилюлю. — Я никак не могу понять, какой это препарат, хотя мне казалось, что я знаю все психотропные средства наизусть. Придется отнести это на анализ. — Заметив, как у Веба вытянулось лицо, она торопливо добавила: — У меня в лаборатории есть приятель, так что ваше имя нигде не всплывет.

— Вы и вправду думаете, что всему причиной таблетки, Клер?

Клер положила пилюлю во флакон, а флакон — в карман. Потом посмотрела на Веба.

— Боюсь, что правду мы не узнаем никогда.

— Значит, сеанс гипноза не удался? — спросил после минутного молчания Веб, хотя Клер точно знала, что он думал сейчас не о гипнозе, а о том, как могли повлиять таблетки на его состояние в аллее.

— Ну почему же? Я узнала множество разных вещей.

— Каких, хотелось бы знать?

— Например, я узнала, что Харри Салливан был арестован во время праздника по случаю вашего дня рождения. Вам тогда исполнилось шесть лет. Вы помните, как говорили мне об этом? — По мнению Клер, это Веб еще мог вспомнить — но только не случай со Стоктоном.

Веб неуверенно кивнул.

— Помню. Кое-что, во всяком случае.

— Надо сказать, что перед тем, как Харри арестовали, вы С ним веселились вовсю. У меня нет сомнений, что он вас очень любил.

— Приятно слышать, — сказал Веб, без особого, впрочем, энтузиазма.

— Травматические воспоминания часто подавляются, Веб. Это своего рода мера безопасности. Если ваша психика не в состоянии переварить то или иное событие, сознание загоняет воспоминание о нем глубоко в свои недра — так, чтобы вам не пришлось снова с ним столкнуться.

— Это все равно что зарывать в землю токсичные отходы, — тихо сказал Веб.

— Совершенно справедливо. Но, как известно, такие захоронения дают утечки, которые могут причинить значительный ущерб.

— Узнали что-нибудь еще? — спросил Веб.

— А вы что-нибудь другое помните?

Веб покачал головой.

Клер отвела от него взгляд. Она знала, что Веб был пока еще не в лучшей форме, и выкладывать ему правду о смерти его отчима было рановато. Когда она снова на него посмотрела, ей даже удалось изобразить подобие улыбки.

— Думаю, что на сегодня достаточно. — Она посмотрела на часы и добавила: — К тому же мне пора возвращаться в город.

— Значит, мой отец и я неплохо ладили друг с другом?

— Вы с ним распевали песни, при этом он носил вас на плечах. Так что вы совсем неплохо проводили время вместе.

— Похоже, память о том дне снова начинает ко мне возвращаться. Значит, для меня еще не все потеряно? — Веб улыбался, словно пытаясь дать ей понять, что далеко не все из сказанного ею воспринимает всерьез.

— В жизни всегда есть место для надежды, Веб, — ответила Клер.

39

У Сонни Венаблса был выходной, поэтому он был в штатском. Сидя в машине без гербов и мигалок, он обозревал окрестности через ветровое стекло. Со стороны заднего сиденья послышался какой-то шорох: лежавший на полу крупный мужчина переменил положение тела и вытянул ноги.

— Только не суетись раньше времени, Ренди, — сказал Венаблс. — Нам придется здесь постоять еще какое-то время.

— Я и не думал суетиться. Если бы ты знал, как долго мне иногда приходилось сидеть в засаде и в каких дерьмовых местах, ты бы так не говорил. На полу твоей машины мне куда комфортнее.

Венаблс выудил из кармана сигарету, прикурил, затянулся и, приоткрыв окно, выпустил дым.

— Кажется, ты мне рассказывал о встрече с Лондоном?

— Ах да! Мы остановились на том, что я его прикрывал, хотя он об этом даже не догадывался. Впрочем, я уверен, что Вестбрук при любом раскладе не стал бы его убивать.

— Я слышал об этом парне, но встречаться с ним мне не доводилось.

— В таком случае тебе повезло. Впрочем, есть люди и пострашнее Вестбрука. Он по крайней мере придерживается хоть каких-то правил. Большинство же бандитов совершеннейшие беспредельщики. Они убивают без всякой нужды, да еще любят этим похваляться. Вестбрук же ничего без серьезной причины не предпринимает.

— А это не он, часом, перестрелял позовцев?

— Не думаю. Но он сообщил Лондону о тоннеле под зданием, которое было объектом атаки ПОЗ. Теперь ясно, как пулеметы попали в дом. Лондон с Бейтсом проверили его слова и убедились, что он не врал.

— После того что ты наговорил мне о Вестбруке, как-то не верится, чтобы он мог служить у кого-то на посылках.

— Пришлось послужить, поскольку человек, по распоряжению которого он передал эти сведения, удерживает у себя его сына.

— Понял. Значит, позовцев перестреляли по приказу этого типа?

— Так я, во всяком случае, думаю.

— Ну а как увязать все это с окси?

— Да очень просто. Я был в этом доме и все видел. Даже продукт. Никаких тебе пакетиков с кокаином. Мешки с таблетками — вот что там было. Кроме того, я имел возможность просмотреть компьютерные отчеты о ходе операции. В это дело были вложены миллионы баксов. А потом все это как корова языком слизала.

— И эти люди поставили такой спектакль только для того, чтобы тебя подставить? Ну а позовцев-то зачем было крошить? Да за такие дела Бюро будет мстить им до скончания века.

— Смысла во всем этом и впрямь маловато, — согласился Коув. — Но все обстояло именно так, как я тебе рассказал.

Венаблс вдруг напрягся и выбросил сигарету в окно.

— Шоу начинается, Ренди.

Венаблс устремил взгляд на человека, вышедшего из дома, за которым они наблюдали. Он двинулся по улице, а потом свернул в аллею. Венаблс завел машину и медленно поехал за ним.

— Это тот самый парень, которого ты ждал? — осведомился Коув.

— Да. Если тебе требуется информация относительно новых наркотиков, то это тот человек, который тебе нужен. Его зовут Тайрон Уолкер, или просто Тэ — в отличие от Большого Тэ. Имеет впечатляющий послужной список. Состоял в трех или четырех различных группировках. Успел отсидеть в тюрьме, лежал в больнице после того, как перебрал дозу, прошел курс реабилитации. Ему лет двадцать шесть, но выглядит он на десять лет старше меня.

— Странное дело, я никогда не встречал этого Тэ раньше.

— Положим, у тебя нет монополии на информацию в этом городе. Я, конечно, всего-навсего уличный коп, но и у меня есть свои источники.

— Это хорошо, Сонни. Поскольку я засветился, со мной вряд ли кто-то будет сейчас разговаривать.

— Старина Тэ будет, если, конечно, ты найдешь к нему подход.

Венаблс завернул за угол, нажал на педаль газа и покатил по улице, параллельной той, по которой они только что ехали. Когда они в очередной раз свернули за угол, то увидели Тэ, который вышел из аллеи, пересекавшей квартал между двумя улицами. Венаблс осмотрелся.

— Похоже, все чисто. Ну что, попробуешь?

Коув уже выскочил из машины. Прежде чем Тэ успел понять, что происходит, Коув умело его обыскал и, затащив в машину, уложил лицом вниз на заднее сиденье. Венаблс тут же тронул машину с места. Поскольку Коув сильной рукой прижимал Тэ к сиденью, тому ничего не оставалось как осыпать бранью всех и вся. Когда он наконец немного успокоился, они были уже за две мили от аллеи и находились в более респектабельной части города. Коув усадил Тэ на заднее сиденье и расположился рядом с ним.

— Привет, Тэ, — сказал Венаблс. — Выглядишь ты вроде неплохо. Стал наконец о себе заботиться, что ли?

Коув заметил, что Тэ хочет открыть дверцу и выпрыгнуть из машины на ходу. Стиснув его предплечье своей железной рукой, он сказал:

— Спокойно, Тэ. Мы всего лишь хотим с тобой поговорить. Всего-навсего.

— А что будет, если я не захочу с вами разговаривать?

— В таком случае ты можешь выйти из машины.

— Правда могу? Тогда остановитесь — и я выйду.