Ва-банк (ЛП) - Миллер Рейн - Страница 38

Когда я вошел в квартиру, в ней было тихо, как в могиле. Я ощутил острый укол беспокойства достигшего неприятных высот и начал поиск.

— Брианна?

Полнейшая тишина. Она не на работе, и, безусловно, не в моем офисе. Не на балконе. Ванная была моей последней надеждой. Мое сердце колотилось в груди, пока я открывал дверь. И разбилось, когда я ее там не обнаружил.

Черт! Брианна, где ты?

Ее красивое платье висело на крючке. Лиловое, то, что она купила в винтажном магазине с Габриэль в день, когда мы встретились за обедом в «Глэдстоуне». Также свидетельством подготовки к предстоящему отъезду служили наполовину собранные косметичка и небольшая сумка. Следовательно, она была здесь, готовясь к сегодняшнему мероприятию и нашему уик-энду.

Я хотел ей доверять, но однажды она уже уходила от меня, вдруг она сделала это снова? После сегодняшних снимков от фанатика, мой живот скрутило в узел, и мне просто необходимо было знать, куда, черт возьми, она делась!

Я направился в спальню, набирая номер Нила в своем наполовину паническом состоянии, когда обнаружил то, что искал. Самое чудесное видение в мире. Среди вороха разбросанной одежды и наполовину упакованных сумок была Брианна, свернувшаяся калачиком в постели… спящая.

— Да? — ответил Нил.

Я был так потрясен, что по-прежнему прижимал мобильник к уху.

— Эмм... ложная тревога. Извини. Увидимся в Национальной через несколько часов, — я повесил трубку, прежде чем он успел ответить. Бедный приятель должно быть подумал, что я спятил.

Ты точно сошел с ума!

Очень тихо передвигаясь, я снял пиджак, сбросил обувь, осторожно заполз на кровать и обвился вокруг ее спящей фигурки. Я вдохнул ее прекрасный аромат и позволил своему пульсу замедлиться. Желание закурить сигарету было невероятно интенсивным, но я сосредоточился на ее теплом теле и понял, что мою зависимость к сигаретам, в конце концов, придется снизить.

Брианна не реагировала, глубоко погрузившись в сон, и мне стало интересно из-за чего она так устала, но я не хотел ее беспокоить. Я мог наблюдать и ждать, просто радуясь, что она рядом со мной, и размышляя над уроком, который я только что извлек. По-видимому, не у одной Брианны были проблемы с доверием. Мне нужно чуть больше поработать над своим собственным. Когда она сказала, что не уйдет от меня, я должен был верить, что она сдержит слово.

Я открыл глаза, обнаружив, что она меня изучает. Она улыбалась, выглядя счастливой, красивой и чуточку самодовольный.

— Мне нравится смотреть, как ты спишь.

— Который час? — я посмотрел на застекленную крышу и убедился, что солнце еще не зашло. — Я заснул? Я пришел домой, нашел тебя в постели и не мог устоять, чтобы не присоединиться к тебе. Думаю, я тоже задремал, соня.

— Около половины шестого, пора собираться, — она потянулась, как кошка, — чувственно и эротично, пока не выпрямилась. — Не пойму, почему я так устала. Я просто прилегла на минутку, а когда открыла глаза... ты здесь, — она начала скатываться с кровати.

Я схватил ее за плечо и вернул обратно, подмяв под себя и расположившись между ее ног.

— Не так быстро, моя красавица. Мне для начала нужно немного побыть с тобой наедине. Это будет долгий вечер и мне придется делить тебя с несметным количеством идиотов.

Она подняла руку, обхватила мое лицо и улыбнулась.

— Какой вид уединения ты предпочитаешь?

Я поцеловал ее медленно и основательно, исследуя языком каждый дюйм ее ротика, прежде чем ответил:

— Тот, где ты голая и выкрикиваешь мое имя, — я медленно вжался своими бедрами в ее мягкое тело. — Этот вид.

— Ммммм, вы убедительны, мистер Блэкстоун, — сказала она, все еще удерживая мое лицо, — но мы действительно должны собираться. Ты хорош в выполнении нескольких дел одновременно?

— Я хорош во многом, — ответил я, а затем снова ее поцеловал. — Только намекни.

— Ну, мне нравится твой душ так же, как и твоя ванна, — застенчиво сказала она.

— Ах, так значит ты просто использовала меня из-за непревзойденных удобств моей ванной комнаты?

Она рассмеялась и направила руку вниз, чтобы ухватиться за мой твердеющий член.

— Любые удобства непревзойденны, когда я вижу это.

Я засмеялся и в то же время застонал, убегая от нее в ванную комнату.

— Я наберу горячей воды... и буду ждать тебя там.

Мне не пришлось томиться в ожидании, прежде чем она присоединилась ко мне голая и, как обычно, умопомрачительно сексуальная; превращая меня в своего абсолютного пленника и вызывая неистовую потребность обладать ее телом доминирующим сексом, без которого, по всей видимости, я не мог обойтись, когда мы были вместе. Моя наивысшая награда и мой самый большой страх в одном флаконе. Я шутил по поводу сегодняшнего торжества и готовности поделиться ею с другими, но в моем высказывании прозвучало гораздо больше правды, чем хотелось бы признавать. Я терпеть не мог делить ее с другими мужчинами, которые, на мой взгляд, чересчур ею восхищались.

Но такова реальность Брианны, и если она — моя девушка, то я должен научиться принимать эту данность как мужчина.

Мы с пользой провели время в этой горячей мыльной воде. Да... выполнение нескольких дел одновременно — одна из моих сильных сторон, и я не откажусь от любой подвернувшейся возможности.

— Знаешь, ты великолепно выглядишь.

Она покраснела от смущения в зеркальном отражении, румянец распространялся по ее шее и даже по выпуклости ее груди, в декольте этого роскошного платья, которое она надела. Оно было кружевным и полностью облегающим ее фигуру, короткая юбка была довольно легкой, из какого-то другого незнакомого мне материала. Не имеет значения, что, черт возьми, это было, но сегодня это платье точно станет моей смертью. Я слетел с катушек.

— Ты и сам выглядишь великолепно, Итан. Мы гармонично смотримся. Ты же выбрал этот галстук только из-за моего платья?

— Конечно. У меня куча галстуков, — я наблюдал за тем, как она наносит макияж и последние штрихи, благодаря бога, что она не замечает моей скрытности и нервозности из-за того, что я собирался сделать.

— Ты наденешь тот старинный серебряный зажим для галстука? Тот, который я больше всего люблю?

Идеальное начало.

— Безусловно, — я направился к верхнему ящику комода, чтобы достать его.

— Это семейная вещица? — спросила она, когда я прикрепил его на свой галстук.

— Да, как ни странно. Она принадлежала семье моей матери. Бабушка с дедушкой были старыми английскими богачами, у которых были только две дочери — моя мама и мама Ивана. Когда они умерли, их имущество перешло внукам — Ханне, мне и Ивану.

— Ну, это невероятно, и мне нравятся старинные вещицы наподобие этой. Старинные вещи так хорошо проработаны и, еще лучше, если в них есть сентиментальный смысл, правда?

— У меня практически не осталось воспоминаний о маме, я был слишком мал, когда она умерла. Зато я помню свою бабушку. Она оставляла нас у себя на праздники, рассказывала нам множество историй и показывала фотографии; она, как могла, пыталась помочь нам узнать нашу мать, потому что, по ее словам, моя мама этого бы хотела.

Брианна опустила кисточку для макияжа и подошла ко мне. Она провела рукой по моему рукаву, затем слегка поправила галстук, и, наконец, благоговейно погладила серебряный зажим.

— Твоя бабушка, похоже, такая же прекрасная женщина, как и твоя мать.

— Ты бы им понравилась, — я осторожно ее поцеловал так, чтобы не размазать помаду, и вытащил из кармана коробочку. — У меня для тебя кое-что есть. Это предназначено специально... для тебя, — я протянул ей футляр.

Ее глаза широко распахнулись при виде черной бархатной коробочки, а затем она посмотрела на меня немного испуганно.

— Что это?

— Просто подарок для моей девушки. Я хочу, чтобы он стал твоим.

Ее рука дрожала, когда она открывала футляр, а затем дрожь отразилась в ее дыхании, вызвав легкое удушье.