Имя нам – Легион - Сивинских Александр Васильевич - Страница 106

106

ЭПИЛОГ

Товарных размеров (длина 10 см) раки достигают примерно за два года. При необходимости раков можно дорастить до очень крупных размеров, но они не так вкусны, как 10-сантиметровые.

В. Динец, Е. Ротшильд, “Энциклопедия природы России”

Щелк! Устрашающе зазубренная клешня сомкнулась в непосредственной близости от носа Филиппа. Он отдернулся, но потом рассмеялся и погрозил обладателю клешни пальцем. Тот заворочался, поднимая быстро оседающую муть, и с достоинством побрел прочь, быстро переставляя суставчатые ножки.

– Нравится? – пропел приятный голос.

– Красивый зверек, – согласился Филипп, оборачиваясь.

Рядом с ним стояла тоненькая девушка в строгом деловом костюме. Несмотря на излишнюю, по мнению Филиппа, официальность одежды, девушка была очаровательна. Филипп повел плечами и тряхнул головой, поправляя волосы. Он широко улыбнулся. Он приосанился и надул грудь. Он скосил глаза на пол, примеряясь, удастся ли пасть на колено в случае чего. Пол был чистым.

– Cardiosoma arratum, таиландский краб, – сказала девушка. – Строго говоря, ракообразные зверями не являются. Позвольте поинтересоваться, – спросила она мягко, но с нажимом, – вы зашли только на аквариум полюбопытствовать, или вас привело дело?

Филипп решил погодить падать на колени.

– И по делу тоже, – сказал он. – Но аквариум – уж больно хорош! У вас в нем акулы, часом, не живут? – Он провел рукой по стеклянной стене, за которой бурлила водная жизнь, умело подсвеченная и декорированная. – Вот бы посмотреть.

– Небольшая кошачья акула имеется в кабинете управляющего, – сказала девушка, – а здесь вода пресная. Так какое у вас дело?

– А он в курсе, что вы его так зовете? – спросил Филипп. – Управляющий?

– Разумеется, – хладнокровно отреагировала девушка и посмотрела на него в упор. Долго-долго. Так долго, что коренастый охранник в камуфляже с «Клином» под мышкой начал подниматься со стула.

Филипп понял, что его сейчас могут просто-напросто выставить, и протянул девушке цветной глянцевый прямоугольник кредитной карточки.

– Счет открыт не то в Люксембурге, не то в Монако, не то вовсе в Лихтенштейне, но мне сказали, что ваш банк работает с такими.

– Работает, – в голосе девушки появились теплые нотки.

– Проверьте, пожалуйста, что там у меня накопилось.

Девушка прошла за прозрачную дверь. Охранник успокоился и вновь развалился на своем сиденье.

Филипп усмехнулся. Слева аквариум с рыбками и крабами, справа – с кассирами и контролерами. Вопрос для капустника: у кого холодней кровь?

Строгая девушка подошла к одной из полудюжины работниц и что-то сказала ей, передав тоненькими симпатичными пальчиками кредитку. Работница принялась стучать по клавиатуре компьютера, а строгая девушка занялась бумагами. Через секунду работница прекратила стучать и уставилась на экран. Затем на Филиппа. Затем снова на экран. Затем она издала какой-то возглас, отзвук которого донесся даже сквозь броневое стекло. Строгая девушка отвлеклась от бумаг, бросила на экран нарочито безразличный взгляд, и тут брови ее заметно приподнялись. Филипп, исподтишка поглядывающий на нее, тут же отвернулся и поискал глазами оранжево-красно-фиолетового Cardiosoma arratumа. Арратум, оказывается, поймал клешней чуть меньшего, чем он сам, сородича и пытался не то перевернуть его вверх тормашками, не то выковырять из панциря. Сородич яростно сопротивлялся.

– Счет открыт в Швейцарии, и сумма на нем весьма приличная, – сказала девушка, возвращая ему карточку. – Весьма. Двести пятьдесят тысяч евро.

– Серьезно?! – восхитился Филипп. – Не обманули макаронники. А я, признаться, им не поверил. Подумаешь, муфту изобрел. Вот, скажите, мадемуазель… – Он посмотрел на девушку. – Вы бы заплатили за обгонную муфту, хоть бы и самую распрекрасную, двести пятьдесят тысяч?

Девушка пожала плечиком. Отлично это у нее получилось, изящно и не жеманно ничуть.

– Я совершенно не разбираюсь в муфтах, – сказала она. – Особенно в обгонных. Но зато я совершенно точно знаю, что никто и никогда не отдаст таких денег просто за красивые глаза.

– Спасибо, – сказал Филипп. – Они что, в самом деле красивые?

– Да, – сказала девушка, – в самом деле. – И неожиданно добавила: – Скажите, вы действительно хотите посмотреть акулу?

Филипп кивнул.

– Пойдемте, – сказала девушка.

Филипп на ходу осматривал себя и понимал, что дело плохо. Наряд для посещения кабинета управляющего солидным банком был совсем неподходящим. Абсолютно. Ботинки – хоть и начищенные, но откровенно военного образца. Джинсы – довольно поношенные. Свободный свитер бабушкиной вязки порядком вытянулся, а кожаная куртка уже достигла возраста, близкого к пенсионному. «Ох, и попрет нас главный банкир, – подумал он. – Да взашей! И девчонке достанется».

Когда он увидел секретаря управляющего, то понял, что до банкира им добраться нипочем не удастся. Грозная, как генерал Пиночет в лучшие его годы, широкоплечая матрона при могучих очках и полуметровом шиньоне казалась земным воплощением цербера. Нет, ничего им тут не светило, кроме крупного облома. Он наклонился к девушке, еще раз поразившись, какая она крошечная да ладная, и прошептал:

– Послушайте, может не стоит? К морскому дьяволу ее, акулу! Нас же эта гвардейская тетя на лоскутки порвет, когда узнает, ради чего мы занятого человека тревожим. Да и сам управляющий… выгонит же, ей-богу, выгонит!

– Не выгонит, – уверенно сказала девушка. – Управляющий – я.

Звали ее Светлана, а фамилия ее была чудной: Фэйр. Сочетание имени и фамилии девушки всколыхнули в душе Филиппа какие-то смутные ассоциации, но он не мог понять, какие именно. Отчество у Светланы было подстать – Джорджевна. Папа ее, Джордж Фэйр, крупный английский буржуй, отличался большой любовью к женщинам, временами переходящей в сатириаз. Надо отдать ему должное – на возлюбленных своих он неизменно женился, а разводясь, обеспечивал неплохое содержание как бывшим супругам, так и нажитым в браке с ними детям. При всем при том он до сих пор почему-то не разорился.