Пират - Скотт Вальтер - Страница 166

— И ты воображаешь, — с возмущением воскликнул Кливленд, — что твои выдумки могут меня смутить? Я не из тех глупцов, которые видят в твоем мнимом могуществе что-либо, кроме простого обмана!

— Молчите, Кливленд, молчите, — воскликнула Минна, ибо внезапное появление Норны еще усилило страх, который она с детства внушала девушке, — молчите! Она могущественна, она слишком могущественна! А ты, о Норна, вспомни, что свобода моего отца зависит от свободы Кливленда.

— Счастье для Кливленда, что я это помню, — ответила предсказательница, — ради спасения одного человека явилась я сюда, и ради этого спасения я помогу обоим. А ты, со своей ребячьей выдумкой, неужели ты в самом деле предполагала, что мужчина такого роста и с такой фигурой сойдет за девушку, скрывшись под жалкими складками твоего домотканого плаща? Да подобная затея кончилась бы лишь тем, что его немедленно заключили бы в оковы и посадили под крепкий замок. Нет, освобожу его я! Он благополучно вернется на свой корабль. Но пусть покинет наши края навсегда, пусть в других местах внушает ужас своим черным флагом и еще более черным именем! Ибо если солнце дважды взойдет, а корабль его все еще будет стоять здесь на якоре, да падет его кровь на его голову! Взгляните же друг на друга в последний раз — это моя последняя уступка вашей слабости — и скажите, если можете: «Прощай навек!»

— Слушайтесь ее, — пробормотала Минна, — слушайтесь ее, не возражайте.

Кливленд, схватив руку Минны, припал к ней горячими губами и сказал, но так тихо, что она одна могла слышать его: «Прощай, но не навек!»

— А теперь, девушка, уходи, — приказала Норна, — и предоставь остальное Рейм-кеннару.

— Еще одно слово, — взмолилась Минна, — и я послушаюсь. Скажи мне только, правильно ли я поняла тебя: правда ли, что Мордонт жив и вне опасности.

— Да, жив и теперь вне опасности, — ответила Норна, — иначе горе было бы тому, чья рука пролила его кровь!

Минна медленно направилась к выходу из собора, время от времени оборачиваясь, чтобы взглянуть на мрачный облик Норны и на стройную, мужественную фигуру Кливленда, стоявших рядом в сгущавшейся мгле старого храма. Когда она обернулась во второй раз, оба куда-то шли: Кливленд следовал за старой сивиллой, которая медленно и торжественно удалялась в направлении одного из боковых приделов. Когда Минна обернулась в третий раз, они уже скрылись из вида. Девушка собралась с духом и поспешила к восточной двери, через которую вошла; на мгновение она остановилась, услышав голоса стражников, болтавших на улице.

— Долгонько-то наша шетлендка толкует со своим пиратом, — сказал один, — дай Бог, чтобы они только о выкупе отца и говорили…

— Что правда, то правда, — согласился другой, — девчонки небось скорее пожалеют молодца пирата, чем старого да дряхлого горожанина.

Тут разговор их был прерван появлением Минны, и стражники, как будто их поймали с поличным, сорвали с себя шляпы и с самым сконфуженным видом выразили ей свое почтение.

Минна вернулась домой глубоко взволнованная, но в конце концов все же довольная результатами своей экспедиции: отцу ее, видимо, теперь уже ничто не угрожало, она была уверена, что Кливленду удастся бежать, и узнала, что Мордонт жив и находится вне опасности. Она поспешила сообщить обе эти новости Бренде, и сестры вместе возблагодарили Всевышнего. Бренда готова была даже поверить в сверхъестественное могущество Норны — такой успех принесло на этот раз ее вмешательство. Сестры поздравили друг друга с радостной вестью, но и всплакнули немного, так как к их надеждам примешивались все же некоторые опасения. Поздно вечером одиночество их нарушил Клод Холкро, который со значительным, но вместе с тем встревоженным и даже испуганным видом сообщил им, что Кливленд исчез из собора, где ему разрешено было прогуливаться, и провост, извещенный о том, что Минна способствовала его побегу, в чрезвычайной тревоге идет сюда, чтобы произвести дознание по этому делу.

Когда почтенный провост появился, Минна не скрыла от него своего сочувствия побегу Кливленда, ибо видела в этом единственный способ избавить своего отца от грозящей ему опасности. Но непосредственное участие свое в побеге она решительно отрицала и показала, что рассталась с Кливлендом в соборе более двух часов тому назад, оставив его там в обществе третьего лица, чье имя она не считала себя обязанной сообщать.

— Да этого и не требуется, миссис Минна Тройл, — ответил провост Торф, — ибо, хотя и не видели, чтобы кто-либо, кроме самого капитана Кливленда и вас, входил сегодня в собор святого Магнуса, однако нам небезызвестно, что ваша родственница, старая Улла Тройл, которую вы, шетлендцы, зовете Норной из Фитфул-Хэда, снова появилась в наших краях и разъезжала и по морю, и по суше, а может статься, и по воздуху, то в лодке, то верхом, а то, чего доброго, и на помеле! И ее немого трау тоже видели здесь: он повсюду совал свои нос и за всеми шпионил, а шпион-то он неплохой — все слышит, а рассказать ничего не может, разве только своей хозяйке. А кроме того, нам доподлинно известно, что она появляется в соборе даже тогда, когда все двери заперты, — ее там не раз видели — спаси нас Господи от нечистого! Итак, даже ни о чем больше не спрашивая, я вправе заключить, что именно Норну вы и оставили в церкви вместе с этим молодцом; а если так, то попробуй поймай их теперь! Должен вам, однако, сказать, прелестная миссис Минна, что вы, шетлендцы, совсем уж склонны забывать равно человеческие и Божеские законы, когда при помощи колдовства освобождаете из тюрьмы преступника. Самое лучшее, что вы, или ваша родственница, или ваш отец можете теперь сделать, — это уговорить молодого пирата, чтобы он как можно скорее удалился из здешних мест, не причиняя никакого вреда городу или его торговле — тогда случившееся окажется, быть может, не такой уж бедой. Видит Бог, мне не нужна была жизнь несчастного, и я рад был бы сбыть его с рук, не навлекая на себя нареканий. И еще менее хотел бы я, чтобы в связи с его заключением пострадал глубоко мною уважаемый Магнус Тройл из Боро-Уестры.

— Так, так, вижу, куда вы гнете, мистер провост, — произнес Клод Холкро, — и могу вам поручиться за своего друга мистера Тройла, как за самого себя, что мы будем говорить и делать все возможное, дабы заставить этого молодчика капитана Кливленда немедленно же покинуть здешние берега.