Джентльмены предпочитают суккубов (ЛП) - Майлз Джилл - Страница 50

— Он был розовым, — согласилась я, чувствуя себя дебилкой. — Я не знала, что от него столько вреда.

— Все оружие не в тех руках чертовски опасно.

Я не могла с этим не согласиться.

— Это заживет?

Он искоса взглянул на меня — возвращение старого доброго Зэйна.

— Примерно через пару-тройку дней; и даже быстрее, если я буду питаться чаще, чтобы регенерация проходила лучше, — он бросил на меня многозначительный взгляд.

Во мне вспыхнуло желание, я с трудом сглотнула. Когда он подкатывал ко мне несколько часов назад, я дала ему отворот-поворот. Но теперь я увидела Зэйна с другой стороны, которая и смущала и очаровывала меня одновременно. Под личиной жесткого вампира с крыльями скрывалось отзывчивое и доброе создание. Он спас и охранял меня в тех случаях, когда мог запросто бросить. Он доставил меня обратно в Каир, несмотря на ранение в руке, а мог бы оставить блуждать по пустыне.

За всем этим скрывался мужчина, которого я могла бы полюбить, в те времена, когда была еще человеком.

Но порядок вещей изменился. Изменилась и я. А Зэйн не был мужчиной, которого я смогу когда-нибудь полюбить.

Он был врагом, представителем королевы вампиров.

Я вздохнула и отошла от него, пытаясь ослабить неистовое желание, пульсирующее в каждой клеточке моего естества. В глазах слегка помутнело, руки тряслись, и я знала, что если буду продолжать бороться с “Зудом”, все станет только ухудшиться.

— Я не могу, Зэйн.

— Твой глаза такие синие, — сказал он, поймав меня за руку здоровой рукой, и притянул к себе. — Должно быть тебе ужасно тяжело.

В дело вступил старый добрый способ утешения. Одежда ужасно раздражала сверхчувствительную кожу, и я из последних сил боролась с желанием сбросить ее и накинуться на Зэйна.

— Ты ранен, я грязная, и мы оба валимся с ног от усталости, — рассуждала я, стараясь оставаться трезвомыслящей и сильной перед лицом искушения.

Его пальцы скользнули по моей щеке, смахивая с нее песок.

— Врунишка. Ты не устаешь.

Я посмотрела Зэйну в глаза, замечая, как черные радужки окрашиваются по краю в красный цвет. Он был явно заинтересован, независимо от того — ранен или нет. Я отвела глаза, посмотрев на черный каскад перьев, изящно раскинувшихся на кровати.

— Твой крылья такие красивые, — сказала я, зачарованная их видом. — Могу ли я дотронуться до них?

Его глаза вспыхнули красным, он отрывисто кивнул.

Вытянув руку, я осторожно прикоснулась к перьям. Перья с внутренней стороны крыльев были очень мягкими и пушистыми, а на ребрах жесткими и длинными. Я с восхищением провела пальцами по ниспадающим блестящим перьям.

— Они невероятные.

Зэйн продолжал безмолвствовать, я взглянула на него. Его кроваво-красные глаза следили за каждым моим движением, лишая меня присутствия духа. Клыки задевали за нижнюю губу, руки сжаты в кулаки и слегка подрагивают.

— Не надо, — тихо сказал он.

Я убрала руки от крыльев.

— Тебе больно, когда я касаюсь их?

В голосе Зэйна слышалось тихое рычание.

— Если ты дотронешься до них еще раз, я завалю тебя на эту кровать, заброшу твои ноги себе на плечи и трахну тебя. И не нежно, как я того хочу. Потому что я не в состоянии контролировать себя.

Перед глазами промелькнули, захватывающие дух, картины.

— О, — сказала я, испытывая приступ болезненного разочарования от того, что он все еще держит себя в руках. Я сложила руки на коленях. — Ты… ты хотел их обратно? — Я не знала как правильнее выразить свой вопрос. — Крылья?

— Я влюбился в смертную женщину, как и любой другой серим, — ответил он, прожигая меня взглядом. — Ради нее я оставил Небеса, и когда ее у меня забрали, мне ничего не оставалось, как прожить вечность без нее. — Зэйн отвернулся, и в комнате повисла тишина. — Когда Нитокрис предложила сделку, я рискнул, надеясь на… Ладно, неважно. Я был молод и глуп, и не знал всего, что повлечет за собой ее предложение. — Он криво, самоуничижительно усмехнулся, так что у меня сердце заныло в груди. — Мы все совершаем поступки, о которых в какой-то момент начинаем жалеть.

Я должна была его получить. Вампир он или нет, враг или нет, но меня влекла его измученная душа. Я хотела прижать его к своей груди и заставить забыть о той женщине. Я хотела поцеловать его так крепко, чтобы он никогда не вспоминал о ней и думал только обо мне. Я хотела быть единственной женщиной, о которой бы он думал.

— Зэйн, — выдохнула я, поддавшись вперед и положив руку на его колено. Не забывая о его раненой руке, я осторожно опрокинула его на постель, изумительные крылья почти скрылись из виду. Те несколько простых ласковых слов не выходили из моей головы, и я задавалась вопросом, был ли в тот момент Зейн настоящим, не скрывающимся за маской нахальства и дерзости?

Я почти потеряла голову от желания.

Оседлав его и прижавшись бедрами к возбужденному члену, я скользнула руками под черную футболку, отчаянно желая почувствовать его кожу под своими ладонями.

— Зэйн, — прошептала я. — Я не могу больше сдерживаться. — Приложив запястье к его рту, я почувствовала, как мою кожу оцарапали его зубы. — Используй мою кровь, чтобы исцелить руку.

— Ты уверена? — в его вопросе прозвучало предостережение, мягкие губы коснулись нежной кожи на внутренней стороне запястья.

Проклятье, нет, я не была уверена. Мои чувства к Зэйну шли вразрез с моей симпатией к Ноа, и я сама не знала чего хочу, за исключением одного — залезть на него сверху и позволить ему довести меня до продолжительного и интенсивного оргазма, который я когда-либо испытывала.

— Ты используешь меня, — ответила я, проводя руками по его груди — А я буду использовать тебя.

Бедра Зэйна находились прямо под моими, и он самым греховным образом потирался об меня.

Зубы вампира впились в запястье, он больше не мог сдерживаться. Я почувствовала мягкое, нежное натяжение, когда он стал сосать мою кровь. От желания кровь в моих жилах кипела, я застонала и потерлась бедрами о его напряженный член. Его язык порхал по моему запястью, и это сводило меня с ума.

— Зэйн, — прошептала я. — Я хочу тебя.

В ответ тишина.

— Зэйн, ты нужен мне, — взмолилась я.

Снова молчание.

Я отняла запястье от его рта и наклонилась для страстного поцелуя…

С его губ сорвался тихий храп.

— Что… — Я легонько встряхнула Зэйна, пребывая в полном неверие, что он заснул в такой ответственный момент. Гнев развеял пелену страсти, и до меня дошло, что солнечный свет пробивается сквозь оконные стекла.

— Че-е-ерт побери! Все это предрассветное дерьмо бесит меня.

Я с тоской посмотрела на красивое лицо вампира. В нем было что-то благородное, даже если ему не нравилось показывать этого, и эта часть его взывала ко мне, как ничто иное ранее.

Я, наконец, оторвалась от него и направилась в ванную, принять холодный душ. По дороге я захватила тарелку с завтраком.

Если я не могу переспать с мужчиной, то оладья с беконом по праву займут второе место среди самых лучших вещей в мире — верно я мыслю?

ГЛАВА 21

Спустя несколько долгих, мучительных часов, я сидела с Реми в ресторане отеля, сжимая в руках чашку кофе.

— Я не знаю, что мне делать с собой, как быть. Все тело ломит, такое чувство, будто меня палкой побили. Я исчерпана, измотана и напряжена до предела, и знаю, что все это связано с “Зудом”.

Пожав плечами, Реми облизнула пальцы и провела ими по подносу из-под пахлавы, подцепила несколько крошек и поднесла их к губам.

— Я не вижу в этом такой уж глобальной проблемы. Это просто секс.

— Это не просто секс, — возразила я. Подошел официант, чтобы наполнить наши бокалы водой, и я прошептала: — В сущности, это становление на путь порабощения своими чреслами.

Официант улыбнулся мне, в его глазах горел явный интерес, и мой рот наполнился слюной. Я заставила себя отвести взгляд и сделать глоток воды.

Реми покачала головой.