Потерянные рассказы о Шерлоке Холмсе (сборник) - Келли Джерард - Страница 69

– Но с чего Риммеру взбрело в голову убивать всех этих людей? – изумился я. – Где мотив? Понять не могу.

– Убивая их, он наносил удар по мне, – улыбнулся моей наивности Холмс. – Он бросал мне вызов: попробуй отыщи и останови меня, если сумеешь!

– Но зачем?

– Риммер – психопат. Помните, я описал его характер по почерку? Насколько мне известно, на свете есть только один человек, которому проиграл Риммер, и этот человек – я. Именно я разоблачил его, доказав, что он виновен в предумышленном убийстве Седрика Томкинса и Томаса Причарда. Я спас от петли Артура Данна; благодаря моим усилиям был выдан ордер на арест Риммера. Всем этим, с точки зрения преступника, я подписал себе смертный приговор. Для начала он хотел доказать, что умнее меня. Это объясняет стихотворения-загадки. Затем он намеревался заставить меня страдать, точно так же, как я, с его точки зрения, заставил страдать самого Риммера. Для этого он решил убить родного мне человека – Майкрофта. И в завершение он собирался убить и меня. Как – не представляю, однако уверен: моя смерть должна была оказаться весьма мучительной.

– И ради этого он отправил на тот свет столько невинных людей?

– Подобная модель поведения весьма типична для психопата. Подобному индивиду не знакомы муки совести и жалость. Ни на секунду не сомневаюсь, что, если бы вы баловались нюхательным табаком, он нанес бы удар и по вам.

Я согласно кивнул.

– А как ему стало известно о птерокарпусе? – помолчав, спросил я.

– Уотсон, не забывайте, что мы имеем дело с человеком, едва ли уступающим умом самому профессору Мориарти. После того как Риммер решил убить моего брата, чтобы потом вплотную заняться мной, он хорошенько изучил привычки Майкрофта. Выяснив, что брат нюхает табак и предпочитает марку «Ридженси голд», Джонас начал подбирать яд, который лучше всего подходил для добавления к табачной смеси. Риммер действовал по одной и той же схеме. Вспомните убийство Седрика Томкинса. Первое – наблюдение и сбор сведений о будущей жертве, второе – составление плана на основе этих сведений, и наконец, третье – само убийство. Откуда Риммер узнал о птерокарпусе? Наверное, оттуда же, откуда и я, – из справочника растительных ядов. При известной усидчивости эту информацию под силу отыскать любому студенту.

До меня постепенно стало доходить, с какой тварью нам пришлось иметь дело, и я потрясенно покачал головой.

– Со всей очевидностью должен признать, Холмс, что вы абсолютно правы. Хотя в реальность случившегося сложно поверить… – Некоторое время мы шли в молчании. Наконец я спросил: – А откуда вы узнали, что убийца будет на похоронах Майкрофта?

– Это как раз очевидно, – улыбнулся Холмс. – Риммеру было мало заставить меня страдать, ему хотелось лично насладиться зрелищем моих мучений. Похороны брата представлялись ему идеальной возможностью это сделать.

– Признаться, Холмс, я несколько расстроен из-за того, что вы не посвятили меня в свои планы.

– Прошу меня простить, дружище, но в этом нет моей вины. Я понял, кто такой Коробейник, только по дороге к Майкрофту. По чистой случайности я прибыл вовремя – он как раз открывал новую коробку табака, которую недавно получил по почте. Представляю, что братец обо мне подумал, когда я выбил коробку у него из рук. Когда я объяснился и изложил план поимки Риммера, именно Майкрофт настоял на том, чтобы правду знало как можно меньше народу. Мы даже не подозревали, где скрывается преступник, зато были прекрасно осведомлены о том, что у него масса шпионов. При всем моем уважении, старина, актер из вас никудышный, а я хотел, чтобы ваша реакция на новости о трагедии была как можно более правдоподобной.

Я улыбнулся: возразить было нечего.

– Насколько я понимаю, вы посвятили в свой план сэра Майлса Холфорда?

– Да. Он как раз был в клубе и, едва услышав, что речь идет о поимке серийного убийцы, сразу же согласился нам помочь.

– А Лестрейд?

– Даже Лестрейд все это время ни о чем не знал. Я его поставил в известность только вчера.

– А медэкспертиза? Вскрытие?

– Сэр Майлс обо всем договорился. Насколько я понимаю, у него достаточно серьезные связи.

– Ну что ж, Холмс, – развел я руками, – вас остается только поздравить. Блестящий план, который великолепно сработал.

– Спасибо, Уотсон! А вот и «Эксельсиор». Мы пришли.

Пирушка была в самом разгаре, однако нам оставили шампанского, которого оказалось более чем достаточно. Должен признаться, я немного перебрал. В свое оправдание скажу, что шампанское действительно оказалось превосходным.