Сказки и песни цыган России - Гесслер Н. А. - Страница 12

Приходит Иван–царевич к матери и говорит:

— Ну, мама, теперь нам бояться некого, теперь у нас с тобой все в порядке.

Собрались они втроем — Иван–царевич, его мать и Елена Прекрасная — и стали собирать богатство Ворона–Вороневича. Может, день богатство таскали, может, месяц — бог его знает, только все равно все богатство не перетаскать, потому что было его у Ворона–Вороневича несметное количество, одного золота — многие тысячи. Однако, когда загрузили добром два корабля доверху, приказал Ванюшка:

— Ну довольно, хватит с нас и этого!

Перетащил он через высокий забор свою мать, Елену Прекрасную, посадил их на корабль, но, как только собрался отправиться в обратный путь, говорит ему Елена Прекрасная:

— Эх, Ванюшка, ты прости меня, позабыла я у себя в спальне под подушкой две куриные косточки.

— На что они тебе, эти две косточки? — подивился царский сын.

— Не спрашивай меня, Ванюшка, все равно я тебе не скажу. Только без этих косточек мне не жить...

— Ну ладно, — говорит Иван–царевич, — ждите меня. Ведь это не бог весть какое дело великое...

Снова перебрался он через забор и пошел. Приходит. И вправду, под подушкой находит две куриные косточки. Взял он их, завернул в платочек и пошел обратно.

Однако это только быстро говорится. Пока Ванюшка ходил туда–сюда, прошел день, а может, и два. А за это время случилось вот что. Одолела братьев Ванюшки зависть черная. «Как же так? — думают. — Мы столько лет родного дома не видели, столько мук претерпели, а домой с пустыми руками возвращаемся, а Иван и нас спас, и мать вернул, и Елену Прекрасную сговорил, и столько богатства добыл». И вот темной ночью подпалили они веревку, чтобы Ванюшка через забор не перелез, сели на корабль и поплыли домой. А с матери и Елены Прекрасной взяли клятву, чтобы те сказали отцу, мол, ничего не видели и ничего не знают, мол, не Иван–царевич их спас, а они, старшие братья. Так или иначе, угрозой или хитростью, но заставили они поклясться и свою мать, и Елену Прекрасную, что не скажут отцу лишнего слова.

Уехали братья. А Иван–царевич вернулся к забору, схватился за веревку, и она упала на землю — сгорела наполовину. Понял тогда Ванюшка, как с ним братья обошлись, сел на камень и загоревал. Однако плачь не плачь, а делать что–то надо. Ведь, как говорится, умный хоть за щепочку возьмется, а своего добьется. Вертел он эти косточки, вертел в руках, потом возьми и ударь одну о другую. И только он это сделал, как вдруг является перед ним Алешка на одной ножке.

— Что прикажешь, Иван–царевич?

— Да вот так и так, так и так, победил я Ворона–Вороневича, освободил свою мать, сговорил Елену Прекрасную, набрал всякого добра, погрузил на корабль, хотел домой возвращаться, а братья со мной так поступили нехорошо...

— Не печалься, Иван–царевич, — отвечает Алешка на одной ножке. — Братья твои, мать и Елена Прекрасная только через месяц домой приедут, а мы с тобой уже сегодня в полночь дома будем. Садись на меня!

Посадил он его себе на плечи, взвился — и нет его!

И вправду, еще полночь не наступила, а они уже оказались в том царстве, в том городе, где правил отец Ванюшки. Однако Иван–царевич к отцу не пошел, захотел он посмотреть, как поведут себя его братья, когда домой приедут. Напросился Ванюшка к одному старичку–сапожнику.

— Дедушка, — говорит, — пусти меня, пожалуйста, к себе пожить, я тебе помогать стану.

— Да что ты, сынок, у меня и грязно, и постелить тебе нечего. Как же ты у меня жить сможешь?

— А ты не бойся.

Ну, короче сказать, пустил он его, и стал Ванюшка у этого старика жить.

Проходит месяц, и возвращаются братья. Ну, им, конечно, встреча была устроена богатая, почет, слава, музыка играла, все, как полагается. Закатил отец пир на весь мир. Только на этом пиру братья чуть друг с другом не переругались. И один хочет Елену Прекрасную в жены взять, и другой. А Елена Прекрасная голову повесила, сидит и думает: «Как быть? Что делать? Ведь не они меня спасли, а Иван–царевич, ведь не им, а ему я поклялась в верности. Однако и братьям я пообещала ничего не говорить про Ванюшку. Ведь все равно он приедет, не сейчас, так через год, но будет здесь...»

Вот и решила Елена Прекрасная на хитрость пойти.

— Вы, — говорит, — за меня, братья, не боритесь, не ругайтесь понапрасну, не ссорьтесь. За того я замуж пойду, кто мне две вещи к свадьбе принесет, что я пожелаю.

— Говори, — спрашивает старший брат, — что за вещи?

— Вот, — говорит Елена Прекрасная, — первая вещь. Были у меня туфельки к свадьбе припасены. Вторых таких во всем свете не найти — золотом расшиты да драгоценными камнями усыпаны. Но только спрятал их Ворон–Вороневич на высоком дубу, что растет на крутой горе, там–то и там–то. Найдите мне их к исходу месяца.

Кинулись братья искать — не найдут никак. Бросили клич, мол, кто выполнит условие Елены Прекрасной, тому полцарства будет отпущено. Дошла эта весть до Ванюшки. Тогда говорит он старичку–сапожнику:

— Иди во дворец к старшему брату и скажи, что берешься достать ему то, что он просит.

— Что ты, сынок, как же я достану?

— А это не твоя забота. Только про меня ничего не говори.

Пошел старик во дворец, а Ванюшка стукнул одну куриную косточку о другую, вызвал Алешку на одной ножке и послал его выполнять задание Елены Прекрасной.

Вернулся старик, зашел в дом, и у него чуть глаза на лоб не полезли: от этих туфелек такой свет исходил, что и ночью в доме светло как днем.

Короче сказать, получила Елена Прекрасная свои туфельки и поняла, что здесь что–то не так, что не могли братья сами их достать и не иначе как Ванюшкина это работа. Однако вида не подает и говорит братьям:

— Ну что ж, выполнили вы первое мое условие. Теперь вторую вещь доставайте. Есть у меня платье подвенечное, да только спрятал его Ворон–Вороневич на самом дне синего моря. Кто добудет его, за того замуж и выйду.

На этот раз братья не стали время терять, а сразу побежали к старику–сапожнику:

— Так и так, достань нам платье подвенечное...

Научил Ванюшка старика, чтобы он не отказывался, вот тот и согласился помочь братьям.

И снова Иван–царевич с помощью Алешки на одной ножке исполнил просьбу Елены Прекрасной.

Нечего делать, надо слово держать, надо замуж идти за старшего брата. Тогда Елена Прекрасная и говорит:

— Хорошо, жених мой дорогой, раз уж ты исполнил мои поручения, то я выйду за тебя замуж. Но выполни, пожалуйста, еще одну мою просьбу, позови на царский двор всех мужчин этого города, малых и старых, хочу я всем подарки сделать по такому случаю.

Вот и собрался на площади перед дворцом весь–народ в городе, все мужчины. А Елена Прекрасная ходит и всем подарки дарит — тому монету золотую, тому колечко на память. И Ванюшка тоже пришел ко дворцу, да только трудно было его узнать, такой он стал грязный да оборванный. Но когда дошла его очередь подарок получать, взяла она его за руку и к отцу потащила.

— Вот, батюшка, не они меня спасли, не они твою жену от злого волшебника избавили, а этот парень, сын твой младший. А потому буду я ему верной женой.

Ну и перевенчали их. Стали они жить–поживать и добра наживать.

8. Волшебный лошачок

[8]

Жил богатый цыган. Торговал этот цыган лошадьми и нажил большое состояние. Померла у этого цыгана жена и оставила мужу маленького сына. Что делать? Как ребенка воспитывать? Женился цыган на другой женщине, да только счастья у него с ней не было. Тосковал цыган по первой жене и всю любовь перенес на своего маленького сына — уж больно тот был похож на мать. Не понравилось это мачехе, и невзлюбила она неродного сына. Ходит и жалуется матери своей:

— Что такое? Как приедет муж с ярмарки — не ко мне бежит, а к ребенку, а меня словно и не существует.

Как–то раз собрался цыган торговать и говорит перед дорогой своему сыну: