Сказки и песни цыган России - Гесслер Н. А. - Страница 16

— Ничего, не догонит. Есть нам у кого защититься.

Долго они так судили между собой. Короче сказать, как только стемнело, собрались они в путь, открыли окошко и улетели прочь из дворца. Только их и видели.

А наутро хватился отец — нет младшей дочери. Обыскал весь дворец — ничего. Взял он тогда свое блюдечко волшебное, плюнул на него три раза и стал про дочь свою спрашивать.

— Нет твоей дочери во дворце, — отвечает ему волшебное блюдечко, — улетела вместе с царским сыном к нему домой.

Не поверил тот своим ушам, еще два раза переспросил это волшебное блюдечко, но оно все по–прежнему отвечало:

— Нету во дворце твоей дочери. Не ищи. Рассердился тогда отец двенадцати дочерей, позвал своих слуг и говорит:

— Летите и найдите их обоих. А живыми не дадутся — мертвыми ко мне принесите.

И пустились слуги по следу царского сына и дочери своего хозяина лететь.

Почуяли беглецы погоню за плечами. Тут видит царский сын: внизу избушка старика, дедушки его невесты. Спустились они вниз. Заходят в избушку. А дедушка их уже встречает:

— Ну раз сумел ты ко мне вернуться, то я помогу тебе, дам своих любимых крылатых коней. Довезут они тебя до жены моей, а там ты их отпусти, потому что дальше им пути нет. На жену мою положитесь, она вам поможет.

Вышли царский сын и его невеста во двор, а там два красавца–ком стоят, копытами землю роют, фыркают, своими крыльями машут, того и гляди, улетят.

— Только не забудь, сынок, свое обещание, — напомнил старик царскому сыну.

— Что ты, дедушка, я тебя не забуду. Дай только до дома добраться.

Сели они на крылатых коней и скрылись из виду. Прилетают к старухиной избушке. Скорее в дом бегут, потому что погоня не отстает, того и гляди, настигнет.

— Ну что же мне придумать, как вас от беды спасти? — говорит им старушка. — Если морем вас отправить, то слуги сына вас сразу догонят. Если по воздуху вас пустить, то и там они от вас не отстанут.

— Помоги нам, бабушка, — взмолился царский сын. — Если спасешь нас, век твоим слугой буду, все сделаю, что бы ты ни сказала.

— Хорошо, помогу я вам, только ты от своих слов не отрекайся, — согласилась старушка. — Умом и силой слуг моего сына не победить, а провести их можно только хитростью. Сделаю я тебя, внучка, кадкою, а тебя, сынок, оловянным прутом. Вот и буду я кадку оловянным прутом по дороге гнать. Глядишь, слуга сына и не догадаются, в чем дело.

Как сказано, так и сделано. Превратила старушка царского сына в оловянный прут, а свою внучку в кадку. Выкатила она эту кадку на дорожку и покатила, погоняя оловянным прутом, Прилетают слуги и спрашивают старушку:

— Не видала ль ты царского сына с красивой девушкой?

— Сколько лет на этом месте живу, не видала ни разу следа человеческого, не слышала голоса людского.

— А куда ты эту кадку гонишь?

— А до места.

— До Какого такого места?

— А вот пока прут оловянный не согнется, до тех пор и буду катить.

Покружили, покружили слуги и улетели ни с чем. Только тогда старушка превратила обратно оловянный прут и кадку в царского сына и его невесту.

Приехали они во дворец. Царь и царица встречают их, радуются, что сын наконец себе невесту нашел. Повенчали их, как полагается, да свадьбу сыграли. Царский сын от такого счастья великого совсем голову потерял, обо всем позабыл, даже о своем обещании не оставить старика и старушку, которые помогли ему невесту найти и от погони спастись. А тут еще жена принесла ему двух детей, двух сыновей–красавцев. Как тут голову не потерять! А старичок со старушкой от такой неблагодарности затаили на царского сына горькую обиду. И чтобы наказать его, наслали на свою внучку невыносимую тоску по своим сестрам. И надо тут было случиться, что пришлось царскому сыну на охоту собираться. Уехал он на несколько дней из дворца.

Затосковала царевна по своим сестрам, которых уже давно не видала и не слыхала. Стала она мастерить одежду из лебединых перьев для себя и своих детей. А надо сказать, что царица, свекровь царевны; с некоторых пор невзлюбила свою невестку, и была на то одна причина: раньше она была самой красивой женщиной в королевстве, а теперь стали поговаривать, что молодая царевна краше ее во много раз. Какой женщине понравятся такие разговоры? Вот и стала она тайком следить за невесткой, чтобы поймать ее на чем–то и как–то досадить. Однажды заметила царица, как царевна одежду из перьев делает, как сама ее надевает и летает тайком от людей, да, мало того, учит этому же своих детей. И решила она сжить ее со света. Подговорила слуг, и они как–то раз ворвались в комнату царевны, отобрали у нее одежды из лебединых перьев, а саму повели на суд к родителям мужа.

И вот сидит царица при полном параде, разнаряженная, красивая, а перед ней стоит царевна — в чем ее застали, в том и привели. Вот царица и говорит:

— Разве правду говорят люди, что ты красивее меня? Посмотри на меня и посмотри на себя: я — красавица, на мне одежды дорогие, а ты пришла, как замарашка.

Не растерялась тут царевна и отвечает свекрови:

— А вы отдайте мне мои одежды. Когда оденусь я, оденутся мои дети, тогда вы и увидите, кто из нас красивее.

Рассердилась царица, крикнула слугам:

— Отдайте ей эти перья. Не верю я, что она красивее меня.

Надела царевна одежду из перьев, одела детей своих, и взлетели они наверх и через раскрытое окно вылетели из дворца. На прощание крикнула царевна:

— Не хотела я насовсем улетать, хотела только сестер проведать, да, видно, не судьба. Передайте мужу, что если хочет меня найти, то пусть ищет меня там, где озеро Хасан.

Воротился муж с охоты, а жены нет. Узнал, что случилось без него, чуть с ума не сошел. Охватила его горе–тоска. Совсем мало времени пожил он во дворце и отправился в путь, решив, что уж если в первый раз у него все получилось, то и во второй раз получится.

Долго плутал он по свету, пока не добрался до избушки, где жила бабушка его жены. Рассказал он ей обо всем, что приключилось.

— Знаю, знаю, — ответила ему старушка. — Ничего этого бы не произошло, кабы ты не позабыл своего обещания.

Понял тогда царский сын, в чем дело, упал перед старушкой на колени и поклялся самой страшной клятвой, что не забудет ее доброту. Простила она ему все и проводила с богом со своего порога. И перед стариком повинился царский сын, и тот простил его, пообещав помочь.

Короче сказать, все повторилось сначала. Добрался царский сын до высокой скалы, и орел поднял его на вершину. Притаился царевич возле озера, а когда прилетела на берег его жена с сестрами и двумя сыновьями, он незаметно утащил одежду из перьев одного из сыновей. Хватилась жена — нет одежды сына. Тогда она и говорит:

— Ну что ж, если кто со зла перья моего сына украл, то лучше с глаз долой скройся, а если это муж мой пришел за мной и сыновьями, то выходи.

Тут царский сын и объявился. А как объявился, так и спало проклятие с головы его жены. Спустились они со скалы и отправились к себе домой.

С той поры они стали жить счастливо и в согласии. А свое обещание царский сын не позабыл: приютил во дворце лесных старичков — бабушку и дедушку своей жены.

10. Околдованная сиротка

[10]

Жила–была девочка, цыганочка–сиротка. Жила она у старой колдуньи в избушке на курьих ножках. Колдунья на нее нарадоваться не могла: добрая душа была у девочки, все делала, что старуха ее просила. Одно только и печалило колдунью, что была сиротка некрасивой, как цветок невзрачный. И видела колдунья, как мучилась девочка из–за этого, и решила помочь ей. Прочитала она колдовские заклинания, вставила сиротке вместо глаз два изумруда, а вместо губ — кораллы, а потом и говорит:

— А ну поворотись, милая.

Повернулась сиротка и сразу сделалась такой красавицей, что ни в сказке сказать ни пером описать. И так нравилась колдунье сиротка, что втайне думала она обучить ее колдовскому ремеслу. Ждала только колдунья, когда вырастет девочка.