МЕССИЯ-42 - Смирнова Лидия - Страница 60

Дернувшись было за ним, я резко затормозил, уткнувшись взглядом в огромную фигуру, занимавшуюся музыкальным храпом и выводившую носом нечто среднее между бравурным маршем и романтическим завыванием. Осторожно переступая через тела, я подошел к Ветрилу, не миновавшему общей участи, опустился на колени и повернул каблук его правого сапога. Подошва отошла в сторону, мне на ладонь вывалилась квадратная железка с выпуклым изображением. Засунув добычу в карман, я кинулся догонять Мишеля.

Вихрем мы пронеслись по запутанным тихим коридорам, направляясь в президентское крыло. Миновав знакомую комнату, где я видел Командора в последний раз, мы оказались перед вытертой деревянной дверью, возле которой столпилась вся компания во главе с эльфом-полукровкой. Ах нет, не вся… Ирелия отсутствовала. Очень жаль, мне так хотелось с ней пообщаться…

Вид у всех был кислый. Энлиль, задумчиво поманив меня пальцем, спросил:

— Сандр, не знаешь ли ты второго хода? Надо бы обойти это препятствие.

— Неужели вас остановит какая-то ветхая дверь? — не удержался я, чтобы не подпустить шпильку. — Долбаните ее чем-нибудь, вы же большие специалисты по взрывам! Или на крайняк стукните по ней ломиком, вдруг поможет…

Яков дернулся, словно хотел меня схватить, но между нами вклинилась успевшая переодеться Нике.

— Сандр, я понимаю, ты вправе сердиться, — сказала она. — Мы должны были тебя обязательно предупредить насчет Ирки, просто времени не было. Но ты пойми, где-то там наш отец один на один с маньяком, одним из самых страшных в Галактике. Помоги, пожалуйста…

Женщины… Почему они не могут быть такими ласковыми всегда, а не только тогда, когда им от нас что-то нужно… Я наклонился к ее уху и едва слышно прошептал:

— А как насчет свидания, цыпочка? Только ты и я… и твое шикарное платье…

Меня резко оторвали от мягкого податливого тела и врезали по голове тумака — Яшка все-таки дотянулся. Перед глазами поплыло, но тут рыжая, вытащив из кармана пузырек, ткнула мне под нос что-то ужасно вонючее. Слезы, хлынувшие из моих глаз, прогнали боль, в голове прояснилось. Громко, чтобы все слышали, Нике произнесла:

— Почему бы и нет, я думаю, ты знаешь, как развлечь девушку, — и хитро так мне подмигнула. Ухмыльнувшись в ответ, я вытащил из кармана заветную железку и вставил ее в небольшую вмятину на двери. Раздался щелчок, и стена провалилась вниз.

— У Ветрила одна нога короче другой, только не все об этом знают, — объяснил я. — Обувь ему тачают в Фебе, только поэтому я и знаю, что в правом сапоге у него тайник. А за этой дверью находится казна республики. Это всем известно.

Но меня уже не слушали, все дружно протолкались в дверь и ошеломленно застыли у порога. Это была хорошо оборудованная операционная со столом, лампами и полным набором инструментов. На столе без сознания лежал Командор без рубашки. Над ним возвышалась тощая фигура в белом врачебном халате. От безвольного тела шло множество проводков, присоединенных к различным мигающим и попискивающим устройствам.

— Стоять! — повелительно скомандовал старик при нашем появлении. — Если вы не хотите, чтобы у вашего папочки произошло защемление сердечной мышцы, советую не дергаться и изложить свои просьбы с того места, где стоите. — Для убедительности он нажал на один из тумблеров. Тело Ричарда выгнулось в судороге. Рядом со мной послышалось тихое «ох» и на каменный пол упал кем-то выроненный кинжал. Сняв одной рукой повязку, оставлявшую открытыми только глаза и лоб, дедуля явил нам полностью свое неприятное морщинистое лицо с пышными кустистыми бровями.

— Очень интересно, — произнес он, глядя на Марка. — Ну-ка выйди вперед… Да, я к тебе обращаюсь, опытный образец номер двенадцать. И не рыпайся, а то наслышан я про твои художества.

Марк точно сомнамбула сделал несколько шагов вперед, по его щеке ползла капля пота, а в глазах застыла отрешенность. Затем, на мгновение очнувшись, он вытащил из кармана какой-то сверкающий предмет и быстро сунул его Энлилю. После этого все закрутилось с невообразимой скоростью. Сверкание перешло в нестерпимый для глаз блеск, и из него вырвался луч, отбросивший старика от Командора. Двое вскрикнули одновременно — старик, сдавленно, и я, во всю глотку. Пояс, в котором были зашиты сэкономленные лереи, вдруг раскалился и обжег мне кожу на животе. Марк потерял сознание, а Ричард, наоборот, пришел в себя и матерился. Близнецы кинулись к отцу, Энлиль перерезал глотку оглушенному старику, а я, отшвырнув пояс, без сил опустился на пол. Суматошный нынче выдался денек.

Если вы спросите меня, сдержала ли Виктория обещание и состоялось ли свидание, то могу сказать что да, состоялась. Но если вы неделикатно поинтересуетесь его результатами, то получите от меня хорошего тумака, так как его последствия выветривались из меня неделю, а воспоминания о нем живы среди лесных эльфов по сию пору. Мерзавка умудрилась меня перепить! А ведь я считаюсь большим специалистом по этой части. Что же до тайны странной сонной болезни, поразившей не знающих поражений воинов, то мне все разъяснил позже Мишель, открыв секрет скромницы Ирелии, которую с тех пор я обхожу за три версты.

ГЛАВА 5

Айден

Переход через горы занял пять дней и прошел на удивление легко. Погода стояла отменная и даже на перевале не испортилась — желтое светило поглядывало сверху снисходительно и за тучи прятаться не торопилось. Вымощенная мелким щебнем дорога шириной в одну повозку серпантином вилась вокруг отвесных скал, но сюрпризов не преподносила. Издревле в этих местах столовалась шайка снеговеев, холодных горных элементалов, промышляющих теплом прохожих, но сейчас ласки Капеллы хватало на всех и ни одного сизого носа в пределах видимости не наблюдалось. Так что мы как раз поспевали к началу праздника солнцеворота, полного веселья, игрищ и всенощных посиделок возле костров.

Пока мы ехали, раны на моих руках и ногах потихоньку затягивались благодаря леди Ирелии, владеющей великим даром целительства. Но душевные раны заживать не торопились. Сверкающие ворота, отделяющие наш мир от переходного туннеля, что ведет в иные ярусы, по-прежнему бередили мой ум, заставляя лежать ночью без сна, с напряжением вглядываясь в усыпанное звездами, такое близкое горное небо. Эта боль была в сто раз сильнее, чем муки, перенесенные в Фебе, — боль эльфа, оказавшегося на краю великой тайны смерти и так не вкусившего ее плода. Жизнь людей протекает быстро и сверкает на ветру подобно полету бабочки, мы же, являясь одной из самых долгоживущих рас Галактики, научились с небрежением принимать этот великий дар и частенько расходуем его на всякие ничего не значащие мелочи. Прожив на свете малую толику отпущенного мне природой, я привык ощущать себя чуть ли не вечным и, столкнувшись с моментом перехода, оказался не готов принять его с гордо поднятой головой. Боль, смерть, потеря близких — все это месяц назад было для меня пустыми, ничего не значащими словами. Ринувшись спасать брата, я не задумывался, к чему может привести моя попытка, и все-таки отважился окунуться в новый мир, наполненный ароматом смерти и битв.

С братцем, надо сказать, мне крупно повезло, хотя он скорее походит на разбойника с большой дороги, нежели на эльфа знатного рода. Вполне возможно, что он как раз и то и другое — Левендел пересказал мне то, что сообщил ему Энлиль, — об эксперименте, жертвой которого стал Элверт, превратившийся теперь в Марка. Но как бы там ни было, половина в этом существе принадлежит моему брату, и я очень рад, что он оказался рядом в самый трудный для меня период жизни. Всю дорогу от Цитадели он ехал, мрачно уставившись перед собой, не замечая окружающих его красот и наполняя мое сердце неизбывной тоской. Неразрывная нить, связывающая наши судьбы, возникла в момент моего рождения. Ведь не зря я видел все те видения, что подвигли меня нарушить приказание отца и ринуться спасать неведомого брата, попавшего в беду. Откуда я мог знать, что ранее ему подвернутся два невыносимых рыжих создания, а его невероятные способности поднимут на ноги одну из могущественнейших организаций, легендарную МЕССИЮ.