Большой рождественский бал - Смит Джоан - Страница 15

— Не думаю. Это глупости, вы же знаете.

— Я знаю, но припоминаю, что кто-то говорил мне, что я Весы. А миссис Леонард сказала, что я Лев.

— Вы хотите пристыдить ее? Зачем ей хвастаться знанием такой идиотской вещи, как астрология, если она ничего в ней не понимает?

— Возможно, как раз потому, что вещь идиотская. Это так же, как и невероятное обожание собаки, должно убедить меня, что дама глупа.

Кетти прикусила губу:

— Вы считаете, она хочет заставить нас думать, что она дурочка — а на самом деле она хитрая, как лиса. Я спрошу дядю Родни про астрологию. Он знает массу бесполезных вещей.

— Вы сердились на меня, что я флиртовал с ней, но теперь сами видите — все это было нужно для дела, — сказал Костейн с дразнящей улыбкой.

— Я сердилась не поэтому! Я почувствовала себя просто оплеванной, когда вы ринулись, чтобы занять место рядом с ней за ужином и покинули меня и Гордона на глазах у всех. У дам есть гордость, знаете ли.

Он лениво приподнял бровь:

— У джентльменов тоже, мисс Лайман. Вы же в конце разыграли настоящую сцену досады.

— Мне кажется, вы хотели сказать «ревности», милорд.

— Если вы предпочитаете называть вещи своими именами.

— Вот именно, и мне удобнее называть оскорбление оскорблением, а не ревностью.

— Когда джентльмен оскорбляет леди, он в любом случае не прав, и я приношу извинения. Такое больше не повторится.

— Забудем об этом. Я понимаю, что дело стоит выше удовольствия.

— Хорошо. Тогда вы должны зарубить себе на носу, что мне было бы намного приятнее быть вашим соседом за ужином. Я никогда не умел достаточно хорошо делать неискренние комплименты. Это меня утомляет.

— Тогда чего же ради вы беспокоились?

— Потому что миссис Леонард ожидала их.

— Ах, миссис Леонард!

— Великий Боже! Не думайте, что мои слова — пустая похвала, мисс Лайман. Я на самом деле думал, что мы с вами прекрасно понимаем друг друга.

Так как они достигли взаимопонимания в том, что их объединяет общее дело и у него нет романтического интереса к ней, она едва нашлась, что ответить. Мгновение спустя она сказала:

— У него же есть книга по астрологии. Я имею в виду, у дяди Родни. Я вспомнила, что видела ее на полке. Это ужасная, дешевая книга в мягкой обложке, вся изрисованная мелкими символами. Бараны, козлы и разные существа. Я проверю все это немедленно. Только подумайте, если она притворяется, лорд Костейн, тогда… — Она нахмурилась и остановилась. — А что тогда? Как она могла получить доступ к каким-нибудь государственным секретам? Мистер Леонард не имеет права выносить документы из кабинета, не так ли? Ему пришлось бы снимать с них копии на работе, а это значит, что они сообщники.

— А может, это кто-нибудь другой? Вы не забыли мистера Бьюрека, который донимал вас расспросами и так старательно весь вечер избегал эту даму? Кроме того, есть другие джентльмены. Я упомянул только мистера Бьюрека потому, что вы его знаете.

— Было бы лучше, если бы Гордон продолжал следить за миссис Леонард. Я хочу сказать, в случае если вы не Лев, — добавила она и засмеялась тому, что такое важное обстоятельство висело на таком тонком волоске.

— Вы должны сообщить мне мой знак завтра. Я заскочу в обед, если получится. Скажем, около четырех, как раз время чая.

— Мама будет рада, — сказала она необдуманно.

Костейн был слегка удивлен, что мисс Лайман не выказала большого восторга. Впрочем, он сам весь день из кожи лез, чтобы заставить ее понять, что между ними нет ничего серьезного, должно быть, она рассчитывала, что он оценит ее сдержанность.

Он открыл дверь, и Кетти вошла в дом.

— Я не должна заботиться о формальностях, уверяя вас, что прекрасно провела вечер, не так ли?

— Конечно, нет, мадемуазель. Это одно из маленьких преимуществ нашего положения. Нам не нужно симулировать восхищение, которого нет. Однако если говорить честно, то мне было приятно.

— Скажите об этом миссис Леонард, — сказала она и закрыла дверь с насмешливой улыбкой, пока Костейн хмурился с досадой.

Он совсем не это имел в виду! Наверное, он выразился недостаточно ясно. Ему нравилось общество мисс Лайман. Было необычно находиться в компании молодой леди, которая весьма сдержанна и не швыряет в него шляпку. Она обиделась на него за то, что он бросил ее на виду у всех, и кто может винить ее за это? Такое поведение было для него нехарактерно. Любая другая леди перестала бы разговаривать на несколько часов, а мисс Лайман просто сказала, что он заставил ее почувствовать неловкость, и это все. Когда он попытался слегка пофлиртовать с ней, чтобы загладить оплошность, она не обратила на это ни малейшего внимания. Она воспринимает ситуацию так же, как и он. Миссис Леонард… Была ли это неудачная слежка? Если она ухитряется получать от кого-то государственные секреты, он очень сильно сомневается, что от своего мужа. Больше это похоже на мистера Бьюрека. А если она использует связь с ним, чтобы добывать секреты, не заинтересует ли ее еще один источник информации в Генеральном штабе?

Его мысли перескакивали с предмета на предмет, пока, услышав приближение экипажа Гордона, он не стряхнул с себя оцепенение и не вышел ему навстречу.

— О, вы еще здесь, лорд Костейн. Ждете меня, не так ли?

— Я хотел спросить вас кое о чем. Миссис Леонард подходила к мистеру Бьюреку, когда я уехал?

— Нет, она уехала почти сразу же после вас. Если это имеет значение, то вскоре после нее уехал и он.

— Ясно!

— Вы думаете, между ними что-то есть?

— Возможно.

— Да, а за кем я слежу завтра?

— За миссис Леонард, и делайте это скрытно. Она видела вас с Кетти и знает, что я друг Кетти. Мы не хотим давать ей повод делать выводы.

— Я найму кэб, чтобы поошиваться на углу Хаф Мун-стрит и проследить за ней, если она выйдет. Естественно, я использую новую маскировку — откопаю на чердаке бороду и какую-нибудь старую одежду. И очки. Мы часто — разыгрывали разные молодежные спектакли, когда папа был жив. Как мне связаться с вами, если нельзя приходить в ваш кабинет?

— Завтра я зайду на чай. Вы будете здесь в четыре?

— Буду, если миссис Леонард станет хорошо себя вести. Если мне придется в это время следить за ней, то постараюсь послать вам записку.

— Превосходно. Я ценю вашу помощь.

— Это я вывел вас на миссис Леонард, — важно сказал Гордон, забыв, кто приказал ему следить за ней. — Смею заметить, вы могли не наткнуться на нее еще очень долго.

— Я уверен, что дома вас ждет Кетти. Спросите ее про Льва, — сказал Костейн с загадочным видом, который, как он думал, заинтересует молодого Лаймана.

— Это наш шифр для миссис Леонард?

— Нет, для Костейна.

— О?

Костейн подмигнул, приподнял шляпу и зашагал к своему экипажу.

Гордон не медля бросился в дом, чтобы поговорить с Кетти.

Глава 7

Гордон большими шагами вошел в комнату и осмотрелся, чтобы убедиться, что они одни.

— Что ты должна рассказать мне про Льва? — спросил он замогильным голосом.

Кетти оторвала глаза от книги, которую внимательно изучала, и с триумфом произнесла:

— Он вообще не Лев, он Весы. Ты знаешь, что это значит!

Гордон не имел ни малейшего понятия, о чем она говорит, но попытался догадаться самостоятельно. После хмурой паузы он спросил:

— Ты хочешь сказать, что лорд Костейн совсем не лорд Костейн? Так кто же он, черт возьми? А-а-а, Лавл!

— Да нет же, Гордон, он лорд Костейн, но родился в октябре.

— В октябре? Ну и что из того? Я хочу сказать…

—

Это значит, что он не Лев.

— Так как же его зовут, и потом, как бы его ни звали, какое это имеет значение?

Она объяснила ситуацию, и Гордон быстро понял, что имеется в виду:

— Так значит, миссис Леонард выдает себя за астролога, а сама ничего в этом не понимает. Я не удивлюсь, если Мэй на самом деле Бык, — сказал он подозрительно.