Босоногая баронесса - Смит Джоан - Страница 23

– Прекрасно, если тебя волнует роскошь, кузина, – ответила Оливия.

Ее тон свидетельствовал, что для нее роскошь совершенно ничего не стоит.

– Пойду надену амазонку. Я собираюсь отправиться на конюшни

– Сначала надо представиться остальным гостям, Оливия! – возразила Лаура.

– Но я хочу прогуляться!

– Избегать других гостей – это грубо и невоспитанно! – попыталась уговорить Лаура.

– Всякое веселье запрещается!

– Неправда, верховые прогулки не запрещены. Наоборот, лорд Тальман обещал, их будет очень много.

Наверняка его друзья, все до одного, такие же старые тупицы, как он сам, и не одобряют того, что нам, молодым, нравится, посещение Пантеона, например, – добавила Оливия и бросила взгляд исподтишка, чтобы не упустить возможность поймать впечатление, произведенное ее словами на кузину.

Она хорошо помнила слова Ярроу о женщинах легкого поведения, которых можно встретить в Пантеоне.

– Лорд Тальман вовсе не стар и совсем не тупица. Он молод и умен. И ни один человек в здравом уме не станет рекомендовать то развлечение, которое ты упомянула, – твердо произнесла Лаура. – И думать забудь о Пантеоне!

Заметив хитрый взгляд Оливии, она добавила:

– Это что, Ярроу предложил тебе поехать в Пантеон?

– Он бывал там и говорит, развлечение знатное!

– Осмелюсь заметить джентльмен может без опаски посещать подобное заведение, но леди не должна об этом даже думать! Почему ты не хочешь подождать конца ленча, а потом переодеться в костюм для верховой езды? Возможно, у лорда Тальмана другие планы на сегодняшний день.

– Я поеду на прогулку вне зависимости от того, что запланировал для меня он, – возразила Оливия, но амазонку надевать не стала, и Лаура потому больше ничего не сказала.

Тальман ожидал на первой ступеньке огромной широкой лестницы, собираясь провести дам в парк. Через вестибюль с мраморным полом он провел их в небольшую гостиную, откуда через французский коридор они вышли в парк, который повторял в миниатюре парк Версаля. Собственными глазами Лаура не видела парк Версаля, но была осведомлена, что это одно из знаменитейших чудес Франции, и как раз в тот момент, когда у нее пронеслась мысль об удивительном парке Франции, лорд Тальман произнес;

– Наш парк повторяет модель парка Версаля, но если французы установили приподнятую террасу с покатыми земляными склонами, то мой предок задумал опущенную террасу с насыпью, возвышающейся по сторонам.

Склоны были – трава и камень. В центре террасы разбрасывал в воздухе брызги фонтан. Статуи и вазы парка радовали глаз. Восхищаясь видом, звуками, запахами этого земного рая, гости прогуливались по дорожкам. Сплошной ковер зелени терялся вдали.

– Изумительно! – у Лауры перехватило дыхание. – Я никогда не видела ничего прекрасней!

Тальман взглянул на баронессу, ожидая услышать и ее восторги.

– Где конюшни? – спросила баронесса.

– К западу от главного здания. Мы вскоре прогуляемся к ним, но сейчас позвольте представить вам других гостей.

Некоторые из гостей уже заметили Тальмана и шли навстречу. Кое с кем из них дамы уже встречались в Лондоне, и все они, как и ожидалось, улыбались, заметив баронессу. Были и незнакомые леди и джентльмены, но все они без исключения принадлежали к высшему слою общества.

– Еще один джентльмен желает встретиться с вами, – произнес Тальман, обращаясь к Лауре. – А, вот и он! Он заметил вас.

Лаура обернулась и увидела хорошо знакомую фигуру лорда Хайятта, скорым шагом направлявшегося к ним от фонтана. Солнце играло на золотистых волосах, окружая его голову сияющим ореолом.

Лаура знала, что они с Тальманом хорошие друзья, но все же удивилась, увидев в Кастлфильде Хайятта, и еще более ее удивило его желание ее увидеть. Конечно, это просто вежливость. Тем не менее, она заметила, что именно к ней Хайятт обратился первой.

– Лаура, как чудесно снова встретиться с вами. Я счастлив, что вы приехали. Баронесса, – добавил он с поклоном и улыбкой.

В суматохе встречи Оливия не обратила внимания на то, что он назвал ее кузину просто Лаурой, тогда как прежде называл мисс Харвуд. Оливия отнесла выраженную Хайяттом радость на свой счет.

– Но вы не должны снова просить меня вам позировать! – скромно заявила баронесса. – Я еще не отошла от скуки прошлых сеансов. Впрочем, парк был бы для меня прекрасным фоном, вы не находите?

– Он живописен, – согласился Хайятт.

Он и не ожидал особой проницательности от баронессы. Причина, по которой он хотел изобразить ее в открытом пространстве была та, что он намеревался создать в картине ощущение первозданной свободы. А чтобы вписаться в окружение этого регулярного французского парка, надо было быть, по меньшей мере, королевой.

– Не прогуляться ли нам по этим чудесным местам?

– Я вижу, чего вы добиваетесь! – воскликнула баронесса, несмотря на то, что Хайятт обратился к Лауре. – Вы подыскиваете еще один фон! Говорю вам, никаких сеансов!

– Я и не собираюсь вновь подвергнуть вас подобному оскорблению, – уверил ее Хайятт.

– Я приехала сюда, чтобы покататься верхом. Лорд Тальман обещал показать мне конюшни, – сказала Оливия. – Я хочу отправиться на верховую прогулку во второй половине дня.

Баронесса еще не поздоровалась и с половиной гостей, но Тальман поглупел от любви. Он ухватился за возможность побыть с баронессой наедине и согласился пойти на конюшни.

Хайятт предложил руку Лауре. С приличествующей скромностью она улыбнулась ему и осторожно положила свои пальчики на его ладонь. Хайятт повел ее к фонтану. Оставляя Оливию, Лаура оглянулась в надежде увидеть Медоуза.

– Чудесный освежающий ветер сегодня! – сказал Хайятт. – Я только что наслаждался брызгами фонтана, воображая, что рядом со мной океан.

– Весьма отдаленное напоминание об океане! – рассмеялась Лаура. – Здесь все распланировано, ухожено, неподвижно… но очаровательно! – поспешно добавила она, чтобы художник не счел ее слова пренебрежительным отношением к великолепию и роскоши парка.

– Я тоже не поклонник Версальских парков, напоминающих магазинную витрину. Но все же не стоит упускать возможность взглянуть на парк, он считается одним из чудес Англии.

– Мистер Медоуз здесь? – спросила Лаура.

– Почему вы вдруг заговорили о нем? Неужели слова "одно из чудес Англии" навели вас на мысль о нем? – спросил Хайятт с озорной улыбкой.

– Бог мой, нет! – рассмеялась Лаура. – Просто мне одной с Оливией приходится трудновато. Он так помогал мне присматривать за ней!

– Его здесь нет, но вы можете положиться на бдительность Тальмаиа. Он не позволит ей сбиться с пути истинного. Но как же получилось, что вы не знали, приедет ли Медоуз? Он вам большой и верный друг, если не ошибаюсь?

– Он часто сопровождает нас по вечерам, но вчера мы никуда не выезжали и поэтому не видели его.

Следующий вопрос Хайятта показался Лауре неуместным.

– Значит, он не навещает вас, если вы проводите вечер дома?

– Обычно нет.

Она обдумывала вопрос. Он прозвучал так, словно Хайятт пытался определить степень близости между ней и Медоузом. Или в интересах Тальмана он пытался выяснить степень близости Медоуза с Оливией?

– Я подумал, что раз вы с ним дружите целую вечность, то, может быть, он в недалеком будущем станет подходящей вам партией.

– Нет, что вы? Сначала мы думали, что он и баронесса… Но затем она изменилась к нему.

Так значит, Хайятта интересует она сама! Они подошли к фонтану и остановились.

– Закройте глаза, – предложил Хайятт, – и вы ощутите на лице брызги, доносимые ветром. Освежает лучше, чем эль.

Лаура закрыла глаза и почувствовала на лице прохладу. Ресницы веером легли ей на щеки. В эту минуту она казалась красавицей.

– Я был уверен, что вам понравится, – мягко сказал Хайятт.

Лаура открыла глаза.

– Лорд Тальман говорил мне, что в Кастлфильде есть копия вашей серии "Сцены из сельской жизни". Можно мне будет посмотреть? – спросила Лаура.