Призраки прошлого - Смит Джоан - Страница 24

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Лорд Мертон не сделал попытки переменить тему разговора, когда за обедом мистер Вейнрайт оседлал любимого конька. Чтобы загладить свою вину перед гостем, он позволил ему занять внимание присутствующих рассказом о своих спиритических исследованиях в Редли Холле, месте, которое Мертон глубоко невзлюбил, хотя никогда там не был.

Леди Мертон волновала одна единственная тема, она не могла говорить ни о чем другом.

– Но, мистер Вейнрайт, с моим призраком вам не повезло, не так ли?

– Я собираюсь предпринять еще одну попытку, мэм. Успех с Нэггом и Карлом окрыляет и вселяет надежду. Возможно, упустил из виду какую-нибудь делать. Или может случиться, что поющая монахиня из спальни лорда Мертона так свободно чувствует себя в доме, что гуляет и по верхним этажам. В вашей комнате ее не было, когда я заходил, но это не значит, что время от времени она туда не заглядывает.

– Мой дух – не поющая монахиня. Постарайтесь узнать, кто это, прежде чем завершите работу в доме.

Как ни странно, ее резкий тон вызвал неодобрение Мертона: ему послышался в словах матери намек на скорый отъезд гостей. Он посмотрел на Чарити, сидевшую на другом конце стола, – она в крайнем смущении разглядывала суп в тарелке.

– Надеюсь, мистер Вейнрайт не собирается покинуть нас в ближайшее время? У него еще очень много работы. Надо разобраться с неприятным оборотом дел в Оружейной комнате, – сказал Мертон. Льюис ухмыльнулся:

– Заодно не забудь о призраках в твоей собственной спальне, Джон; не удивлюсь, если ты ее увидишь, наконец, – ты ведь уже поверил в призраков, не так ли?

– Никому не удалось пока убедительно доказать, что духов не существует, – ответил он уклончиво.

– Не духов и леших, я говорю о привидениях, но ты в них не веришь, – он тут же поправил оплошность. – Я не хочу, конечно, приравнять привидения к домовым или лешим, или другим персонажам сказок.

Вейнрайт не обиделся на слова Мертона и сказал:

– Молодой человек по имени Кристофер Хокен проводит интересную работу с лепречанами[20] в Ирландии. Мы в Обществе считали, что они относятся к сказочным героям.

Мисс Монтис не принимала участия в разговоре, леди Мертон тоже почти весь обед молчала и думала о чем-то своем. Это было видно по ее отсутствующему взгляду.

Чарити рассчитывала, что сможет поговорить с ней после обеда, но когда они перешли в гостиную, мисс Монтис последовала за ними. Позднее, после портвейна, к ним присоединились джентльмены. Беседовали о всяких незначительных вещах. Леди Мертон вдруг предложила мисс Вейнрайт прогуляться в Истли, а также взять лошадь, когда ей нужно, и покататься верхом. Мертон и Льюис подберут ей хорошую лошадку. Когда джентльмены присоединились к ним в гостиной, леди Мертон сослалась на мигрень и захотела подняться в свою комнату. Мисс Монтис пошла за ней, словно они были связаны одной цепью.

Лишенная возможности поговорить с леди Мертон, Чарити надеялась, что хотя бы лорд Мертон уделит ей немного внимания. Но в этот момент отец, не очень озабоченный интересами живых людей, попросил дочь пойти с ним в библиотеку и записать под диктовку некоторые данные.

– Там нам будет слышно, если что-то произойдет в Оружейной комнате, – объяснил он. – Я переложил шлем и желтый камзол на другой стол. Посмотрим, устроит ли это Нэгга или он будет настаивать, чтобы их вообще убрали из комнаты. Это вполне может случиться.

Мертон поморщился, но не возразил по поводу перспективы убрать из комнаты исторические реликвии в угоду привидениям. Как и мать, он казался рассеянным и озабоченным. Чарити очень хотелось узнать, что сказал Пенли. Поработав около часа (духи вели себя тихо), она вернулась в Голубой салон. Лорд Мертон сидел у камина, погруженный в размышления – в руках не было ни книги, ни журнала.

– Вас уже освободили! – он поднялся ей навстречу.

– Где виконт Уинтон? – спросила она.

Лорд Мертон воспринял вопрос как нежелание оставаться наедине с ним и обиделся. Чарити пожалела, что спросила.

– Где-то здесь. Он вам очень нужен? Можно попросить Багота…

– О, нет, он мне вовсе не нужен, просто поинтересовалась, – Мертон пригласил ее сесть в кресло. – Я надеялась, что смогу поговорить с леди Мертон, но мисс Монтис не отходит ни на шаг, – сокрушенно пожаловалась она.

– Я говорил с Пенли. Случилось то, чего боялся Льюис. Мама планирует изменить завещание и передать половину состояния в Сент Албани Фонд. Не знаю, как лучше поступить. Поскольку речь идет только о половине состояния, я не уверен, могу ли взять на себя смелость отговаривать ее. В конце концов, это ее деньги. В двадцать один год Льюис станет обладателем солидного имения. Ему эти деньги особенно не нужны. Я уверен, даже могу побиться об заклад, что он их промотает. Может быть, Сент Джон потратит их с большей пользой.

– Вы говорили с леди Мертон об этом?

– Да, вскользь. Она меня резко оборвала, заявив, что только рассматривает возможность подобного шага, еще ничего не решено. Но если она примет решение, то мне не удастся ее остановить. Больше я ничего не могу сделать.

Чарити сочла этот момент подходящим, чтобы изложить свои рассуждения.

– Не обижайтесь, лорд Мертон, но… – начала она.

– Пора оставить формальности – можете называть меня просто Мертон.

– Как угодно. Но я хочу сказать другое. Вам наверняка известно, что такое индульгенция.

– Индульгенция? Вы католичка, папистка, мэм!

– Нет. Я имею в виду старые времена, когда можно было получить отпущение грехов, купив индульгенцию.

– А, понимаю вашу мысль: маман хочет искупить грех и избавиться от геенны огненной, заплатив деньги церкви?

– Вы угадали? А что это может быть за грех?

– Клянусь, не знаю. Давайте изменим сократовский метод вопросов и ответов. Если что-нибудь знаете, умоляю, расскажите.

– Сократ? Я всегда полагала, что это метод отца – так он заставляет противников соглашаться с его мыслями в Обществе. Ну, ладно, продолжу. Я убеждена, что когда леди сходит со стези добродетели, в этом всегда повинен или замешан джентльмен. Мне просто пришло на ум – это не утверждение, а предположение – что, если леди Мертон когда-то нарушила супружескую верность?

20

Домовой(ирланд.)