Непокорная - Смолл Бертрис - Страница 115

— Джа-ред! Джаред, как же я соскучилась! — И, прежде чем она договорила, губы Джареда впились в ее рот.

Миранда почувствовала, что не в силах оторваться от него. На секунду она перестала ощущать себя, жадно целуя Джареда.

…Пусть возьмет ее на руки и отнесет на постель, пусть разденет догола, и пусть его поцелуи снимут и смоют с ее тела весь позор и жгучий стыд!.. Нет, он узнает правду и, разъяренный, навсегда возненавидит ее! Миранда отшатнулась.

— Пожалуйста, Джаред! Пожалуйста, ради меня — подожди до нашего возвращения в Англию!

Джаред был потрясен. Почему она, желая его, отталкивает, почему плачет, вместо того чтобы радоваться? Что случилось? Что с ней?

Впрочем, Джаред не был уверен, что он действительно хочет узнать обо всем.

— Меня не касается то, что случилось в России, — хрипло выдохнул он, — я люблю тебя, Миранда, и знаю, что судьбой нам ниспослан шанс.

— Но это касается меня! — с болью воскликнула Миранда. — Это касается меня, потому что это случилось со мной! И это было ужасно… Не трогай меня, Джаред! Обо всем узнаешь, но сейчас я не могу спать с тобой и не прощу, если заставишь меня силой!

Джаред застыл, молча глядя на закрытую дверь. Потом подошел к буфету, взял бокал и бутылку бренди. Открыв бутылку, налил бокал, сел и задумался, согревая напиток в ладонях.

Она сказала, что князь не тронул ее… Тогда что случилось? Почему они не могут немедленно возобновить супружеские отношения?

Джаред встал и пошел в спальню Миранды. Она спала, дыхание ее было глубоким и ровным.

Джаред долго сидел в темноте, глядя на нее. Неожиданно он вздрогнул, услышав, как Миранда вскрикнула. Она звала кого-то, но кого — Джаред не разобрал.

На следующее утро Миранда выглядела бледнее, чем накануне.

Джаред смирился с ее условием. Ну что ж, он подождет! В Суинфорд-Холле услышит от нее все.

Однако не так-то легко далось ему это смирение. Быть рядом с ней, видеть ее каждый день, тем более на корабле, где возможности уединения сведены к минимуму, и не сметь прикоснуться, не сметь обладать ее новой ослепительной красотой — это было настоящим испытанием… И только глубокое страдание на лице Миранды удерживало Джареда от поступка, о котором потом он бы жалел.

А в остальном путешествие прошло спокойно — погода стояла прекрасная, дул легкий бриз, небо сияло бездонной голубизной днем и укрывало море черным бархатным покрывалом ночью.

Они проходили мимо Греции, а потом шли вдоль Средиземноморского побережья. Джаред с грустной иронией подумал, что это путешествие не очень-то похоже на второй медовый месяц.

Когда «Спящая красавица» вошла в Бискайский залив, погода внезапно испортилась — сильный шторм доставил им немало хлопот.

На какое-то время он забыл о Миранде, а когда хватился — ее нигде не было. Он бросился на палубу — сердце его тоскливо сжалось, когда увидел хрупкую фигурку, сиротливо сжавшуюся возле перил. Казалось, она не замечала холодного проливного дождя, не видела ничего вокруг. Лицо Миранды было мокрым от слез. А может, это капли дождя? Джаред не мог разобрать.

Сгибаясь под порывами штормового ветра, он подошел к ней и крепко прижал к себе. Почувствовав, как она дрожит под легкой тканью накидки, Джаред наклонился к ее уху и прокричал:

— Миранда, если мне так плохо, то тебе еще хуже! Я ничего не знаю, но вижу, как ты страдаешь… Ради всего святого, не забывай, что я твой муж! Доверься мне — я с тобой! Не отталкивай меня!

Ничто на свете не заставит меня перестать любить тебя!

Миранда подняла глаза, и опять Джаред увидел в них невысказанную боль. Она молчала. Какая тайна у нее на сердце? Какое ужасное воспоминание терзает ее душу?

— Пойдем вниз, любовь моя!

Она покорно кивнула и, не дожидаясь Джареда, спустилась в салон.

На следующий день шторм прекратился. Легкий южный ветерок весело подгонял «Спящую красавицу», победно разрезающую воды Ла-Манша. Через несколько дней она бросила якорь в Велланде.

Наконец-то она снова в Англии! Охваченная радостным возбуждением, Миранда героически вытерпела тряску в душном экипаже.

Они переночевали в гостинице, а наутро Джаред сказал, хитро улыбаясь:

— Я взял двух отличных верховых лошадей. Подумал, лучше верхом, чем задыхаться в экипаже, правда? Не захватил твои бриджи, — улыбнулся он, — но думаю, дамское седло для тебя — сущие пустяки.

И они двинулись в путь вдоль золотых октябрьских лесов, подернутых легкой осенней дымкой. Только раз они спешились, чтобы быстро перекусить. Хозяин гостиницы снабдил их на дорогу снедью.

На закате они достигли Суинфорда. Лучи заходящего солнца уже зажгли золотом его темно-серую крышу…