Непокорная - Смолл Бертрис - Страница 89

В годовщину свадьбы он сидел в одиночестве перед потрескивающим камином и потягивал контрабандный французский коньяк, время от времени кидая взгляд на миниатюру — портрет Миранды, написанный Томасом Лоренсом, выдающимся английским портретистом.

Знаменитый живописец удачно изобразил обеих сестер. Они как раз вернулись в Англию перед свадьбой Аманды. Джаред тогда заказал этот портрет для тещи, а она увезла его в Америку. Дороти была в восторге от подарка. На портрете Аманда в бледно-розовом платье сидела в чиппендейловском кресле. Чуть приподняв голову, она смотрела на сестру, а Миранда в темно-голубом платье стояла за спинкой кресла и улыбалась ей.

Лоренс великолепно ухватил характеры сестер. Аманда, голубоглазая, златокудрая, — само очарование. Плотно сжатые розовые губы наводят на мысль, что у этого милого создания есть сила вопли.

Миранда… Непокорная, мятежная, с гордо вскинутой головой, вызывающим взглядом бирюзовых глаз.

Джаред сразу же заказал художнику миниатюры, попросив написать их головки. Поместил портреты в овальные серебряные рамочки, украшенные серебряными виноградными гроздьями и листьями.

Изображение Аманды он подарил Адриану в день свадьбы, портрет Миранды взял с собой в Санкт-Петербург. Господи! Сколько раз за последнюю зиму он держал его в руках! Сколько раз смотрел на ее лицо! Чувственный рот, решительный подбородок с ямочкой посредине, бирюзовые глаза. Ах, Миранда, Миранда… Были женаты два года, из них провели вместе всего семь месяцев!

В День святого Николая два года назад он женился на ней.

Помнит как сейчас — она, испуганная, рядом с кроватью, прикрывающая простыней великолепную грудь. Он обнимает ее, целует, сгорая от страсти. И вот ее нет, она мертва, и это его вина! Зачем, зачем он оставил ее одну так надолго?

Наверное, она любила его сильнее, чем он ее. Его не было рядом, когда родила сына, а она не роптала! Но, конечно, всякому терпению бывает предел. Поехала вслед за ним… А чего, собственно, он ожидал? Разве он не знал, на что способна дикая кошечка? Джаред вскочил и швырнул бокал с коньяком прямо в камин. Хрусталь брызнул мельчайшими осколками, и пламя на мгновение вспыхнуло синим светом. Он заплакал.

— О моя милая! — крикнул он, расколов тишину. — Почему тебя у меня отняли?

Впервые в жизни Джаред Данхем чувствовал себя так, будто был несчастным, одиноким, маленьким ребенком.

Если Джаред Данхем в дни холостяцкой жизни снискал себе славу тихони, то сейчас, когда овдовел, пошел вразнос. Как заметила Аманда, лишившись Миранды, он терял себя с катастрофической скоростью. Алкоголь не приносил ему облегчения, а лишь головную боль. Необходимо было срочно найти выход из создавшейся критической ситуации.

Он стал завсегдатаем на аукционах лошадей, и вскоре на конюшне не оказалось ни одного незанятого стойла. Покупая приглянувшуюся ему лошадь, он уговаривал себя: мол, отберет лучших в Виндсонг, для улучшения породы. Приобретал он и скаковых лошадей и вскоре нанял тренера и двух жокеев. Принимал участие в бегах, но вскоре охладел, потому что никто не мог его обогнать.

Забросил по той же причине карты, равно как и бокс. Ему везло во всем… кроме любви. Ирония судьбы!

Джаред стал записным дамским угодником. Среди красоток, пользовавшихся покровительством джентльменов из высшего общества, Джаред прослыл великолепным, щедрым, но быстро пресыщающимся любовником. Ни одна женщина не задерживалась возле него более двух-трех недель.

Замужние дамы его круга смотрели на него, не скрывая интереса. Тщеславные мамаши прекрасно понимали, что Джареду Данхему необходимо жениться. Парад невест успеха не имел.

Многие девицы находили, что у него несносный характер и что он вечно в дурном расположении духа. Некоторые полагали, что он смеется над ними — его тонкие губы постоянно кривились в насмешливой ухмылке.

Нашлась, однако, одна красотка, которую мрачный вид Джареда Данхема нисколько не испугал. Это была леди Белинда де Винтер, крестница герцогини Нортгемптон. Очаровательная, свежая, как роза, с темными локонами и голубыми глазами, Белинда производила впечатление чистоты и невинности, что нисколько не соответствовало действительности. Дочь обнищавшего баронета, Белинда не останавливалась ни перед чем, чтобы добиться того, чего хотела. А желала она Джареда Данхема.

Когда пришла пора выезжать в свет, Белинда приехала в Лондон. Крестная, лучшая подруга покойной матери, обещала оказать ей покровительство. Муж тети Софи, герцог Нортгемптон, оказался в затруднительном положении: к дочерям прибавилась миловидная конкурентка. Деньги он тратить не любил, вероятно, поэтому был одним из богатейших людей в Англии. В связи с приездом Белинды возникали дополнительные расходы. Не по годам разумная девица, она сразу это почувствовала, но попасть в Лондон ей было просто необходимо.

Ее поместье находилось недалеко от имения герцога Нортгемптона, и она частенько наведывалась туда. В один прекрасный день, когда она знала, что в доме только герцог и слуга, Белинда заманила дядю в библиотеку и не моргнув глазом соблазнила его. Прежде чем он успел прийти в себя от случившегося, ее и след простыл. С тех пор она ни разу не оставалась с ним наедине, пока не пришло время отправляться в Лондон.

Герцог еще ни разу не встречал такой развратной особы, но его неудержимо тянуло к ней. Он жаждал близости, а она лишь смеялась, прикрывая рот ладошкой. Наконец ему удалось улучить момент, когда она была одна, и он, как робкий юнец, пробормотал:

— Я хочу с тобой увидеться.

— Возьмите меня в Лондон, и тогда будем видеться каждый день.

— Белинда, ты, должно быть, знаешь, что я имею в виду.

— То же самое, что и я, дорогой дядюшка!

— Значит, если поедешь с нами, будешь со мной ласкова?

— Конечно! — улыбнулась она и прошмыгнула мимо.

Белинда де Винтер отправилась в Лондон при всех регалиях — дядюшка раскошелился на умопомрачительные наряды. В Лондоне она окунулась в водоворот светских развлечений, и времени для дядюшки у нее не оказалось. Однако он не выпускал ее из виду. Герцог был убежден, что его час скоро пробьет.