Злючка - Смолл Бертрис - Страница 73

В день их отъезда прибыл Фергюс Макмайкл и тоже присоединился к отряду. Когда Лона призналась родителям в любви к молодому шотландцу, дальнейших объяснений не потребовалось, хотя сам он узаконил свое появление необходимостью приглядывать за дочерью графа.

Фитцуолтер, серьезно кивнув, объявил:

— Это хорошо, парень! Добро пожаловать!

Хотя Рауэн был крайне разочарован тем, что его не взяли, грудь молодого человека распирала гордость — ведь именно его оставили в Грейфере за главного. Он внимательно выслушал наставления отца, но когда Фитцуолтер пошел к своему коню, Рауэн спросил:

— Что, если вернется сэр Джаспер?

— Запри ворота и не пускай, — отрезала Арабелла. — Путешествие займет несколько недель, ведь с нами ребенок! Если Сигер явится раньше, чем я успею поговорить с королем, он немедленно побежит к Джасперу, и мы не сможем застать их врасплох, а нам это крайне невыгодно.

— Думаю, он приедет, — вздохнул Рауэн.

— Моли Бога, чтобы этого не произошло, парень, — ответил отец. — Сэр Кип будет не один, а значит, тебе придется убивать друзей.

— А граф Данмор? — нерешительно вставил Рауэн, желай все сделать как надо, хотя понимал, в каком трудном положении остается.

— Передай ему привет, — сухо объявила хозяйка, — и исполняй все его желания. Я желаю по возвращении застать Грейфер в том же виде, в каком покинула его, — целым и в относительной безопасности. Граф потребует от тебя только одного — свою дочь. Объясни, что она уехала со мной, и пропусти в крепость, чтобы он смог убедиться в правдивости твоих слов. И обращайся с ним почтительно, Рауэн. Тэвис Стюарт — хороший человек.

Отряд направился на юг. Ехали быстро, но так, чтобы маленькая Маргарет не уставала. Ребенка бессовестно баловали все мужчины. Каждый хотел везти малышку, и Мэгги проводила все время, переходя с одного седла на другое, слушая песни, сказки, принимая лакомства из загрубелых рук. Погода была хорошей, и Маргарет крепко спала каждую ночь, утомленная играми на свежем воздухе.

Фитцуолтер составил маршрут так, чтобы можно было останавливаться на ночь в странноприимных домах конвентов, монастырей и аббатств. Однако несколько раз приходилось ночевать в открытом поле. Если Фитцуолтер и бывал дальше замка Миддлхэм, он об этом не распространялся, но Арабелла верила, что капитан благополучно доставит их в резиденцию короля Генриха.

Только в середине мая они достигли Шина, куда король обычно приезжал охотиться в хорошую погоду.

Фитцуолтер проводил Арабеллу, Лону и Маргарет в ближайший конвент, объяснив настоятельнице, что его хозяйке пришлось проехать всю Англию, чтобы принести королю клятву верности и попросить его подтвердить ее права на наследство.

Фитцуолтер сказал настоятельнице, что госпожа недавно овдовела и осталась почти без гроша, но все-таки — тут капитан полез в собственный дублет, долго рылся в кармане и наконец выудил серебряную монету — просит принять скромное пожертвование на нужды добрых матушек.

— Похвально, что твоя хозяйка превыше всего ставит могущество Божье, — кивнула настоятельница. — Наш благословенный Господь наставлял, что не нужно собирать сокровища земные, ибо заботы о спасении души важнее всего на свете. Твоя госпожа, ее осиротевшее дитя и служанка могут остановиться у нас.

— Ты сказал, что я вдова?! — удивилась Арабелла.

— Да, — спокойно ответил капитан, — не мог же я открыть правду!

Лона ехидно хмыкнула, но тут же замолчала под строгим взглядом хозяйки.

— Ну вот, а теперь, когда я здесь, — призналась Арабелла, — не знаю, как получить аудиенцию у короля.

— Спросите мать Марию Молитвенницу, — посоветовал Фитцуолтер. — Она, наверное, знает! Старая опытная ворона!

— У вас нет связей при дворе? — удивилась мать-настоятельница.

— Не при этом, — ответила Арабелла.

Монахиня вопросительно подняла брови и задумчиво потерла распятие из серебра и слоновой кости, свисавшее с шеи, но ничего не произнесла, ожидая объяснений Арабеллы.

— Мой отец был кузеном первого мужа Элизабет Вудвилл, а мать — кузиной и подругой королевы Анны Невилл. Именно король Ричард нашел мне мужа, — призналась Арабелла, мешая правду с ложью по примеру Фитцуолтера. — Мои муж был шотландцем, и король Джеймс дал мне рекомендательное письмо к его величеству.

Монахиня, подумав немного, решила:

— Связи вашего отца помогут нам, леди Грей. Король не любит тещу и, думаю, имеет для этого достаточно причин, но королева питает теплые чувства к матери. Брат мой — священник и духовник королевы. Через него мы передадим вашу просьбу королеве Елизавете. Если поведете себя умно, дитя мое, а я думаю, что вы неглупы, раз предприняли такую поездку, именно молодая королева поможет вам. Между вами много общего, у обеих маленькие дети. Если именно королева представит вас супругу, это вовсе не повредит делу!

Через несколько дней все устроилось. Королева Елизавета должна была принять леди Грей на следующий день.

— Лучше и не придумаешь, — радовался Фитцуолтер, — Вряд ли королева знает сэра Джаспера или сталкивалась с ним. Можно изложить свою просьбу сострадательному человеку!

— Но захочет ли королева помочь мне? — беспокоилась Арабелла. — Что, если я ей не понравлюсь? У беременных женщин часто бывают необъяснимые капризы, а королева, говорят, вновь ждет ребенка.

— Будьте сама собой, — посоветовал Фитцуолтер. — Королева знает, что это такое — лишиться самого дорогого на свете!

Она поймет ваши беды лучше, чем кто-нибудь другой.

Арабелла тщательно выбрала костюм для аудиенции у королевы. Она привезла всего одно подходящее для такого случая платье — из темно-синего шелка с облегающим корсажем и удлиненной талией. Широкий шалевый ворот был отделан лентой из серебряной парчи. Низкий вырез открывал ложбинку между грудями, но по тогдашней моде был достаточно скромен.

С серебряного венчика свисала простая прозрачная вуаль из белого батиста. Волосы были заплетены и уложены на висках, талию охватывал пояс из серебряных колец, с которого свисали маленькое серебряное распятие и серебряный футлярчик с ароматическим шариком внутри.

Словом, Арабелла приобрела вид респектабельной вдовы благородного происхождения.

— Оставьте ребенка со мной, — посоветовала настоятельница. — Она может поиграть на кухне, там есть котята, и сестра Мария Милосердная печет медовые пряники.

Хотя Арабелла беспокоилась, что Мэгги без нее будет плакать, малышка доверчиво дала ручонку тощей монахине и поковыляла прочь.

— Ну вот, одной бедой меньше, — сказала Лона, собиравшаяся проводить Арабеллу.

Кони были хорошо вычесаны, шкуры блестели. Женщины медленно ехали по дороге в Шин. Поскольку в замке жил король, туда и обратно спешило много людей — торговцев, крестьян, везущих провизию, придворных и их слуг, солдат и просто тех, кто надеялся выпросить что-либо у правителя.

Лона широко раскрытыми глазами рассматривала окружающих, то и дело вертя головой, но Арабелла, гордо выпрямившись, устремила взгляд вперед. Не желая ни на что отвлекаться, она в сотый раз повторяла про себя все, что должна сказать королеве. Но, к ее удивлению, все прошло легче, чем ома предполагала.

Елизавета Йорк оказалась очень миловидной, с густыми светлыми волосами и прекрасными голубыми глазами. Она приняла гостью в маленьком закрытом саду, поскольку день был теплым и солнечным. С ней была всего одна фрейлина, спокойного вида женщина, занятая вышиванием и даже не взглянувшая на посетительницу.

Арабелла опустилась на колени перед повелительницей, но королева велела ей встать и изложить свою просьбу. Священник, который привел Арабеллу, тоже находился в саду.

Поцеловав руку Елизавете, Арабелла поднялась и подробно рассказала всю историю, закончив словами:

— Итак, видите, мадам, если бы я только могла все рассказать королю и заручиться его согласием, сразу вернулась бы в Грейфер сообщить своим людям радостную весть. Они ничего не понимают в происходящем и очень напуганы. Я ведь не знатная титулованная особа, ваше величество, и, если бы не брат матери-настоятельницы, отец Пол, не смогла бы даже добиться аудиенции у вас, несмотря на привезенные письма. Я прошу всего-навсего о справедливости для себя и дочери, восстановления прав на отчий дом. Жизнь при дворе не для меня — я простая деревенская женщина.