Словарь афоризмов русских писателей - Тихонов Александр Николаевич - Страница 60

60

* * * Таланты те негодны, в которых свету пользы нет… * * * У сильного всегда бессильный виноват: Тому в Истории мы тьму примеров слышим. * * * Уж сколько раз твердили миру, Что лесть гнусна, вредна; но только все не впрок, И в сердце льстец всегда отыщет уголок. * * * Умрем — ведь все оставим. Мы только лишь себя и мучим и бесславим. * * * Ученьем вредным с юных дней Нам стоит раз лишь напитаться, А там во всех твоих поступках и делах, Каков ни будь ты на словах, А все им будешь отзываться. * * *

Хвалы приманчивы; как их не пожелать?

* * * Хотя услуга нам при нужде дорога, Но за нее не всяк умеет взяться: Не дай бог с дураком связаться! Услужливый дурак опаснее врага. * * * Чем нравом кто дурней, Тем более кричит и ропщет на людей: Не видит добрых он, куда ни обернется, А первый сам ни с кем не уживется.

КУБЛАНОВСКИЙ ЮРИЙ МИХАЙЛОВИЧ

Юрий Михайлович Кублановский (р. 1947). Русский поэт, общественный деятель. Автор поэтических сборников «Избранное», «С последним солнцем», «Оттиск», «Затмение»; цикла из восьми стихотворений в альманахе «Метрополь», отдельных стихотворений, напечатанных в ведущих Российских и зарубежных журналах, а также публицистических статей и пр.

Не секрет, что религия часто берет культуру на подозрение, да новообращенный и сам сплошь и рядом теряет интерес к искусству, чтению, культурным занятиям вообще. Если уж Паскаль ради веры забросил математику, а Гоголь — литературу, то что говорить о простых смертных.

* * *

Нездоровая жизнь наша, чем дальше, тем поляризируется все больше. И вместо «споров о мнениях» враждующие полярные заидеологизированные силы превращают — в зависимости от своей идейной корысти и устремлений — в сусальный или отпугивающий идол любую выдающуюся фигуру.

* * *

Отрезаемая из брезгливости от информации вообще — вера может выродиться в сектантство. Таков фундаментализм, и в этом его абсурдность: с одной стороны, он отнюдь не прочь подчинить мир, он воинственен по отношению к падшести мира, ищет взять его под крыло своего спасения, а с другой — брезгуя, отворачивается от мира.

* * *

Порой кажется, что Россия представляет собою сейчас лишь то, что еще покуда не уворовано.

* * *

Эмиграция — не трагедия, чужбинный опыт может быть на благо, а не во вред…

КУПРИН АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ

Александр Иванович Куприн (1870–1938). Русский писатель. Автор повестей «Молох», «Олеся», «На переломе» («Кадеты»), «Поединок», «Яма»; романов «Юнкера», «Жанета»; множества рассказов, среди которых «Дознание», «Ночная смена», «Поход», «В цирке», «Болото», «Трус», «Конокрады», «Мирное житье», «Штабс-капитан Рыбников», «Река жизни», «Гамбринус», «Суламифь», «Гранатовый браслет», «Анафема»; циклов очерков «Киевские типы», «Листригоны», «Юг благословенный», «Париж домашний»; воспоминаний о Чехове, о Л. Н. Толстом.

< Л. Н. Толстой > Многообразный человек, таинственною властью заставляющий нас и плакать, и радоваться, и умиляться — есть истинный, радостно признанный властитель. И власть его — подобная творческой власти бога — останется навеки, останется даже тогда, когда ни нас, ни наших детей, ни внуков не будет на свете.

* * *

Больше всего я стыжусь лжи, всегда идущей от трусости и слабости.

* * *

В самом деле: пройдут годы и столетия, и время сотрет даже самую память о тысячах тысяч живущих ныне людей. Но далекие грядущие потомки, о счастии которых с такой очаровательной грустью мечтал Чехов, произнесут его имя с признательностью и тихой печалью.

* * *

Всегда бывает так: познакомишься с человеком, изучишь его наружность, походку, голос, манеры, и все-таки всегда можешь вызвать в памяти его лицо таким, каким его видел в самый первый раз, совсем другим, отличным от настоящего.

* * *

Даже цветы на родине пахнут по-иному. Их аромат более сильный, более пряный, чем аромат цветов за границей.

* * *

Дети каждый день растут. Каждый день меняются и каждое утро просыпаются новыми людьми.

* * *

Детские скорби жгучи, но они растают во сне и исчезнут с завтрашним солнцем.

* * *

Для перевода с иностранного языка мало знать, хотя бы и отлично, этот язык, а надо еще уметь проникать в глубокое, живое, разнообразное значение каждого слова и в таинственную власть соединения тех или других слов.

* * *

Единственная форма власти, допустимая для человека, — это власть творческого гения, добровольно принятая, сладкая, волшебная власть.

* * *

Если бы всякая любовь продавалась, то уж давным-давно земной шар и вся вселенная были бы в совершеннейшей и вечной власти диавола.

* * *

Женская любовь, точно уголь, который, когда пламенеет, то жжется, а холодный — грязнит!

* * *

Именно так <с первого взгляда> приходит к людям настоящая любовь.

* * *

Истинная любовь, она, как золото, никогда не ржавеет и не окисляется…

* * *

Как жестоко подрезает слабые крылья резкая, хотя бы и справедливая, критика и какую бодрость и надежду вливает иногда незначительная похвала.

* * *

Какие злые, нелепые, уродливые, бесстыдные, позорные мысли и образы теснятся порою в уме человека против его воли.

* * *

Любить! — какое громадное, гордое, страшное, сладостное слово…

* * *

На земле, а может быть, почем знать, и в целом мироздании, существует один-единственный непреложный закон:

«Все на свете должно рано или поздно окончиться, и никто и ничто не избежит этого веления». * * *

О, волшебная власть воспоминаний!

* * *

Одна из самых радостных и светлых мыслей — это жить в то время, когда живет этот удивительный человек. <Л. Н. Толстой> Мы мыслим и чувствуем с ним на одном и том же прекрасном русском языке.