Выброшенный в другой мир (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 130

– Теперь даже лесничий, если его сюда занесет, не поймет, что здесь что-то прятали. А через пару дней вообще ничего не останется. Снегу в лесу было чуть, да и тот большей частью стаял.

– А звери сумки не порвут?

– Съедобного там ничего нет, а кожу я смазал такой мазью, что ни один зверь в своем уме к такому не притронется. Запомнила место? Ну и прекрасно, поехали обратно.

Дома на лестнице ее перехватила расстроенная Гала.

– Я не знаю, что из одежды взять с собой, – мрачно сообщила она подруге. – Кроме верхового костюма ничего в голову не лезет.

– А где Алекс?

– Спит твой сын. Есть у него такая замечательная способность засыпать при каждом удобном случае, особенно после еды. И ведь ни капельки не толстеет, мне бы так.

– Когда соберешься толстеть, предупреди. Что же касается одежды, то хоть мы и поедем в карете, а наших лошадей поведут на поводу, надевать в дорогу все равно советую костюм для верховой езды. Мало ли что может случиться, а в нем гораздо удобнее, чем в платье. Никогда не забуду, как Алисия путалась в юбках. А в дополнение к костюму возьми с собой одно повседневное платье, и одно получше. Праздников и балов там до приезда герцога почти наверняка не будет, но, может быть, понадобится. Можешь еще захватить спальный халат. Тапочки не бери, у управляющего их много. Я, наверное, пока сын спит, тоже пойду собираться. Завтра и завтракать, и выезжать будем рано. Еще и Алексу все надо собрать, а доверять это Ани что-то не хочется.

Утром всем пришлось проснуться еще затемно, быстро привести себя в порядок и позавтракать. Вещи были собраны заранее, так что выехали без задержки. С собой взяли пять конных стражников. Барон приказал им надеть под верхнюю одежду доспехи.

– Если кому придет мысль вас обстрелять, пусть это для них будет неприятным сюрпризом, – сказал он недовольной охране.

Люди Джока тоже отправились верхом, остальные заняли карету. На переднее сидение уселись отец с Алексом, напротив них – девушки. На пол кареты Сур положил несколько свертков с самыми ценными находками, остальное увязали и закрепили снаружи. Дорога, подмерзнув, ровнее не стала, и колеса кареты подпрыгивали на всех неровностях, которых было предостаточно. Когда выехали на тракт, дорога стала шире, но и более разбитой. Массивный барон лишь ерзал на сидении, придерживая Алекса, а потом вообще взял его на руки. Легким девушкам приходилось хуже. Их швыряло из стороны в сторону на каждой колдобине.

– Почему так не трясло, когда ездили к Каришам? – простонала Альда.

– Потому, что тогда мы никуда не торопились и ехали в два раза медленнее, – ответил отец. – Да и сколько до них той езды?

Альда давно уже бросила на пол лук  и тул со стрелами и вцепилась в сидение обеими руками, но это помогало мало. Постепенно стало светать. Девушки изо всех сил старались удержать в себе завтрак, а вот Алекс на руках отца умудрился заснуть. Наконец, Гала не выдержала этой пытки и решила пересесть в седло. Ее примеру последовала Альда.

– Разумно ли это? – попытался остановить их барон. – В отличие от охраны на вас нет брони. А если ударят стрелами?

– Лучше стрелы, чем это, – все еще борясь с тошнотой, ответила Гала.

– Да, мы лучше верхом, – поддержала ее Альда, забирая у стражника повод Бри. – Мы половину хоть проехали?

– Наверное, чуть меньше, – ответил отец. – Вы все-таки на всякий случай держитесь середины дороги, и скажите кучеру, пусть наддаст. Мне эта тряска, в отличие от вас, так не мешает, а Алексу на руках мягко.

Передвигаться верхом было, безусловно, легче, хотя и всадники соблюдали осторожность и не неслись во весь опор, чтобы не покалечить лошадей на неровностях дороги и не сломать себе шею. Хорошо еще, что не было снега, так что все ямы были прекрасно видны. То ли все разбойники еще крепко спали, то ли Джок сдержал слово, и их перебили, но за все время пути на Буше так никто и не напал. Наконец из-за поворота дороги показались военные лагеря герцога. Когда к ним подъехали совсем близко, их кавалькаду перехватил один из разъездов, патрулирующих подходы к новому городу.

– Кто едет? – крикнул офицер, поднимая руку, чтобы остановились.

Его десяток грамотно перекрыл дорогу, в руках у некоторых появились арбалеты.

– Барон Буше с дочерью и наследником! – прокричал в ответ один из их стражников.

Лицо офицера просияло, он поспешил приблизиться и поклонился Альде, припав к шее коня.

– Счастлив вас приветствовать, леди! Вы позволите мне и моим людям сопроводить вас до столицы?

– А как же обязанности? – улыбнулась ему Альда. – Вас потом не накажут?

– Кроме нас здесь еще два разъезда. А потом пусть наказывают, зато именно мы окажем честь Неистовой Альде и утрем нос «Волчьим хвостам».[27] Да это и недолго, а в такое время здесь почти никто не ездит.

– Почту за честь, – еще раз улыбнулась девушка восторженному почитателю ее талантов. – Только поехали быстрее. Мы давно в пути и уже порядком намерзлись.

Офицер кивнул и, повернув своего коня, поскакал во главе увеличившейся в числе кавалькады.

– Чего это он? – спросила Гала у подруги. – Почему это ты вдруг неистовая?

– Потом расскажу, – засмеялась Альда. – Не бери в голову, лучше смотри, сколько тут всего понастроили.

Сорок минут скачки, короткие переговоры офицера с гвардейцами у ворот, и вот они уже подъезжают к конюшням дворца.

– Для чего это? – спросила Гала, показывая на навесы.

– Чтобы не мокнуть. Подожди, нас встречают.

К ним навстречу спешили несколько человек, в одном из которых Альда с радостью узнала Джока. Первым, как и положено, был управляющий.

– Добро пожаловать во дворец герцога Аликсана! – слегка запыхавшись, сказал он, глядя на Альду. – Госпожа, искренне рад вас снова видеть. А где ваш батюшка?

– Здравствуйте, уважаемый Дорн, – приветливо улыбнулась ему девушка. – Я тоже рада. Здравствуйте, барон! Позвольте всем представить мою подругу благородную Галу Хелл.

Они спешились и вместе с подошедшими отцом и Алексом в сопровождении Дорна направились в замок, оставив лошадей слугам. Джок всем приветливо кивнул и поспешил к своим людям, которые уже вытаскивали из кареты свертки.

Альда не думала, что будет так волноваться, вернувшись в это место, а сейчас себя чувствовала, как при свидании со старым, давно не виденным другом.

«А ведь мы уехали отсюда не так давно, – думала девушка. – Почему же тогда в душе такая радость?»

Освободившись от верхней одежды, они хотели подняться на второй этаж, но не успели этого сделать. Почти кубарем скатившаяся с лестницы Лани повисла на шее Альды, едва не повалив ее на пол.

– Ну же, успокойся, – обнимая трясущиеся плечи девчонки, шептала ей Альда. – Все хорошо, не надо плакать. Что могут подумать люди?

– Мне все равно, что они подумают, – шмыгнула носом герцогиня. – Вы с братом оставили меня здесь одну. Мало того, что скучно, так еще волнуйся за вас!

– Какая же ты еще все-таки девчонка! – Альда ласково провела рукой по ее голове, приглаживая растрепавшиеся волосы.

– На себя посмотри! – буркнула Лани, но не отстранилась и плакать перестала.

– От брата нет известий?

– Он предупреждал, что гонцов долго не будет, а сам планировал вернуться к концу зимы. Извините, что я вас здесь задержала, прошу наверх. Кто эта девушка?

– Это моя подруга, Гала Хелл. А это сестра нашего герцога Лани Аликсан, – представила девушек друг другу Альда.

– У тебя везде друзья, – вздохнула Лани, поднимаясь по лестнице впереди всех остальных, – нее то что у меня. Алекса-то привезла?

– Я здесь, тетя Лани! – подал голос мальчик, скрытый от глаз маркизы массивной фигурой барона.

– Ну и славно! Ваши комнаты так и остались, там никто ничего не трогал. А комнату для твоей подруги сейчас приготовят. Вы есть хотите, или дождетесь обеда? Уже скоро должен быть.

– Дождемся, конечно, – ответил за всех барон. – Нас с дороги сильно растрясло, так что надо немного прийти в себя, а то кусок в горло не полезет.

27

так стали называть барсов после того, как они прицепили к своему знамени добытые Альдой хвосты