Выброшенный в другой мир (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 89

Они подошли к двери кабинета, и Джок открыл ее своим ключом.

– Этой комнатой еще пользуется уважаемый Джолин, но сейчас он нам мешать не будет. Не держите на него зла. У каждого человека есть свои недостатки. Он со своими борется... иногда. А когда  забывает, мы ему об этом тактично напоминаем. Он хороший работник и неплохой человек, но иногда его заносит. К примеру, как вчера.

– Я вчера испугалась. Понимаете, не за себя, за отца. Подумалось, что все зря, что вот сейчас его сбросят с лошади, и для меня все остальное будет уже неважно. А вы и в самом деле тот самый Джок Лишней?

– А что, есть и другие? Присаживайтесь, Альда. Мне можно вас называть по имени, когда мы наедине? Вот и прекрасно. Вы еще будете иметь возможность убедиться, что герцог и его окружение не слишком жалуют этикет и, если это не несет урона достоинству хозяина дома, не очень придерживаются его правил. Судя по вашему тону вы обо мне кое-что слышали, но не склонны в это верить. Можно узнать почему?

– Я просто больше верю тому, что вижу, нежели сплетням. О нас с отцом тоже чего только не говорили, вот ваш Джолин и поверил. Так что шарахаться от вас я не буду.

– Вы удивительная девушка, – Джок подарил ей такую теплую улыбку, увидев которую любой из тех, кто его знал, впал бы в ступор. – Был бы я лет на двадцать моложе, я бы всерьез стал добиваться вашей благосклонности. И не надо так мило краснеть. Поверьте, это не комплимент, я так действительно думаю.

– По-моему, все эти сплетни о вас – одна ложь, – сказала Альда, чтобы уйти от смущавшей ее темы. – Говорят, что вы любите лично убивать врагов герцога. Ведь это не так? Или это секрет?

– Никакого секрета здесь нет. Я, милая Альда, не всегда был бароном. Я крепко битый жизнью человек, который повидал много всего. Но вы правы: убивать я не люблю, хотя и приходится.

– Мой отец тоже убивал на службе у короля. Он часто говаривал, что жизнь устроена так, что женщины дарят жизнь, а мужчины ее отбирают. Он и мне не позволил обучаться с мечом из-за того, что я женщина, хотя потом жалел.

– В чем-то он прав. Но вы же развили в себе таланты, позволяющие отнимать жизнь. И ведь пригодилось? Несмотря на все достоинства вашего отца, ему без вашей помощи пришлось бы плохо. Ладно, оставим эту тему. Мне бы хотелось узнать о ваших дальнейших планах на жизнь. К сожалению, я не могу об этом поговорить с вашим отцом, но ведь он с вами этим делился?

– Да, конечно. Отец решил уйти из тех мест, где у него остались враги. Изменение нашего положения могло подвигнуть некоторых к сведению счетов.

– Разумно.

– Он решил перебраться сюда на юг ближе к новому герцогу и купить дом в столице. Он полагал, что новый герцог в силу молодости и решительности характера станет обустраивать провинцию и начнет, скорее всего, с места своего пребывания. Отец очень хороший боец и хотел давать уроки фехтования. Где много перемен, там много новых людей, а создание армии привлечет в нее много молодежи, так что без клиентов он не остался бы. Деньги у нас были, но если их не зарабатывать, хватило бы на год-два.

– Кстати, по поводу ваших денег. Здесь они вам пока не нужны, но все равно возьмите.

– Что это?

– Это ключ от денежного ящика, установленного в вашей комнате. Туда положили все ваше серебро и ценности. Золото я пока распорядился отнести казначею на хранение. Там семьсот восемнадцать монет. Получите по первому требованию. И еще, возьмите этот пакетик. Служанка обнаружила, когда стирала ваше платье. Я понимаю ваше состояние вчера, но так разбрасываться алмазами не стоит. Хорошо, что у нас честная прислуга, да и нашла их прачка в присутствии других слуг, а то кто ее знает... Можете положить в денежный ящик, можете отдать на сохранение нашему казначею. Я бы рекомендовал второе, хотя за все время моего пребывания во дворце не было ни одной кражи.

– Вы можете это сделать сами? Спасибо.

–Вы мне рассказали о том, что собирается делать ваш отец. А вы сами?

– Что, я сама? – растерялась Альда.

– Чем вы сами собирались заняться?

– Я об этом пока особенно не думала. Все мысли были о том, как добраться. Я же вообще до ухода из замка отца совершенно не знала жизни.

– Зато сейчас вы ее узнали со всех сторон.

– Да уж, – невесело усмехнулась девушка. – Отец как-то сказал, что знает, чем меня занять, но больше мы с ним об этом не говорили.

– А что вы еще умеете, кроме того, о чем уже рассказали?

– Умею бренчать на дейре, – пошутила Альда. – Еще знаю язык империи. Как я ругалась, когда меня ему учили в дополнение к хорошим манерам, а теперь может и пригодиться.

– Мое первое любопытство вы удовлетворили, – сказал Джок. – Сейчас я вас передам служанке. Напоследок хочу вам сказать, что попробую разыскать вашего непутевого братца. Если он не убит, то, скорее всего, служит в армии короля. Герцог не стал расправляться с мятежниками сам, а отправил всех захваченных дворян на суд короля, а его величество послал их заслуживать прощение в свою армию. Я сделаю запрос и потом сообщу вам результаты.

Глава 5

Служанкой оказалась симпатичная молодая особа с языком без костей.

– Пойдемте, госпожа, в гостевые покои. Там для вас и для вашего батюшки уже приготовлены комнаты. Вещи тоже привели в порядок и принесли туда же. Это почти рядом.

Действительно, уже через пару минут Альда отпирала дверь комнаты выданным ей служанкой ключом.

– Вообще-то, двери у нас запирать не принято, – щебетала служанка. – Но, может быть, вы привыкли спать за запертой дверью. Замки здесь надежные.

Альда открыла дверь комнаты и замерла. Ее взору открылась не очень большая светлая комната, уставленная изящной резной мебелью. Большое окно было занавешено почти прозрачной тканью, а по его бокам висели тяжелые шелковые шторы, собранные в узел лентами. Пол был выложен небольшими деревянными плашками, уложенными квадратами, отполирован и натерт воском. В середине комнаты ближе к кровати лежал толстый, мохнатый ковер. На такую красоту было просто боязно ступать.

– Госпожа, снимайте ваши сапожки и обувайте это, – служанка показала рукой на странную мягкую обувь без задников со смешными меховыми лапками.

– Это наш герцог придумал, – пояснила служанка. – До этого не успевали натирать полы. А теперь и полы сохраняются, и ногам очень удобно. У нас даже слуги дома теперь такие носят.

Альда с помощью служанки стянула свои сапоги, которая та поставила у дверей, и обула действительно мягкую и очень удобную обувь.

– Наш герцог их зовет смешным словом «чувяки», – хихикнула служанка. – А еще тапочками.

– Действительно, удобно, – сказала девушка, подходя к кровати, на которой была разложена ее одежда, уже постиранная и наглаженная.

– Разрешите, я все сейчас уберу, – предложила служанка и, не дожидаясь разрешения, открыла шкаф и начала развешивать в него платья, надевая их на странные палки с крючками, которые потом вешались на длинный круглый стержень. При этом платья висели ровно и не мялись.

– Это тоже милорд герцог придумал. Называются плечики. Одежда совсем не мнется, не то что на крючках.

Освободив кровать от одежды, служанка замерла в нерешительности перед поставленными на пол дорожными сумками.

– Сумки трогать не надо, – поняла ее затруднения Альда. – Я их потом сама посмотрю. Тебя как зовут-то?

– Ой, госпожа, прощенья прошу! Совсем заболталась, а представиться забыла. Солой меня зовут.

– А скажи, Сола, что еще придумал новый герцог?

– Ой, да много всего! Вот душ хотя бы. Сначала все думали, что это баловство, а потом поняли, что гораздо удобнее, чем мыться в бочке.

– А что такое этот душ?

– Это такая лейка, из которой, когда потянешь за веревку, льется сверху теплая вода. Обе руки свободны, и воду черпать не надо. Да и воды для помывки нужно гораздо меньше. Всем, – она хихикнула, – кроме госпожи Лани. Вот уж кто любит вертеться под душем!