Выброшенный в другой мир (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 95

– Я тут от Алекса узнала кое-что странное. Надо вам рассказать.

– Рассказывайте, не стесняйтесь, только говорите не слишком громко, и никто ничего лишнего не услышит. Мы с вами сидим в конце стола, а все остальные кучкуются поближе к герцогу. А многим мое близкое присутствие вообще портит аппетит. Здесь тоже кое-кто верит тому, что обо мне рассказывают. И не все сплетни стоит опровергать. Иногда такая популярность бывает очень полезной. Так что там по Алексу?

– Дед разрешил внуку под присмотром конюха кататься на своем жеребце.

– Семилетнему мальчишке?

– Вот именно. Внезапно конь взбесился, и очень вовремя лопнул ремень. То, что ребенок не убился и не получил серьезных травм – просто чудо. Из-за этого случая отец мальчика сцепился с дедом.

– Они вообще часто ссорились, особенно в последнее время. Вы правы – случай гнилой. Надо будет проверить конюха. Мои люди этим займутся.

– Вы не знаете, здесь компоты варят? Хотела узнать вчера на кухне и забыла. А при мне их к столу ни разу не подавали.

– Пока и не подадут. Из-за мятежа, смены хозяев и слуг за закупку сухофруктов как-то забыли. Но положение выправляется. Думаю, что уже к весне все необходимое будет докуплено. Тогда и любители компота не будут страдать. Лани, по-моему, варят компот из варенья. Герцогиня большая сладкоежка.

– Это не для меня, – смутилась Альда. – Это Алекс просил.

– Для больного мальчика я что-нибудь придумаю. И не стоит благодарить. Во-первых, еще ничего не сделано, а, во-вторых, я обижусь.

– Вы замечательный человек!

– Вы так думаете? Многие с вами не согласились бы. Не такой уж я и добрый, как вам кажется по моему к вам отношению. К большинству людей просто нельзя относиться по-доброму. Не поймут и не оценят, а многие вообще примут за слабость. Вот вы в своей жизни много видели добрых людей? Причем добрых по-настоящему, а не по расчету.

– Попадались.

– Вот именно. Мне тоже попадались. И большинство из них очень плохо кончило. Я когда-то сам был таким... почти. В результате лишился жены и дочери и попал в долговую тюрьму. И еще много всего было малоприятного. Но стоило мне лишь изменить свои принципы, как сразу и в моей жизни многое стало меняться. В результате я немалого достиг еще до того, как на меня обратил внимание герцог Олимант. Причем при всей своей доброте и редких душевных качествах оценил он во мне как раз мою темную половину. Так уж устроена жизнь, Альда, хотим мы с вами этого или нет. Я не испортил вам аппетит? Нет? Ну и замечательно. Вы помните нашего молодого лейтенанта, с которым встретились на постоялом дворе? Этот молодой человек, на которого ваши достоинства произвели большое впечатление, оказал вам немалую услугу. Когда он прибыл в свой полк, сразу кинулся к герцогу доказывать, что вас лишили имения незаслуженно. Доказать не доказал, но герцог вами заинтересовался и дал мне задание выяснить о семействе Буше все, что возможно. Поэтому при вашем появлении я уже многое знал и сделал правильные выводы. Это я говорю к тому, что лейтенант, Арден Грехт как-то узнал, что вы гостите во дворце, и сегодня с утра заявился сюда якобы к герцогу по личному делу, а на самом деле для встречи с вами. Их там кормят в одно время с нами, так он даже питание пропустил. Я дал указание накормить этого торопыгу. Вы его примете? Хорошо, тогда надо подумать, где это можно сделать. В своей комнате молодые леди малознакомых мужчин не принимают, а принять в моем кабинете – получится перебор. Давайте проведем встречу в малой гостиной. Там после завтрака обычно никого не бывает. Да ешьте вы не спеша: никуда ваш лейтенант не убежит. И не надо так мило краснеть, а то начну завидовать, а то и ревновать. Сейчас доедите, и я вас провожу, а заодно распоряжусь, чтобы привели этого Ардена.

Альда не заметила, с кем и когда говорил Джок, но когда она под руку с ним вошла в гостиную, Арден уже сидел там на диване. При их появлении лейтенант вскочил и, вытянувшись, застыл.

– Вольно, лейтенант, – скомандовал Джок. – Оставляю нашу гостью на ваше попечение. Надеюсь, что вы приложите все усилия, чтобы девушка не скучала. А я вас покидаю, дела.

– Здравствуйте, госпожа Альда, – смущенно поздоровался молодой человек. – Вы меня еще помните?

– Конечно, Арден. И называйте меня наедине просто по имени.

– Ваши дела, как я вижу, идут неплохо?

– А почему вы так решили?

– Вам покровительствует барон Лишней, а это один из самых влиятельных людей герцога.

– Да, у герцога нет к нам никаких претензий. Более того, он предложил нам быть опекунами молодого наследника баронства Ксавье, которого нам с отцом удалось спасти от разбойников.

– Среди солдат и офицеров о вас много говорят. Ребята из патруля, которые вас доставили во дворец, стали свидетелями того, как мужественно вы себя там вели, и языки на замке не держали. А потом просочились сведения о вашей победе над разбойниками. Ну и я не стал молчать о грабителях, – Арден улыбнулся. – Получается, внес свою лепту. Теперь Альда Буше у нас вроде героини.

– Не буду говорить, что такое мне неприятно, – сказала Альда. – Но по большей части мы просто спасали свои жизни, геройства в этом немного.

– И с разбойниками тоже?

– Нет, там мы влезли сами, – призналась девушка. – Но как можно было не вмешаться, глядя на творимое насилие над женщиной и ребенком? Если честно, из-за одного барона мы такое вряд ли сделали бы. Да и перебила я их издали стрелами.

– А это только прибавило вам популярности в стрелковых подразделениях. Я ведь сам арбалетчик, да и с луком неплохо управляюсь. А маленький барон, которого надо опекать, это привезенный вами мальчик?

– Да, это Алекс. Пробыв несколько часов под дождем, он заболел, но уже выздоравливает. Я его обычно навещаю в это время.

– А как отец?

– Жить будет, рана уже начала затягиваться, но врач сказал, что до полного выздоровления нужно месяца два.

– Может быть, навестим их вместе?

– Давайте, только я схожу к себе за курткой. Я не простужусь, но по утрам уже холодно, и врач ругается, если я прихожу в лазарет в одном платье.

– Давайте я вас провожу. Не бойтесь, в комнату входить не буду, подожду в коридоре.

Возле двери Леоры они встретились с Лани, которая выходила из комнаты подруги. Смерив Ардена многозначительным взглядом, герцогиня вздернула подбородок и надменным голосом спросила Альду:

– И куда это вы, госпожа Буше, ведете этого молодого человека? Надеюсь, не к себе в комнату? Не представите мне своего кавалера? Должна же я знать, что он делает в это время во дворце моего брата!

Она посмотрела на пунцового Ардена, после чего расхохоталась, подмигнула Альде и вприпрыжку помчалась по коридору к лестнице.

– Вот маленькая ехидна, – рассмеялась девушка. – Да успокойтесь вы, Арден, это была шутка. Подождите меня здесь.

Открыв незапертую дверь, она, чтобы не переобуваться, на коленях добралась до шкафа, забрала лежащую внизу куртку и тем же манером вернулась обратно.

– Ну вот и все, – сказала она лейтенанту, выходя из комнаты. – Пошли в лазарет. Сначала навестим Алекса. Только учтите, Арден, что мальчик воспринимает меня, как свою мать.

Алекс встретил ее радостным воплем:

– Мама! Наконец ты пришла! Почему тебя сегодня так долго не было? Я уже совсем-совсем здоровый. Ты меня сейчас заберешь? Ну, пожалуйста!

– Здравствуй, дорогой! Сейчас не заберу из-за того, что еще не готова кровать. Но я поговорю с врачом. Если он позволит, то вечером уже пойдем ко мне. А теперь познакомься с лейтенантом Арденом.

Мальчик с восхищением посмотрел на плечистого лейтенанта, затянутого в красивый мундир, и задал вопрос:

– А как ты к нему относишься?

– Хорошо отношусь, – слегка порозовев, ответила Альда.

– Тогда может он поможет тебе сделать ребеночка? А у меня будет брат! Это ведь несложно. Я спрашивал у нашего конюха, легко ли сделать ребенка, так он ответил, что настоящему мужчине это как два пальца...