Выброшенный в другой мир 2 (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 108

– Тут не рассказывать, здесь показывать нужно, но – увы! – даже у нас из-за дождя мало что можно продемонстрировать. Долго мучились, прежде чем отработали смесь. Состав нашли быстро, но при хранении и транспортировке угольная пыль ссыпалась в одну часть ракеты, оставляя в другой почти чистый пироксилин. В результате получали пуффф! – инженер изобразил руками взрыв. – Потом догадались, как этого избежать. Смесь плотно набиваем в ракету, хорошо увлажняем и долго сушим. От отверстия в головную часть отказались, и подрыв динамитного заряда производим специальным взрывателем. Видите в носовой части отверстие? Вот сюда перед выстрелом вставляем трубку с нитроглицерином. Это дает подрыв при ударе во всех случаях, а малое количество нитроглицерина при осторожном обращении безопасно. А зажигательные и поджигать специально не нужно, они и так воспламеняются от остатков топливной смеси. Колб с кислотами и глицерином сюда не кладем. Слишком уж нерациональный расход кислоты. Динамитные заряды меньше по размеру и весу, но их обкладываем рубленым железом, поэтому в итоге все получается примерно одинаковым. Станок для стрельбы тоже разработали. Можно вести и навесную стрельбу и стрелять прямой наводкой. Устройство изменения угла наклона ракеты имеет десять фиксированных положений. Из-за большой дальности стрельбы пока не решен вопрос наводки на цель. По кораблю в пределах видимости стрелять несложно, по городу тоже не промахнетесь. Но, если нужно попасть в относительно небольшую цель, необходимо чтобы кто-то сообщал результаты стрельбы, для внесения поправок. А как это сделать, я не представляю. Не будешь же пару лер бегать туда-сюда после каждого выстрела!

– Можно сделать простой телефон, – задумался Сергей. – Батарею и угольный микрофон изготовить несложно. С наушником придется повозиться, но из тонкой золотой проволоки и его сделать можно. Но тащить провода на такое расстояние... Я читал про искровые передатчики, но что там и как, не знаю. Нужно думать. Неплохим выходом стали бы подзорные трубы. Я думаю, у нас уже можно попробовать такие сделать. Если смотреть с небольшой возвышенности или дерева в такую трубу, которая приближает все предметы раз в пять, уже можно корректировать стрельбу. Скажите нашим стеклодувам, чтобы взяли кварцевый песок почище, добавили соды и отлили стекла примерно такой формы. Если у них не получится правильная форма, можно будет поговорить с ювелирами. Если два таких стекла поместить в трубку, то все предметы будут видны увеличенными. Только кривизна стекол должна быть разной, а стекло очень прозрачным и хорошо полированным. Ладно, это не горит. Все наши работы основаны на селитре. Как сейчас обстоят дела с ее производством?

– Селитры получаем много, – сказал профессор. – Сейчас на ее выпарке работают раза в три меньше людей, чем работало совсем недавно, но их достаточно, чтобы обеспечить наши потребности. Многие места с отходами уже выработали, но постоянно находятся новые. Я уже говорил, что выход селитры с тошнильниц небольшой? Это из-за избыточного увлажнения смеси. В более поздних закладках дело пойдет получше. А через год начнут поспевать те отвалы, которые делаются по вашему приказу в деревнях. Мы летом посылали людей проверять, что и как делается. Во многих местах не добавляли золы или смешивали старый навоз со свежим. Теперь все делают правильно. Очень интересные результаты опытов Сэда Ламера. Мы сделали шашки...

– Извините за то, что перебиваю, – заглянул в дверь Рашт. – Господин граф просил передать, что прибыли люди, которых посылали в Барни. Они приводят себя в порядок и скоро будут здесь.

– Наконец-то! – обрадовался Сергей. – Господа, придется нам на время прерваться. Я вас попрошу вернуться в гостиную, а после того, как мы освободимся, пойдем обедать. После обеда договорим.

Посланцы в Барни, которые пришли в сопровождении Лишнея минут через десять после ухода профессора и его команды, имели донельзя уставший вид. Даже волчарам графа дорога далась нелегко, из-за чего их обычный угрюмо-угрожающий вид сменился устало-безразличным.

– Видно, как вас вымотала дорога, – сказал им Сергей. – Сейчас пойдете отдыхать. Салан, давай докладывай коротко и самое важное, остальное подробно расскажешь потом.

– Все графы, кроме одного, ликвидированы. Этот последний сумел удрать и спрятаться на юге в родовом имении, – сказал Салан. – С помощью посланца Дюже удалось поднять против заговорщиков дворян столицы и столичный гарнизон. Мятежники разбежались, Герт Ольма, которого перед этим успели короновать, казнен.

– Это не старший сын герцога Эдгара Ольма? – спросила Альда.

– Он самый, миледи, ответил Салан. – Герцог был против затеи сына, поэтому умер за день до коронации. Кто именно виновник его смерти, я не знаю. Дворянское собрание столицы подтвердило свою верность династии Барни и принцу Камилу, а пока он отсутствует, наместником выбрали старого герцога  Ингара Ронгарна. По моему мнению, очень порядочный человек. Его семья хоть и находится в родстве с королевским домом, на трон никогда не претендовала. Правда, он уже стар, но уцелели все вельможи короля Ива, так что ему самому почти ничего делать не придется.

– Как умерла королева? – спросил Сергей.

– Ее зарубили, когда она находилась в зимнем саду, а потом зачем-то отрубили руки и голову, и все это предъявили народу. Не знаю, чего этим пытались добиться, но вызвали только отвращение и гнев.

– Чтобы никто не вздумал рассказывать подробности принцу, – предупредил Сергей. – Идите отдыхать, а подробно вы нам все расскажете завтра. Завтра же вы, Салан, примите у графа его службу. Он нас покидает на длительный срок, и вам придется его заменить. Граф, задержитесь.

– Вы хотите поговорить о нашем отъезде? – спросил Лишней, когда его люди покинули кабинет.

– И о нем тоже. Я думаю, что вам следует выехать через пару дней. Чем позже вы это сделаете, тем труднее будет добираться. Поговорите с Аглаей. Основываясь на опыте Барни, Альда составила дополнение к союзному договору пока только для Дюже. Там гарантируется, что мы придем друг другу на помощь в случае попытки насильственного свержения династии. Это может уберечь от неприятностей ее сына.

– Спасибо, милорд, она сама хотела вас просить о чем-то таком.

– Пусть решит еще вопрос с отправкой армии. Я могу обеспечить палатками и отправить по частям ее кавалерию. А пехоту пока оставил бы в лагерях. Уж больно длительный и трудный переход. Пусть она выедет в лагеря и поговорит со своими. Если захотят уйти все, нам же будет меньше мороки. Я и воинам Барни предложу то же самое. Вон как льет за окнами, почти без перерыва. Хоть дождь пока и теплый, я бы на их месте остался.

– Я поговорю.

– Те, кого отправляли сопровождать золото, уже вернулись?

– Только ездившие к Лантару, но до него и добираться ближе, чем до остальных. Тех, кто поехали к королю и Бенитару, ждем со дня на день.

– Джок...

– Что, милорд?

– Будьте осторожны и берегите себя. В Дюже много интриганов и любят баловаться с ядами. И новый человек рядом с королевой никого не обрадует, тем более, если он чужой и с вашей биографией. А мы вас любим и очень не хотим потерять. Настоящие друзья очень редки, с ними даже на время расставаться тяжело. Может быть, возьмете с собой парочку волчар? Нам было бы немного спокойней.

– Да, это не помешает, – ответил Лишней, смущенный словами герцога.

– Милорд! – заглянул в кабинет секретарь. – К вам посланник короля Мехала барон Март Валер.

– Я могу идти, милорд? – спросил Джок.

– Да, – вздохнул Сергей. – И скажите барону, чтобы заходил.

– Рад вас видеть, ваша светлость! – поприветствовал Сергея посланник. – Герцогиня, вы с каждым днем все красивее!

– Я это знаю, – улыбнулась Альда. – А вот откуда это можете знать вы, когда вас целый месяц не было в Ордаге, да и я отсутствовала? А вы уже барон?

– Да, его величество перед моим отъездом пожаловал мне этот титул. К сожалению, имения к титулу не прилагалось, но ведь не все же сразу?