Выброшенный в другой мир 2 (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 139

Они вышли из гостиной в прихожую, где один из волчар Сатарди не давал пройти дружиннику Севера.

– Из-за чего шум? – спросил он дружинника на имперском.

– Прибыл посыльный из столичного магистрата, – ответил тот. – Вам послание, а этот... не пускает!

– В чем дело? – спросил у сандорца посланник.

– У меня инструкция! – ответил волчара. – Ничего от незнакомых людей не должно попасть в ваши руки или руки вашей жены. Вы ждали это письмо?

– Нет, не ждал, – ответил Север. – Вскроем письмо, тогда узнаем, что от меня понадобилось магистрату.

– Нельзя, господин! – сказал охранник. – Мы уже сталкивались с этими любителями ядов. – В Ордаге один человек погиб только потому, что брался за смазанную ядом дверную ручку. Конверт тоже может быть отравлен. Или в нем ядовитая пыль, или еще что. Приедет господин барон, и мы сами при вас вскроем со всеми мерами предосторожности. А вашему дружиннику лучше этот пакет в руках не держать. Я ему говорил, но он меня толком не понимает и рвется к вам.

– Хорошо, – согласился Север. – Подождем. Горт, положи пакет на столик!

Дружинник сделал шаг к столику и упал на пол.

– Мертв! – констатировал охранник, пощупав пульс на виске. – Прошу вас, господа, отойдите от него подальше и ничего не трогайте! Плохо, что ваши люди, за малым исключением, не учат язык. Если бы он меня понял и послушал, возможно, остался бы жив.

Второй день двигались уже по территории провинции Дорейн. Трактом шли только поначалу, поэтому и карета, и Аленар остались в столице Лазони, а Сергей ехал верхом, как правило, вместе с Севоржем. Охранение немного отстало, чтобы не мешать беседе своего герцога с генералом.

– Как ты отнесешься к тому, что мне придется надеть корону? – спросил Сергей.

До этого он с другом на эту тему не говорил.

– Положительно отнесусь, – отозвался Ланс. – И даже наедине не буду расшаркиваться. Если ты этого боялся, то зря.

– Другие будут, – вздохнул Сергей. – И дел нам с тобой прибавится.

– Наплюй, – посоветовал Ланс. – Многие и сейчас расшаркиваются, ну и что? Не так уж много добавится этих дел, а делать многое будет легче. Главное подобрать таких исполнителей, которым можно доверять, и спихнуть все дела на них. Тогда вообще не почувствуешь изменений. А таких людей у тебя уже много. Вот ими и командуй.

– Лазони и провинцию Ингар отдает.

– А вот это дело! – одобрил Ланс. – Сейчас нам легко перекрыть дорогу в центральные провинции. А будет у нас Ингар, можно перебросить армию прямо с побережья. Теперь Бенитар будет сидеть тихо, как мышка, и со всем соглашаться. Мы ее тогда фактически сами завоевали, так что все справедливо. Что у Герта с сыном?

– Сидит под арестом. Он принял участие в заговоре и должен был убить отца. За такое нужно отрывать голову, но у Герта не поднимается рука... Поэтому он переложил решение его судьбы на меня.

– А кто должен был убить вас?

– Те заговорщики, которые попали в руки барона Дарта, этого не знали. Возможно, знает принц, но он молчит, а применять к нему крайние меры не стали.

– Будем надеяться, что сентиментальность Лазони не выйдет вам боком, – мрачно сказал Ланс. – Его, конечно, жаль, но жалеть в таком – это последнее дело. Нашкодил – отвечай! Нам теперь с усмирением провинции тянуть нельзя. В Ордаге надежные люди, но лучше бы нам побыстрей оказаться дома.

– Не будем мы тянуть, Ланс! – заверил Сергей генерала. – Доказательств измены достаточно, поэтому, как только доберемся до первого же замка мятежников, требуем открыть ворота и сложить оружие. Откажутся – пускаем в ход ракеты. И так до тех пор, пока не пройдем всех. Пять графских и двенадцать баронских замков. Может быть, из баронов еще кто участвовал в заговоре, но это уж пусть новые графы выясняют, а то мы с вами с мятежниками будем разбираться до осени.

– А если будут сдаваться? Поступать, как мы с тобой обсуждали? Ничего не изменилось?

– Будут сдавать замки, отпустим со всем имуществом на побережье. Пусть начинают там жить сначала, но уже без титулов. Глав семейств казним в любом случае. Они преступили присягу, такого прощать нельзя. И не смотри на меня так! Сам знаю, что они меня любить не станут, но вырезать целые роды не хочу. Да, нужно обязательно выяснить, кто напал на наш караван, и повесить всех участников нападения. Мне все равно, граф или дружинник – повесить всех!

Как он думал, так и получилось: первый же графский замок встретил их запертыми воротами и солдатами на стенах. Парламентеру даже не дали приблизиться, обстреляв из арбалетов.

– Может быть, не будем на них тратить ракеты? – спросил Севорж. – Поставим баллисты и ударим зажигательными снарядами!

– Пока будем готовить баллисты, они попрячутся, – возразил Сергей. – А внутри один камень, так что толку от огня будет мало. Обстреляйте их ракетами с взрывными головками. Такого никто не ожидает, и спрятаться они просто не успеют. А каждая ракета даст сотни железных осколков. Солдат на стенах и во дворе много, вот на них новое оружие и проверим. Давай для начала десятка три.

Артиллеристы быстро установили шесть пусковых установок и поднесли к ним ракеты. Потом зарядили ракеты, выставили прицелы и подожгли шнуры. Шесть огненных стрел ушли в сторону замка, а солдаты уже устанавливали на направляющие следующие ракеты. Пять ракет упали во двор замка, взметнув в воздух столбы дыма и осколки камней, а шестая ударила в верхнюю часть стены, взорвалась и смахнула внутрь каменные зубцы и находящихся на стене солдат. Следующий залп, и все шесть ракет упали за стену.

– Милорд, – обратился к Сергею Севорж. – Со стен все удрали. Может быть, дадим еще залп, и пока враги прячутся, заложим под стену мину? Зачем переводить ракеты, если можно обрушить стену? А напротив будущего пролома выставим баллисты. Не сдадутся, ударим огнем. По крайней мере, будем видеть, куда стрелять.

Рядом было много офицеров и приходилось соблюдать этикет.

– Дело говорите, генерал! – согласился Сергей. – Только, пока работают артиллеристы, подведите к стене арбалетчиков. Это сейчас там никого нет, а прекратим стрелять, живо набегут, а мы можем потерять людей. Поэтому пусть не дают им высунуть из-за стены головы. И сразу же подтягивайте баллисты.

Немного выждав, выпустили еще шесть ракет, причем две из них попали в донжон, вызвав обрушение стен. Саперов в армии пока не было, поэтому заряд динамита под стену закладывали артиллеристы, а две сотни стрелков их страховали. Когда все было готово, шнур подожгли и, все организованно дали деру. Отбежали к десятку уже установленных баллист и стали ждать результатов диверсии. Громыхнуло изрядно. Сам взрыв сильным не показался, но участок стены метров в семьдесят задрожал и осел грудой камней, подняв в воздух огромную тучу пыли, на несколько минут скрывшую эту часть замка.

– Новому хозяину придется потратиться на ремонт, – сделал заключение генерал, когда пыль немного осела.

Стала видна часть двора, заваленная телами и засыпанная обломками камней. Никого живого во дворе не наблюдалось.

– Давайте подождем, – предложил Сергей. – Мы тут как бы ни пару сотен дружины положили. Столько солдат у здешних графов отродясь не было, значит, успели позвать кого-то из вассалов. Защищаться в таких условиях будет только полный идиот, так что не будем торопиться. Может быть, не придется лить лишнюю кровь, и сэкономим снаряды.

Ждать пришлось долго. Напуганные защитники долго не показывались ни на стенах, ни в проломе.

– Самим туда, что ли, сходить? – сказал майор-артиллерист, командовавший обстрелом замка.

Словно в ответ на его слова в проломе показался боец, который показал пустые руки и направился прямиком к стоящим в линию баллистам.

– Не ходили бы вы сами, милорд! – недовольно сказал лейтенант личной охраны Сергея. – Нешто не найдется кому с ним поговорить? А если он что недоброе умышляет?

– А вы у меня для чего? – возразил Сергей, направляясь к парламентеру. – Вам положено меня охранять, вот и охраняйте. А с ним мне желательно поговорить самому.