Мой новый мир. Часть 2 (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 74

– Уходим, – решил я. – Ключ у тебя с собой? Тогда запирай комнату и никого без согласования со мной сюда не пускай.

Когда мы вышли из подвала и стали подниматься на второй этаж, столкнулись с Аленой, которая с двумя сумками в руках спускалась по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек. Увидев нас, она попыталась остановиться, но это у нее не получилось из-за сумок. Когда на вас сверху прыгнет даже легкая девушка, это не доставит удовольствия, по крайней мере в первый момент. Я едва удержался на ступеньках, а она, выронив сумки, вцепилась в меня, как утопающий в спасательный круг.

– Можете меня больше не обнимать, – сказал я перепуганной девчонке. – Что было в ваших сумках, не кирпичи? По грохоту похоже.

– Извините... милорд, – сказала она, разжав объятия. – Честное слово, я не хотела! А в сумках сгущенка. Ребятам она нравится, вот я и хотела отнести заболевшим.

– Сладкий яд, – сказал я. – Ладно, все равно у вас надолго сгущенки не хватит. Связь хоть установили? Не сожрали еще вашу экспедицию?

– Нет, у них все нормально, – ответила она. – Уже подстрелили и изучают несколько тварей! Мне американский радист дал их частоты, так наши с ними связались и договорились о помощи. Понятно, не в работе, а если что-то случится.

– Завидуете, – констатировал я. – Когда говорили о тварях, даже облизнулись. Ладно, то, что они договорились, это хорошо. Когда созреют до лошадей, пусть через вас передадут. И не носитесь так по лестницам, тем более с грузом. Поверьте, что в переломах ног нет ничего хорошего, пусть даже мы их вам залечим за пару дней.

Оставив ее собирать раскатившиеся банки, мы зашли к Алексею и обсудили последовательность наших российских заказов.

– Закажите в Штатах еще помповых винтовок, – сказал он в конце разговора. – Для охотников это прекрасное оружие, а большая часть работы по очистке ляжет на них. И берите патроны не только с картечью, но и с пулями. С тем, что вы набрали, далеко стрелять не будешь. И по пулям нужно смотреть, что предлагают: останавливающее действие у них разное.

– Непременно закажу, – пообещал я. – Раз с вами все закончили, забираю Бродера и едем домой. Не терпится покопаться в новых способностях.

Копание в возможностях пришлось отложить из-за жены. Встреча у нас была просто замечательная, пока Адель не узнала о ранении Бродера.

– Рассказывай все! – потребовала она, слезая с моих коленей.

Пришлось ей рассказать о нашем набеге на храм со всеми подробностями.

– Ну и глупо! – высказалась она, когда я закончил. – Не могли взять карету, а то и две?

– Алтарь в карету не войдет, – ответил я. – И потом, понимаешь, не мог я его примотать к экипажу! Это не просто каменный ящик! Я боялся, что он и в руках наших братьев не согласится на переезд. И нас немного подвел маг. Первоначально я не планировал возвращаться к Академии. Ушли бы раньше, и не было бы этого столкновения.

– Все равно глупо! Что вам стоило взять еще одного мага? А если бы Бродеру болт попал не в руку, а в глаз? Твой накопитель воскрешать не умеет, поэтому вы бы там глухо застряли. Мне даже страшно подумать, что бы с вами сделали за кражу алтаря!

– Я исправлюсь, – сказал я, не став с ней спорить. – Малыш, это тебе.

– Откуда он? – испуганно спросила она.

Пришлось рассказать о нашей пробе алтаря.

– Ты долго думал? – до слез разволновалась Адель. – Ты бы в него не руку сунул, а голову! А ложиться? У тебя есть ум?

– У меня была уверенность, что он не причинит мне вреда, – возразил я. – И я чувствовал, что источник этой уверенности в самом алтаре. Ну стал я немного жрецом, что в этом плохого? Ваши жрецы, в отличие от наших монахов, женщинами не пренебрегают.

– У тебя все интересы ниже пояса! – рассердилась она. – Когда начнешь думать? Алтарь тебе, может быть, никакого вреда не нанес, а вот в твоем амулете я не уверена! Ты стал жрецом, а им эти амулеты носить нельзя! И снять ты его не можешь до полной зарядки!

– Не шуми, – попытался я ее успокоить. – Я уверен, что алтарь это нечто запредельно сложное, и если он мне как-то внушил, что никакой опасности нет, значит, ее нет на самом деле. Я лег на него с амулетом, поэтому он изменил и меня, и амулет. Это мы сейчас проверим. Пойдем к арсеналу.

– Хочешь проверить с мечом? – догадалась она. – А если стукнет?

– Подарю тебе или оставлю для сына, – ответил я. – Вот он, красавец! Вуаля!

– Ну и что это тебе дало? – спросила она, помогая мне подняться на ноги.

– Ну и ударил, сволочь! – выругался я. – Подлечи, а то вся рука занемела. Вот тебе и ответ! Если бы я забрался на алтарь с мечом в руках, так бы остался его хозяином. А ты для чего носишь амулет? Надевай.

– Боюсь, – призналась она. – Ладно, сейчас надену. Нет! Лучше надень ты.

– От милого и смерть легко принять, – пошутил я, надевая на нее шнур с туманом. – Всосался так же, как и мой. Раздам вам всем, и не будете из меня тянуть силу.

– Ты их аккуратней раздавай, – озабоченно сказала Адель, – а то ты слишком добренький и все оцениваешь с точки зрения сиюминутной выгоды, а об отдаленных последствиях думаешь мало. Эти амулеты сильно увеличат возможности твоих магов. Но амулет это не пистолет, и ты его не сможешь забрать. А маг с полностью заряженным амулетом способен убить тысячи! И никому не поможет защита. Поэтому давать можно только тем, в ком ты полностью уверен.

– Ты у меня молодец! – похвалил я ее. – Давай распределим обязанности? Я буду думать о текущих делах, а ты будешь витать в будущих последствиях.

– А почему витать? – не поняла она.

– Потому что наше будущее туманно и меняется ежедневно, – сказал я. – Его дальше, чем на несколько дней, прогнозировать сложно. Ладно, это я неудачно пошутил. Расскажи лучше, как сходила.

– Из беженцев можешь рассчитывать на три тысячи мужчин, – сказала Адель. – На тварей хотят идти почти все, но всех не пускают графы. И в чем-то они правы. Во-первых, здесь у них тоже есть дела, которые нужно кому-то делать. Во-вторых, если на севере начнут лупить тварей, они могут кинуться на юг, и здесь их кто-то должен встретить. Ну и, в-третьих, женщины без мужчин озвереют и бросятся за ними вдогонку на север. А если серьезно, то графы просто думают о будущем. Даже с нашими винтовками потери среди охотников будут большие, и будет хорошо, если обратно вернется каждый третий. Но с винтовками могут управиться и женщины, а их в лагере большинство.

– Я еще женщин на тварей не посылал! – рассердился я. – Никогда мне больше такого не предлагай! Сама скоро сядешь в спальню и займешься чтением книг!

– Когда он мне будет мешать работать, буду отдыхать, – сказала жена, погладив уже заметно выпирающий живот. – Но не только читать, но и смотреть фильмы. С телевизором это можно делать полдня!

– И испортить глаза. Расскажи, как сходила к Фрэнку. Много слопала халвы?

– У них был фруктовый пирог, – скривилась она. – В прошлый раз Анжела просекла мою беременность, и халва с их стола исчезла. Надо будет их все-таки пригласить. Не так уж трудно выделить пару часов. Да, Фрэнк сказал, что бронежилеты будут завтра, а форму и обувь должны привезти сегодня. Ты ему еще золото не отправлял?

– Завтра забросим в комнату прибытия, – сказал я. – Сходишь с ребятами? Заодно передашь заказ на три тысячи винтовок и боеприпасы. И скажи, что можно присылать рабочих. Будем ставить станции везде, где есть дружинники и гвардейцы. И по одной поставим отцу и для наших магов. А Эмму с Малой запрягу давать всем знания русского языка.

– Все ли захотят? – засомневалась она.

– Насильно никому ничего не дадим, – сказал я. – Не захотят и не надо! Посмотрят фильм-другой и сами прибегут. Среди них половина неграмотных, да и остальных можно назвать грамотными с большой натяжкой, а на русском все сразу будут и читать и писать. Закрытый язык, который даст возможность свободно общаться среди чужих. Со временем он станет признаком принадлежности к избранным. Я ведь не собираюсь переводить учебники. На Земле языком ученых была латынь, почему здесь таким языком не стать русскому? Тем более что с магией его изучение занимает минуты.