Мой новый мир. Часть 2 (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 87

– В общем-то, вы ответили, – сказал он. – Хотя мы рассчитывали на большую откровенность. Хотелось бы все-таки договориться на будущее, чтобы таких пересадок без нашего ведома не проводили!

– А на каком основании? – спросил я, с интересом ожидая, что он мне ответит. – У вас возродилось крепостное право, и человек уже не хозяин своей жизни? Кому плохо, если мы вылечили безнадежно больного инвалида или дали новое тело умирающему старику? Родственники, если они есть, должны только радоваться. Им никакой мороки с уходом, а родной человек получает полноценную жизнь.

– А тела? – прищурился он. – Вы их не выращиваете?

– У меня что, мало врагов? – сказал я. – И преступники у нас имеются, хотя их гораздо меньше, чем у вас.

– А если осуществить такую пересадку здесь? – спросил он.

– А где будете брать тела? – вернул я ему его вопрос.

– Вы же сами сказали, что у нас много преступников, – усмехнулся он.

– У вас мораторий на смертную казнь, – напомнил я. – А это фактически смерть для донора. Правда, сознания можно менять, причем делать это не по одному разу.

– Бессмертие! – сказал он, глядя на меня широко открытыми глазами.

– Для нас этот момент неважен, – сказал я. – Мы и так без всяких пересадок можем жить очень подолгу.

Я взял лежавшую на столе авторучку и написал на листе бумаги, что есть и другие возможности, но о них нужно говорить не здесь. Писал, прикрывая записку рукой, после чего показал написанное, скомкал листок и спрятал его в карман.

– Ладно, об этом мы с вами еще поговорим, – сказал он. – А теперь вернемся к космическим проблемам. Лунный модуль оказался там, где был сделан снимок. Вы представляете, что это значит?

– Главное, чтобы представляли вы, – улыбнулся я. – Я ведь могу что угодно отправить даже на Марс, была бы фотография. Можно отправлять на орбитальные станции грузы и космонавтов, можно их даже строить любых размеров, нужно только кое-что сначала построить у нас.

– Что именно? – спросил он.

– Секция космической станции весит тонны, – пояснил я. – Мы ее руками в портал не запихнем, сколько бы вы к ней ручек ни приделали. Поэтому нужен какой-то транспортер и источник электроэнергии. Я думаю развивать у нас ветроэнергетику.

– Расскажите, что бы вы хотели от нас получить, – попросил он. – Я не имею в виду то оружие, которое указано в нашем прейскуранте. Наверное, вы не ограничите наши связи одним оружием.

– Война выиграна, и я почти создал армию, которая способна сохранить власть семьи и приструнить соседей, – сказал я. – Боевая техника будет закупаться ограниченно и использоваться только против тварей.

– БТРы? – с сомнением спросил он.

– Вы не видели, какими бывают твари, – сказал я. – Представьте себе летающее чудовище под тонну весом и с размахом крыльев метров в пятнадцать. Не менее опасной может быть стая более мелких тварей. Они очень быстрые и нападают с разных сторон. Часто достаточно одной раны, чтобы человек выбыл из борьбы и был заживо съеден. И огнестрельное оружие это не панацея. А под броней и передвигаться, и ночевать, и охотиться на тварей удобно и безопасно. А из крупнокалиберного пулемета легко завалить любого дракона. Раньше я не хотел возиться с техникой из-за связанных с ней проблем. Но я слишком много вложил в своих бойцов и не хочу их терять.

– Значит, вам нужны БТРы, – сказал он. – Что еще?

– Много чего еще, – вздохнул я. – Биологи не поймут, как на нашей планете уживаются совершенно разные формы жизни. Для них это теория, а для нас – жизнь. Нужно слетать туда, откуда к нам летят твари, и выяснит, в чем причина этого нашествия, и сколько оно еще продлится. А для этого нужен вертолет хоть с каким-нибудь вооружением. Я думаю купить у американцев несколько легких вертолетов, но пока их некому пилотировать. Еще была мысль купить сторожевой корабль.

– А он пройдет в ваш канал? – спросил Рогожин. – И зачем вам такой малыш?

– Каналы могут сильно увеличиваться в размерах. А корабль нужен для того, чтобы достичь соседнего материка. У нас очень неудобный для плавания океан. Гигантские кальмары, морские змеи, ихтиозавры или что-то на них похожее. Проливы между материками более безопасные, но и в них случаются нападения чудовищ. А на сторожевом корабле можно быстро проскочить, а при нападении и отбиться. Там самое большее сто километров.

– А для чего вам соседний материк? Маги говорили, что и ваш еще слабо заселен.

– Хочу торговать динозаврами, – пояснил я. – Золота у меня много, но если все необходимое покупать на него, рано или поздно оно закончится.

– Но ведь и туда можно долететь, – сказал он. – Вам же нужны только фотографии.

– Тоже вариант, – согласился я. – Только тогда вся связь будет через Землю. Желательно, иметь возможность сплавать. Кроме того, такой корабль может пригодиться и для другого.

– Корабль, даже небольшой, это не БТР, – сказал Рогожин. – Он требует опытного экипажа.

– У меня тел много, – сказал я. – А специалистов найду, не у вас, так в Штатах.

– Зря не хотите это делать через нас, – с сожалением сказал он. – Какой для нас смысл к вам кого-то засылать, если нет обратной связи? Кроме того, оказавшись в новом мире в других телах, бывшие старики пошлют ко всем чертям любые наши инструкции. Они будут всем обязаны вам и во всем от вас зависеть. И в чем тогда для вас риск?

– И все равно вы попытаетесь их использовать, – возразил я. – Где и когда государство кому-нибудь помогало бескорыстно? Мне, например, за все приходится расплачиваться золотом и услугами. Я платил и буду платить, потому что нахожусь в отчаянном положении! Войну, слава богу, выиграл, но борьба с тварями только начата, и неизвестно, сколько она продлится и сколько вытянет золота. А соседи продолжают драться, несмотря на разруху и тварей. И у меня напряженные отношения с частью дворянства и духовенством. На днях раскрыли заговор, и сейчас его раскручивают ваши старцы. А если бы не раскрыли, меня бы уже не было, и все связи между нашими мирами оказались бы оборваны. И через год всех сожрали бы твари. А где-то еще болтаются уцелевшие японцы. Стоит им попасть к магам соседей, и те попрутся в Японию. Много ли времени потребуется этой стране, чтобы раздавить мою армию? Это сейчас они белые и пушистые, а свое истинное лицо эта нация уже показала! Японцы ютятся на каменистом клочке суши, завозя почти все необходимое. Думаете, они будут с нами считаться, имея возможность получить доступ к богатствам целого мира?

– И как они это сделают без магов?

– Почему без магов? – сказал я. – Это вы или американцы не сможете нас подмять, а магов соседей уже подчиняли, причем именно японцы. Тем более что у соседей все скоро станет так плохо, что они японцам еще в ноги поклонятся! Я сам кое-кому собираюсь помочь, просто пока не дают погода и собственные проблемы.

– Погода?

– С соседями у меня была война и сейчас не самые лучшие отношения. А тем, кто на западе, я бы помог, но по землям соседей к ним придется идти с боем, а вдоль побережья не проплывешь из-за зимних штормов. Наши парусники разобьет о прибрежные скалы, а в океане их погубят чудовища. Весело?

– Да уж! – сказал Рогожин. – Пожалуй, вам действительно нужно срочно помогать. Мы в ряде вопросов на вас сильно рассчитываем, поэтому будет жаль...

– Чисто государственный подход, – сказал я. – И никаких соплей по поводу того, как вам жалко бедного меня и мой народ. Вы совершенно правы: помощь нам сейчас – это вложения в наши будущие отношения. И вы для нас более предпочтительный партнер, чем американцы, хотя мы и от связей с ними не отказываемся.

Я взял второй лист бумаги и написал, чтобы он передал кому-нибудь из моих людей фотографию. Он прочитал и кивнул, показывая, что понял, о чем идет речь.

– Если мы уже все обсудили, я ухожу, – сказал я. – Хоть у нас сутки гораздо длиннее ваших, мне их на все дела не хватает.

– К вам будет небольшая просьба, – сказал Рогожин, доставая цифровой фотоаппарат. – У вас сейчас наша радистка, о которой беспокоятся ее родственники. Не сделаете несколько снимков?