Неудачник 2 (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 79

– Вы тот самый маг? – спросила она Клода. – Это же вы тогда за нас заплатили?

– Тот самый, – улыбнулся он. – У меня тоже не осталось родителей, и я знаю, как это больно. Но я хоть был старше вас и смог постоять за себя и за сестру, а среди вас были только младшие. Я бы помог в любом случае просто из-за служебного долга, но помочь моим маленьким соотечественникам было особенно приятно.

– Мы вас потом долго вспоминали, – сказала она. – Вам хоть вернули деньги?

– Тебя ведь Моника зовут? – спросил Клод. – Сколько же тебе лет? Я бы и девяти не дал.

– У меня мама тоже была маленькая, и ей никто ее лет не давал, – ответила девочка. – А мне этим летом будет десять. Даже в школу не хотели брать, говорили, что рано в таком возрасте открывать силы. Взяли только потому, что никого сильней меня среди девочек не было. Но все равно я слабее большинства мальчишек.

– Так, время приближается к обеду, – сказал он, посмотрев на настенные часы. – Кирилл, веди нашу гостью в трапезную, а мы туда тоже сейчас подойдем.

Дети убежали, а Клод пошел переодеваться в домашнюю одежду.

– Ну как она тебе? – спросила Хельга. – Берешь в дочери?

– Славная, – ответил он. – Только какая она нам дочь? Ее сестрой нужно брать, а не дочерью. Через пять лет уже можно выдавать замуж. Давай решим это после моего возвращения?

Обед благодаря присутствию детей прошел веселее, чем обычно, и все дольше обычного засиделись за столом. Когда начали расходиться, с Клодом связался Грас.

– Как твой загар? – спросил он. – Долго еще ему сходить?

– Почти сошел, – ответил юноша. – Наверное, уже завтра будет незаметен.

– Ты уже знаешь, как будешь действовать?

– Сначала нужно узнать об окружении короля, – ответил Клод. – У него много новых людей, о которых в службе канцлера почти ничего не знают. А у меня, кажется, появилась возможность узнать.

Он рассказал главному магу о матери Леоны.

– Будь с ней поосторожней, – предостерег Грас. – Судьба ее дочери от твоей не зависит, а для женщин их муж часто становится дороже всего остального. Но раз ты готов, не будем терять время. Сможешь отправиться завтра?

– Пауль никогда не был в Гадире, – сказал Клод. – Поэтому мы порталом к герцогу Замеру не попадем. Придется перенестись в Кариб, а потом из него ехать двадцать лиг.

– Плохо, что ничего не выходит со связью, – сказал Грас, – а то мы бы легко передали ему нужный образ.

– По-моему, он просто боится слиться с разумом коня и всячески этому противится, – сказал Клод. – В чем может быть причина такого страха, я не знаю, но другого объяснения нашей неудачи у меня нет. Ладно, завтра утром мы уйдем.

Он не стал ничего говорить в тот день жене, и она узнала о его уходе только утром.

– Ты была спокойной и нормально выспалась, – ответил он в ответ на упреки. – Хельга, я в любом случае ухожу не очень надолго. Конечно, я не стану каждый день скакать туда-сюда, как блоха, но при возможности вернусь домой передохнуть и увидеться с тобой. С порталом это будет сделать нетрудно. Так что не нужно переживать и лить слезы. Этим ты только навредишь и своей красоте, и нашему будущему ребенку.

Жена взяла себя в руки, и Клод до самого прощания не увидел ее слез. Прощание было коротким, и через мгновение Клод верхом на своем магическом коне очутился в Вирене, на дороге в лиге от небольшого города Кариба. От этих мест было уже близко до границы с Корвой. Именно по этой дороге во время войны шли основные силы короля Аделрика. Город, к которому он вскоре подъехал, не имел сильных укреплений и по этой же причине не был использован виренцами для защиты. Боев здесь не было, поэтому большого ущерба местные жители не понесли. Конечно, с победителями пришлось поделиться имуществом и женщинами, но барахло – дело наживное, а бабы от такого хуже не стали. Постоялый двор в городе был только один, на него Клод и отправился. Нужды в отдыхе или еде у него не было, просто юноша хотел поговорить с трактирщиком и узнать, что здесь творится. Прохожие на улицах были редки, и лица у них были такие мрачные, что Клод не стал ни с кем из них вступать в разговор. Оставив Пауля конюху, он зашел в трактир и подошел к столу, за которым сидел хозяин заведения.

– Приветствую вас, уважаемый, – сказал он дородному и еще нестарому мужчине, не проявившему к клиенту особого внимания. – У вас есть свободные комнаты?

– У меня все свободно, – ответил тот, но я бы вам не рекомендовал здесь селиться. – Лучше постарайтесь устроиться в городе.

– Первый раз вижу трактирщика, который дает такой совет! – удивился Клод. – Наверное, это не от хорошей жизни?

– Мне запрещено селить кого-нибудь из проезжих, – признался трактирщик. – Точнее, поселить могу, но если пожалуют корвы, и им не хватит мест, вас выкинут из комнаты. Других трактиров здесь нет, а по нашей дороге много ездят. Часто бывает, что наезжают большие компании, которым не хватает мест. Здесь есть небольшой гарнизон, но в него отправляют только солдат, а офицеры селятся у меня или в городе.

– А как здесь вообще? – спросил Клод. – На дорогах безопасно?

– Корвам безопасно, – ответил трактирщик, – а нашим – как повезет. Есть будете?

– Наверное, сначала поеду искать ночлег, – соврал юноша. – Потом к вам вернусь и посижу в зале. У вас всегда так безлюдно?

– После войны много посетителей не бывает, но по вечерам народ сидит, – сказал хозяин. – Понятное дело, что сидят, если в трактире нет офицеров.

Клод вышел из заведения и забрал своего коня. Дорога шла через город, а потом вырубки сменились лесом, который стеной стоял по обе стороны дороги. Двадцать лиг до Гадира преодолели за три часа неспешного бега. Дорога была грунтовой, и она успела подсохнуть после недавнего дождя, так что грязи не было, лишь местами виднелись остатки луж. До самого города двигались, никого не встретив, а когда лес начал редеть и вдали показалась городская стена с возвышающимися над ней башнями храмов и герцогского дворца, нарвались на компанию подвыпивших корвов. Это были не военные, а пять молодых дворян. При взгляде на их лица юноше сразу стало ясно, что по-доброму разъехаться не получится. Они жаждали развлечений и нашли их в его лице.

– Слезай со своего коня, – сказал на родном языке один из них. – До города недалеко, поэтому дойдешь и так.

– Этот дикарь тебя все равно не понял, Лукас, – засмеялся другой. – Незачем убеждать его словами, плетка будет убедительней.

– Вы всегда здесь такие веселые? – спокойно спросил их Клод на том же языке. – Или это мне так повезло?

– Смотри-ка, он умеет разговаривать, – заплетающимся языком сказал самый пьяный из них, вызвав взрыв хохота.

Клоду страшно не хотелось с ними связываться, но никакого другого выхода он не видел. Продавить их амулеты и взять гуляк под контроль было делом одной минуты. После этого юноша внушил каждому из них ненависть к приятелям и приказал найти подходящую поляну и драться до смерти. Понятно, что все воспоминания о себе он им стер. Больше Клода никто не побеспокоил и, въехав в городские ворота, он быстро добрался до центра города и остановился в одном из трех его трактиров. Заселившись в комнату, юноша спустился в зал пообедать и послушать, о чем говорят посетители. Он обострил магией слух и занялся едой, настроившись на большую и шумную компанию. Вкусный обед был быстро съеден, а разговор компании ему ничего не дал. Обсуждались купленные лошади, а потом разговор перешел на женщин. Закончив с едой, он за нее расплатился и подошел к трактирщику.

– Я только что приехал в ваш город, поэтому хотелось бы узнать, в нем герцог или нет, – обратился он к оживившемуся толстяку. – Еще желательно было бы узнать то же самое о герцогине: у меня для нее письмо.

– Наша герцогиня должна быть во дворце, – ответил трактирщик. – Она сейчас в тягости, поэтому редко куда-нибудь выезжает. А насчет герцога я вам ничего сказать не могу. Вчера был здесь, но вполне мог уехать. Вам лучше сходить к одному из дворцовых входов и узнать у охраны. В ней одни корвы, но на такой вопрос они вам ответят.