Приемыш (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 135

– Разгоню всех генералов и все поручу тебе! – наполовину в шутку, наполовину всерьез сказал Аниш. – Не правда ли, герцог, у нее прекрасно получается?

– Вы нашли замечательные слова, Рина, – сказал канцлер, – и сумели достучаться до сердца каждого солдата. Если честно, я такого единодушного согласия не ожидал.

– Совсем захвалили, – смутилась девушка. – Главное, чтобы у мужа не страдало самолюбие, а то еще разлюбит!

– Как я тебя могу разлюбить? – Аниш прижал к себе жену и поцеловал в губы. – В тебе вся моя жизнь, ты часть меня, а разве можно ревновать к своей части? 

– Подожди, – сказала Ира, отстраняясь. – Март вызывает. Наверное, ко мне пришли гости.

Глава 41

Гостей на этот раз оказалось трое. Помимо уже известных Ирине Лаа и Мурна, был еще один мужчина уже пожилого вида с выбеленными временем волосами.

– Марон, – представился он, приветливо улыбнувшись девушке. – Рина, расскажите, пожалуйста все, что вы узнали в своем мире о серой смерти.

– Это не микроорганизмы, – сказала Ира. – С ними у частиц серой пыли только одно общее – малые размеры. Это искусственные создания, которые представляют собой небольшой диск с крючочками по краям и зеркальцем в центре. Зеркальце они все время направляют на свет, видимо, вырабатывая таким образом электричество. На изломе видна кристаллическая структура. Могут каким-то образом перемещаться на малые расстояния. Вот и все, что удалось узнать. Мой Зверь был прав, когда говорил, что в погибшем мире нет жизни. Просто он не знал, что гибель может нести внешне безобидная неживая пыль.

– А как с ней бороться выяснили? – спросила Лаа.

– Как только определили, что частицы пыли ведут себя подобно живым существам, сразу же начали искать способы их уничтожить.

– И нашли?

– Сразу несколько. Погибают при нагреве до не очень высоких температур, от... я не знаю, как вам объяснить...

– Не нужно объяснять, – прервал ее Марон. – Мы знаем, что такое радиация. Продолжайте.

– Постойте! – вскинулась Ира. – Вы что, читаете мои мысли? Но это же невозможно, у меня защита Собирателей!

– Милая девочка, – рассмеялся Марон. – Твои Собиратели получили свою защиту от своего Создателя много тысяч лет назад. С тех пор этот вид совершенно не изменился. Мало того, что они застыли в развитии в плане биологии, они и во всем остальном развиваться не желают. Совершенно бесполезный, а во многих случаях и вредный вид. Тебе просто повезло столкнуться с особью, которая очень сильно отличается от прочих. Фактически он, с точки зрения любого своего сородича, ненормальный. А на то, что я читаю твои мысли, тебе обижаться не стоит. Поставь себя на наше место. Вот некий хорт нашел дорогу в мир, где таится смертельная угроза твоей родной планете, допустим, это будет смертельный вирус. Он чудом не разнес заразу и клянется, что больше в тот мир не сунется. Ты возьмешь и вот так ему сразу поверишь? Когда речь идет о миллиардах человеческих жизней? У примитивных народов есть прибор для взвешивания. А, нашел. У вас этот прибор называется весами. Вот положи на одну чашу весов жизнь этого не в меру любознательного хорта, а на другую – жизни обитателей целого мира. Где гарантия, что он по неосторожности, глупости или злому умыслу не принесет смерть в твой мир? Ты ему поверишь? Ну ты, может быть, и поверишь. А те, кто у вас решает за многих? Правители? Может быть, они сочтут за лучшее погасить пока не поздно одну жизнь, чем потом гибнуть всем?

– А вы, значит, из тех самых, кто решает?

– Я из тех, что может влезть в душу и понять. Это делается очень редко и только когда обосновано обстоятельствами. Твой случай как раз из таких.

– И что же вы поняли?

– То, что ты собиралась выполнить свое слово, и что ты сама боишься, что зараза случайно или намеренно попадет в твой мир. Извини, но я подстраховался и стер тебе все зрительные образы того мира. Из всего ты помнишь только то помещение, откуда вы ушли в мир и найденную статуэтку. Осталось только убрать память у твоего Зверя...

– Вы выбрали негодный способ. Мой Зверь, если потребуется, сможет взять ориентиры у сородичей, а я могу использовать фотографии, которых сделано предостаточно. Если вы умудрились влезть в мою голову, неужели вам не понятно, что я боюсь занести эту дрянь больше, чем вы? Вы можете успеть уйти почти все, погибнет только мир. А вот с моим миром так не получится. Ну сколько людей я смогу спасти? И к чему тогда ваша перестраховка? Если хотите, я могу вам дать магическую клятву, что ни сама не пойду в тот мир, ни других не приведу.

– Что за клятва? – спросила Лаа. – Первый раз о такой слышу.

– Как же так? – удивилась Ира. – Это же ваше заклинание!

– Воспроизведи, – попросил Марон. – Какая дрянь! Подобные заклинания, подавляющие волю разумных у нас давно запрещены!

– Извините, но вы говорите глупость, – возразила Ира. – Человек дает в чем-то слово и закрепляет его этой клятвой добровольно! Его никто к этому не принуждает, а у вас остается гарантия того, что он своего слова не нарушит. Вы у меня, не спросив, стерли воспоминания. Это, по-вашему, этично? У меня служит немало людей, которым я могу доверять только из-за этой клятвы. Альтернативой для некоторых была бы только смерть.

– Не будем спорить, – сказал Марон. – Мне достаточно и того, что сделано. А в своем заключении я сообщу, что угрозы нашим мирам ты не представляешь. Я прочел в твоей памяти, что ты собираешься через несколько дней закрыть людям все врата в погибший мир. Кстати, что такое ультрафиолет? 

– Прочитали об уничтожении серой пыли? Ультрафиолетовые лучи – это... Вы знаете, что белый свет состоит из света разных цветов? Последний, который мы еще видим это фиолетовый. А тот, что идет за ним, уже нашим глазом не виден. Но загар на коже, по-моему, от него. А если ультрафиолета много, можно получить ожоги.

– И от него они гибнут?

– Если лучи сильные, то почти сразу.

– Это может оказаться полезным. Спасибо за помощь. Возьми эту книгу. В ней начала магии.

– Я все равно не умею читать по-вашему.

– А ты попробуй! – засмеялся Марон. – Может быть, чего-нибудь и поймешь.

Ира открыла книгу привычного формата, на каждой странице которой были цветные иллюстрации с пояснениями и с изумлением поняла, что может читать текст.

– Я у тебя не только забрал, – посмеиваясь сказал старый хорт. – Я кое-что и дал. Хочешь, научу нашему способу перемещения в пространстве? Он удобнее и гораздо экономичнее, чем ходить вратами.

– Конечно, хочу! А вы врат совсем не используете?

– Ну почему же? Если нужно переправить груз или кого-нибудь, применяем врата. А сами ходим без их создания. Запоминай заклинание. Сначала создаешь его и вплетаешь в этот блок образ места прибытия. При этом ты его начинаешь видеть, но чтобы выйти, нужно добавить еще это. Поняла?

– Поняла. Оно похоже на заклинание врат.

– Естественно, принцип один. Мы уходим, но скоро я приду. Нужно будет кое-что подготовить, что может тебе пригодится. И мой тебе совет. Тебя ведь приглашали в гости?

– Да, Мурн давал ориентиры.

– Не пренебрегай. Мы далеко не всех к себе приглашаем. А для тебя важно стать среди нас своей. Понимаешь, о чем я говорю?

– Я бы с радостью, но у нас сейчас такое творится, что просто не до походов в гости.

– Да, это я у тебя тоже прочел. Но такое будет не всегда. Когда будет время, приходи. Ты понравилась Лаа, такое редко бывает. Я у тебя в голове увидел, что ты хотела сходить в мертвый мир за изваяниями, не понял только для чего.

– Как для чего? Вы видели статуэтку?

– Конечно видел, замечательная работа. Но должен тебя разочаровать: это не работа хортов. Большие изваяния у нас никогда в ходу не были, а маленькие статуэтки вроде той, которую ты нашла, заказывали другим видам разумных. К скульптуре у нас самих способностей нет.

Хорты ушли, а Ира некоторое время сидела и листала книгу. Это было что-то вроде букваря для первоклашек. В цвете были изображены все первичные магические формы, из которых составлялись сложные заклинания. Отдельно было показано, как можно связывать  блоки в сложную конструкцию. Книга поистине золотая, но на ее изучение пока совершенно не было времени. Спрятав ее в сейф, который по ее просьбе установили при ремонте комнат, Ира ушла в столицу. Когда она появилась в гостиной, муж о чем-то спорил с канцлером.