Противостояние (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 117

– Не убивай, отслужу! – взмолился еще молодой мужчина, который показался ей смутно знакомым.

Она колебалась только секунду, после чего обошла тело и двинулась дальше. Видимо, адаптация у многих уже близилась к концу, потому что вели они себя почти как люди и, если бы не вынужденная голодовка и потеря сил, многие могли бы просто разбежаться. Королевскую семью она встретила последней, поскольку их покои располагались самыми последними по центральному коридору. Король и королева сидели порознь в креслах большой гостиной.

– Убьешь? – спросил тот, кто когда-то был Сандером.

– А ты как думаешь? – в первый раз заговорила с выходцем Ира. – Непременно убью.

– Ну и зря! – ответил он так, как будто речь шла о ком-нибудь другом. – Я мог бы тебе поклясться в верности. Мне было бы легче управиться с этим народом.

– Может быть, – согласилась Ира. – Но ты уже клялся в верности хозяину этого тела.

– Когда стоит вопрос, жить или прозябать в чьем-то теле, никакие клятвы не имеют значения. Сейчас совсем другой случай.

– Тебе доступна вся память Сандера? – спросила девушка и, получив утвердительный кивок, добавила. – Почему он так глупо поступил?

– Пророчество, – совсем по-человечески пожал плечами выходец. – Все его предки стремились объединить ваш народ, и он сам отдал этому делу всю жизнь. Но вмешалась ты, а дальше все пошло согласно пророчеству, где было сказано, что ты включишь Сенгал в общее королевство кайнов только после его военного поражения от степи, ну и всего остального, что там записано. Сильный и благополучный Сенгал никогда бы не пошел под королей Тессона, и сам Сандер ничего не смог бы сделать.

– Ты хочешь сказать, что он все делал специально, повторяя то, что предписывалось этим идиотским пророчеством?

– Почему идиотским? Сенгал фактически твой, причем после всего, что произошло, никто особенно не станет противиться твоей власти. А королевской династии тоже нет, или – он усмехнулся – сейчас не будет.

– Где врата в ваш мир?

– Как только я смог управлять этим телом, я их сразу же закрыл. Вселяться мы можем в магов, остальные, не найдя себе тел, только бесполезно и окончательно погибнут. А объяснять это душам бесполезно. Их тянет в мир живых, хоть для большинства это прекращение вообще всякого существования, даже такого ущербного, каким оно у них было.

– Прощайте, – сказала Ира. – Я не могу вас оставить в живых. Я бы сейчас и настоящего Сандера прибила.

– Я помню пророчество, – кивнул выходец, закрывая глаза. – Ну что же, в разговоре с тобой я испытал еще немного жизни. Оценить это может лишь тот, кто уже был мертв. Но теперь не тяни.

Сделав два выстрела, Ира перешла на магическое зрение и внимательно осмотрела весь дворец. Никого живого девушка не обнаружила. Убрав оружие в кобуры, она опять вышла на площадь, закрыла врата и погасила заклинание «пылесоса». Теперь нужно было посетить одного человека, которого Ира не увидела во дворце, и убедиться, по-прежнему он человек или уже нет. Девушка помнила комнаты начальника разведки Даша Мароя, которые ей показал маркиз Мави, поэтому сразу же шагнула в его гостиную.

– Хорошо, что за вами не пришлось бегать, Даш, – сказала Ира сидевшему в кресле вельможе, доставая один из пистолетов. – Отвечайте быстро и правдиво, выходец вы или нет.

– А для вас, Рина, это имеет значение? – спросил он с любопытством, поворачиваясь к ней лицом. – Всех перебили во дворце?

– Почувствовали их смерть? – спросила девушка.

– Как я ее мог почувствовать? – удивился Даш. – Поймите правильно, в этих телах мы такие же люди, как и все прочие. Как был прежний Даш слабым магом, так и у меня способностей не больше, хотя при жизни я был магом из самых сильных. Знания остались, а вот сил, увы, нет! Нам всем не повезло, что мы с вами внешне очень сильно отличаемся. Мне потребовалось много времени, пока я начал ощущать это тело, как родное. Оставьте в покое свой пистолет, и давайте поговорим. Я знаю, что вы очень умная девушка, поэтому у меня есть серьезные шансы убедить вас не пользоваться этой штукой.

– Знакомо огнестрельное оружие?

– Да, мы все из немного более развитого мира.

– Ладно, говорите, а я послушаю.

– Вас, наверное, предупредили, что с выходцами нельзя связываться ни при каких обстоятельствах. Это не совсем так. Их ни при каких обстоятельствах нельзя пускать в свою голову. В чужую в обмен на какие-то услуги можно и пустить. Жажда жизни так сильна, что рано или поздно все клятвы будут забыты, а любую защиту обойдут, и вы лишитесь тела. Я, кстати, с обладателем этого тела ни о чем не договаривался, я его выселил силой. Выходцы это души магов, меня уже выходцем назвать нельзя. Я приобрел внешность и память одного из самых влиятельных вельмож этого королевства, если ни самого влиятельного. И в этом качестве я вам могу быть очень полезен. Вы сами очень сильный маг, поэтому вам могут быть интересны мои знания в области магии. Не уверен, правда, что у людей все будет работать так же, как работало у нас, но попробовать стоит. И наконец, я хоть и влиятелен, но самостоятельным игроком быть не могу. Мне нужен покровитель, которому можно служить. Вы в этой части мира наиболее подходящая кандидатура. Причем вы во мне нуждаетесь не меньше, чем я в вас. Королевство находится на грани катастрофы, а управленческого аппарата для вывода его в нормальное состояние у вас нет. Кто-то погиб, остальные разбежались. А кое-кто, несмотря на все произошедшее, по-прежнему будет относиться к вам с неприязнью. А у меня много полезных связей и немало своих людей. Меня, наконец, многие здесь боятся.

– Допустим, вы меня убедили в своей полезности, – сказала Ира, не пряча пистолета. – Осталось убедиться в вашей верности. Пожалуй, я сохраню вам жизнь при условии, что вы принесете мне магическую клятву верности.

– Что за клятва и чем она мне грозит?

– Вы клянетесь меня не предавать и не причинять никакого вреда, а так же служить заранее оговоренный срок. Я в свою очередь обязуюсь существенно поднять вам силы и дать знания, которые в этом теле точно будут работать. Во всем остальном мои люди на меня никогда не жаловались. Им со мной интересно, золота я для них не жалею, а подставлять привычки не имею. В случае предательства это тело убьет само себя, и вы никак не сможете этому помешать. И захватить другое тело тоже не сможете, здесь ваша смерть будет протекать по нашим законам.

– И какой для меня будет срок службы?

– Для всех срок стандартный – десять лет. Для вас он будет пятьдесят. К вашему утешению могу сказать, что никто из тех, кто со мной работает, уходить после истечения срока не собирается. Да и вы после этого еще столько же сможете прожить на вольных хлебах.

– Давайте вашу клятву, – сказал Даш. – Подвоха я не чувствую, а выбирать мне не из чего, потому что смерть это не выбор. Только потом нам с вами нужно будет наведаться еще к одному такому же, как и я. Это министр двора Сандера Гош Ларжи. Вместе с ним нам будет гораздо проще навести порядок и во дворце, и в столице. А больше в живых, наверное, никого не осталось. Мы с ним вовремя почувствовали, что скоро наступит развязка, и ушли из дворца.

– Хорошо, – сказала Ира. – Если я найду с ним общий язык, оставим жизнь и ему. Найдете начальника стражи или того, кто остался вместо него, и организуйте сбор горожан на этой площади через два часа. Объявите, что перед ними будет выступать королева кайнов, и они смогут увидеть своего принца и его регента. Я вам оставлю свои часы и научу пользоваться. А теперь клятва. 

– Как сходила в Сенгал? – спросил за завтраком канцлер. – Почему не хвастаешь? И нужно было это делать, поднимаясь чуть свет? Нельзя, что ли, сходить после завтрака?

– Нечем особо хвастать, – ответила Ира. – Сходила в неуязвимом виде и расстреляла три сотни тех, кто не так давно был людьми. Занятие не из самых приятных, и делать его лучше на пустой желудок.

– Значит, Сандера больше нет в живых? – спросил Олес.