Противостояние (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 127

– А если эти придут опять, и опять ударят?

– И придут, и ударят, но только через год. За этот год каждый житель королевства получит защитный амулет, а империя потеряет еще один флот. Нам есть, чем им ответить.

– А Сардия?

– У меня по этому поводу есть еще одна пословица, гласящая, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Надеюсь, смысл ее вам ясен. Причем империя пришла бы, даже не займи мы побережье. Мы все равно были следующей целью, просто враги успели бы укрепиться. Думаете, я такая властолюбивая дура, что рвусь к власти, насильно сгоняя всех в одно королевство? У меня, между прочим, из-за этого тоже убили мужа и даже того утешения, какое есть у вас – его детей – у меня не осталось. Просто поодиночке в наше время не выжить. Но я далеко ушла от того, с чем к вам пришла. Когда я отказалась от вашего королевства вторично, один из купцов бросился на меня с отравленным ножом. Сделал он это с расстояния одного шага, а яд такой, что и магу мало не будет. Уцелела я почти чудом и сразу же провела расследование. И что интересно, действующий под влиянием магии купец был уверен, что убить меня ему заказали вы, мстя за своего брата. Интересная картина?

– Я этого не делал! – хрипло сказал барон.

– Я тоже так думаю, – кивнула королева. – А теперь давайте рассуждать вместе. Допустим, что покушение удалось. Маги допрашивают купца над моим хладным телом и узнают имя заказчика. Как долго после этого прожили бы вы все? Вы знаете далеко не все об оружии, которое у нас есть. Есть и такое, которым очень легко издалека выжечь дотла ваш замок. Кто-то всерьез рассчитывал свалить свою вину на вас. Мне даже подсказали имя одного графа, который возмечтал стать герцогом, а если повезет, то и королем. Вот я и хочу от вас узнать, об одном человеке мы с вами сейчас думаем или о разных?

Глава 38

– Пойдемте наверх ко мне, – предложил Жорес. – Это уже разговор не для женских ушей.

Они поднялись на второй этаж замка и зашли в небольшую комнату, где судя по наличию заваленного бумагами письменного стола, барон занимался делами.

– Садитесь, где вам удобно, ваше величество, – предложил Жорес, а сам сел в кресло за стол. – Вам, наверное, Стеф сказал насчет графа Раста? Если так, то он ошибся. Юл честолюбив, но не настолько, чтобы подставлять того, с кем дружен с детства. Если бы он на такое решился, то выбрал бы другую кандидатуру. Человеком, который все это проделал, может быть только граф Нодер. Он уже в летах, очень богат и влиятелен. Граф оказался умнее многих и умудрился почти ничего не потерять в последней войне. Более того, воспользовавшись тем, что хозяева двух соседних баронств не вернулись из похода, он их имения присоединил к своим владениям. Семьям погибших баронов, которым пришлось освобождать родовые замки, он заплатил порядочные суммы.

– Деньги рано или поздно закончатся, – сказала королева.

– Вы правильно поняли. Но в глазах окрестных дворян он чист, тем более что они все от него зависят.

– А сильные маги у него есть?

– Есть, – кивнул барон. – Один маг, но сильный. И с купцами у него очень тесные связи, так что кого-то из них он вполне мог использовать.

– А вы-то ему чем не угодили?

– Не я, а мой покойный брат. Он был очень прямолинеен и терпеть не мог подлости, особенно когда дело касалось женщин. А граф и при Малхе не слишком сдерживался. Он временами вносил в казну крупные пожертвования, и король закрывал глаза на его проделки. Когда граф начал преследовать одну из наших соседок, потерявшую мужа, брат не выдержал и вмешался. Ей это не помогло, а граф, видимо, запомнил и решил отыграться на его семье.

– Ну что же, у меня нет никаких сомнений в том, что вы назвали верную кандидатуру. Прощайте, барон, и знайте, что мне действительно жаль, что ваш брат погиб, но виноватой я себя не считаю. Война убивает людей тысячами разных способов, не считаясь с тем, порядочные они или мерзавцы.

– Подождите, что вы собираетесь делать?

– У меня нет особого выбора, Жорес. Судить вашего графа я не могу, уподобиться ему и нанести удар исподтишка – тоже. А простить не могу и подавно. О покушении уже всем известно, и подобное просто примут за слабость. Да и где гарантия, что покушение не повторится? Придется устроить показательную порку. Скоро у вас одним графским замком будет меньше. Надеюсь, он в это время будет дома.

– Погибнет много невиновных, – хмуро сказал барон.

– А они всегда гибнут в подобных случаях, – возразила девушка. – И почему-то это никого не останавливает. Почему должно остановить меня? Вы себе даже представить не можете, сколько бы таких невиновных погибло, если бы у него удалось покушение. Я вас попрошу вспомнить вид на замок графа издалека, чтобы видны были только башни. Снимите амулет, он мне мешает воспринять картинку.

– Вы действительно думаете, что я сделаю подобную глупость?

– Вы делаете глупость сейчас. Неужели непонятно, что если бы я захотела причинить вред вашей семье, я бы это уже давно сделала? Ладно, придется вам кое-что показать. Сейчас вы положите на горло свою левую руку и слегка сожмете.

Левая рука барона обхватила его горло и несколько мгновений сжимала. Когда девушка отпустила его руку, барон первым делом схватился за амулет, проверяя его наличие.

– Как вы это делаете? – изумленно спросил он.

– Любой амулет предохраняет владельца только до определенной степени. Эта степень тем больше, чем более сильный маг ставил защиту. От большинства воздействий человека спасут даже амулеты, сделанные очень слабыми магами. Но для меня продавить защиту любого амулета не очень сложно. Просто для ясного восприятия ваших воспоминаний амулет нужно убрать вообще. Поэтому не валяйте дурака и делайте то, о чем вас просят. Мне что, сейчас искать Стефа? Давно бы так, можете надевать снова. Прощайте барон. Надеюсь, вы не сделаете глупость и не побежите к графу предупреждать его о грядущем наказании.

В сумерках открытые врата видны издалека. А эти кто-то открыл в паре сотен шагов от остановившегося на ночлег небольшого обоза.

– Все замерли! – приказал обозникам купец. – Не вздумайте зажигать костры, головы оторву! Раш, возьми копье, посмотрим чуть ближе, кого это принесло.

Купец и его приказчик прихватили оружие и, пригибаясь, побежали в сторону врат, стараясь двигаться так, чтобы их прикрывали кусты. Приблизившись к вратам на полсотни метров, оба залегли и стали слушать о чем переговариваются люди, которые во множестве суетились на небольшом отдалении от врат на дороге, ведущей к графскому замку. 

– Выравнивайте установки! – скомандовал чей-то властный голос. – Снор, давай быстрее целеуказание, пока совсем не стемнело!

– Сейчас сделаю, капитан! – ответил веселый, молодой голос. – Принимайте. Азимут – тридцать пять и четыре, дистанция – две двести тридцать. Почти предел.

– Какой угол, Ном?

– Сорок три и пятнадцать.

– Наблюдатель еще на связь не выходил?

– Он вот-вот должен доехать, капитан. Уже вышел, он готов.

– Все установки зарядили? Тогда огонь!

Замершие в ужасе купцы проводили взглядом десяток метнувшихся в уже совсем темное небо огромных огненных стрел. Через несколько мгновений со стороны замка графа донесся ослабленный расстоянием грохот разрывов.

– Капитан, наблюдатель передает, что накрытие есть и правки не требуется!

– Тогда каждому произвести еще по четыре выстрела.

Некоторое время люди на дороге работали, и их работа сопровождалась хватающим за сердце воем уходящих в небо снарядов и феерическим освещением от извергаемых ими огненных хвостов.

– Капитан, наблюдатель передает, что в замке многочисленные обрушения, он весь охвачен огнем. Ворота так никто и не открыл, так что вряд ли там кто выживет. Ему уходить?

– Передай, пусть уходит, – приказал тот, кого все называли капитаном. – А вы быстро выносите установки и неиспользованные снаряды на ту сторону. Сейчас прискачет Зор, тогда все и уйдем. А хорошо горит!