Счастливчик Ген (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 122

Конница ушла к лагерю, и вскоре нам навстречу выслали гонца с сообщением, что с лагерем все в порядке, и в нем собрались чуть больше двух сотен уцелевших бойцов Дарна.

– А он сам? – спросил я.

– Говорят, погиб, когда пытался организовать отход своего корпуса. После этого отступление превратилось в паническое бегство. Спаслись лишь те, кто вспомнил сказанные вами слова и не поддался панике.

– Это очень кстати, что они уцелели и сейчас в нашем лагере, – сказал Маркус, когда гонец отправился обратно в лагерь. – Две сотни отличных солдат, которые мечтают отомстить за гибель своих друзей.

– Скажи, Маркус, – спросил я его. – Почему у каждого лучника был только один колчан, причем и у наших, и у гардейских? Это что, традиция или одно из правил Гахта, о котором я ничего не знаю? У нас в ордене, да и у гвардейцев, в ходу все больше арбалеты, так что я с этим раньше как-то не сталкивался.

– Ну и вопросы ты задаешь, – потер лоб рукой маг. – Даже не знаю, что на это ответить. Традиция, наверное. Просто все знают правило, что у лучника должны быть лук и колчан. Это же очевидно.

– Не для меня, – покачал я головой. – Если бы у наших лучников сегодня было по три колчана, мы бы легко удерживали погоню на расстоянии и не понесли бы таких потерь. Тридцать два человека, убитых в спину! И ответь мне, пока мы еще не добрались до лагеря, на один вопрос. Почему я такой дурак?

– Ты в этом точно уверен? – усмехнулся Маркус. – И что же послужило основанием для такого вывода?

– Моя слепота. Что я предложил сделать после уничтожения основных сил противника?

– Штурмовать позиции метателей, захватить их и уничтожить. По-моему, правильный план.

– А, по-моему, совершенно дурной. Ну подумай сам, зачем нам их штурмовать? Идти в атаку на укрепленные позиции, рискуя своей жизнью, и жизнями своих людей! Не проще ли просто войти в лес парой лиг левее, обойти их позиции и захватить их с тыла? Вот почему я вам говорил глупость, а никто из вас мне не возразил ни слова?

– Мне такое просто не пришло в голову, – медленно ответил Маркус. – Есть укрепленные позиции, их нужно штурмовать. Обходы и окружения у нас, конечно, применяются, но не в таких случаях. Если бы дело касалось обычной осады, такой обход мало что дал бы, поскольку все подходы к машинам тщательно охраняются. А вот в нашем случае основная опасность исходит не от охранения, а от самих машин. А их при всем желании не развернешь, по крайней мере, быстро. Только где-то там должны быть две тысячи их солдат, как бы не нарваться.

– Не должно их там быть, – сказал я. – Если бы они там были, ничего бы у нас сегодня не вышло. Я рассчитывал, что никто не будет использовать все силы против жалкого по численности корпуса Гласа. Если бы не наша ловушка, они бы нас и этими силами стерли в порошок. Поэтому выгодно после уничтожения Макроя отправить часть сил захватить порт с суши. Обычно половина моряков пьянствует по кабакам или валяют девчонок в веселом доме. На это и расчет. Но я им там накрутил хвосты, так что морячки сидели в полной боевой готовности. Думаю, это стало для гардейцев неприятным сюрпризом. А мы сделаем им еще один такой сюрприз, захватив сегодня ночью их лагерь. Пойдут только братья, для которых темнота – не препятствие. А остальные подождут перед позициями метателей, нервируя прислугу и отвлекая на себя внимание. Как тебе план?

– Замечательный. Только давай пока не будем о нем никому говорить.

Вышли, когда уже совсем стемнело. Перед этим провели построение и посчитали людей. После боя мы уже подсчитывали, сколько у нас осталось своих людей, и сколько пришло от соседей. Сейчас итоговые цифры не совпали: не хватало двоих, пришедших к нам из корпуса Дарна.

– Хорошо, если они просто дезертировали, – озабоченно сказал Глас, – а если это были шпионы гардейцев? Тогда они узнали наши планы, и нас наверняка уже ждут.

– Вот и хорошо, что ждут, – успокоил его Маркус. – Сейчас мы с принцем берем две сотни братьев и идем в обход позиций метателей, после чего их захватываем. Ваша задача, генерал, – стоять перед их позициями на безопасном расстоянии и демонстрировать подготовку к атаке. Пусть немного понервничают и отвлекутся на вас.

– А почему вам не взять с собой солдат?

– Все члены ордена владеют сумеречным зрением, – пояснил я ему, – а от солдат в ночном лесу толку будет мало. Да и не стоит ломиться такой толпой, мы и братьев берем только половину. Главное наше преимущество – это внезапность. А вот когда мы перебьем прислугу у метателей, тогда придет и ваш черед.

Ночные хождения по лесу, даже когда ты различаешь контуры деревьев и кустарников – удовольствие еще то. Одежда постоянно за что-то цепляется, ветки норовят ударить по глазам, а под ноги лезет всякая дрянь вроде поросших мхом ям или упавших валежин. Попробуйте в таких условиях передвигаться тихо! И еще было трудно выдержать направление. Если бы не Маркус, мы бы там полночи ходили кругами. Маг как-то чувствовал направление и шел впереди, тихим голосом указывая направление движения. Шли довольно медленно и к лагерю противника вышли только через два часа. Впереди показалось открытое пространство, слабо подсвеченное пламенем горящего в отдалении костра.

– Разобрались на тройки и работаем! – отдал приказ Маркус. – В первую очередь убираем охранение, потом прислугу. Пошли!

Поначалу нам вообще никто не встретился. Мы вышли из леса на просеку, вырубленную в лесу на территории Гардии, и пару сотен шагов шли до промежуточного лагеря, в котором у костра сидели два солдата. На этот раз мы не собирались устраивать забеги по лесу, поэтому каждый взял с собой арбалет. Солдат наше появление совсем не встревожило. Наверное, в их представлении люди, идущие со стороны места их высадки на реке, могли быть только своими. Это заблуждение длилось до тех пор, пока братья не окружили лагерь и не навели на них арбалеты.

– Если хотите жить, отвечайте быстро и правдиво, – сказал я напуганным солдатам. – Среди нас находится маг. Первая же ложь будет для вас последней. Где находятся ваши бойцы?

– Ваша милость, не убивайте! – у более молодого от страха тряслись губы, и он торопливо говорил, давясь словами. – Две тысячи солдат переправили на кораблях для захвата порта. Здесь остались только три сотни мечников, и еще столько же конников уцелели после боя. Ну и с машинами возятся две сотни солдат..

– Всего две сотни? – не поверил я. – Как же они тогда взводят машины?

– Так им мечники помогают, – объяснил солдат. – Недавно все охранение собирали, чтобы взводить.

Мы с Маркусом переглянулись. В отличие от требюше, баллисты нельзя было долго держать во взведенном состоянии из-за растяжения жильных канатов. Раз их взвели на ночь, значит, нас ждали, и дезертиры сбежали не просто так. Солдатам связали руки, заткнули рты кляпами и забрали с собой. Убивать не хотелось, а оставлять здесь было нельзя: они предупредили бы о нас своих товарищей, которые могли вернуться с осады порта. На подходе к основному лагерю им связали еще и ноги и уложили в стороне от просеки. Почти все охранение собралось вместе с обслугой у метателей. Солдаты возбужденно переговаривались и показывали руками в сторону нашего лагеря. Очевидно, наша хитрость удалась, и все внимание гардейцев было приковано к людям Гласа. Возле самих машин по понятным причинам костров не разводили, но их было достаточно всего в паре сотен шагов от них, так что ничего не мешало нам разобрать цели и сделать залп, в результате которого мы выкосили почти две сотни противников. Оставшиеся в живых несколько минут пытались укрыться за машинами, дав нам возможность перезарядить оружие, а потом неожиданно для нас начали бросать на землю оружие и выходить, заложив руки за голову. Их быстро отвели к кострам и начали вязать руки. Мы не рассчитывали на такую массовую сдачу в плен и не запаслись веревками, поэтому гардейцев связали их собственными поясами.

Затем настал черед машин. Мы сняли с захватов, уложенные в них снаряды, выполненные в виде толстых деревянных чурок с вставленными фитилями, произвели холостые выстрелы, а потом перерубили канаты. После всего этого один из братьев вышел перед позициями метателей и помахал двумя зажженными факелами. Уже через полчаса лагерь гардейцев заполнили ликующие бойцы Гласа.