Третий путь (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 68

Город Москва

– Как вы это сделали? – мама внимательно рассматривала в зеркало свое лицо. – Просто поразительно! Пятен гораздо меньше, кожа стала разглаживаться, да и слабость прошла! Я просто чувствую себя лет на десять моложе.

– А вы и стали на десять лет моложе, – сказала Лания, одетая в халатик, стянутый на талии пояском, и обутая в мохнатые меховые тапочки с уморительными мордочками мультяшных зверей.

«Она просто медленно сводит меня с ума, – думал он, лаская ее взглядом. – Вот сделает свою работу и уйдет, а я все брошу и пойду следом. Господи, как же я влип!»

– Она просто золото! – мама повернулась к сыну. – Да убери ты свою камеру! Достаточно меня уже снял. Лучше ее снимай. И попробуй обидеть девочку! На мои глаза тогда можешь не появляться!

Магический дом Раум

– Ну все, Петя, я готова! – Лена оделась в темное облегающее трико, волосы были скручены в тугой узел и закреплены так, чтобы не мешали. На спине висел меч на манер японских ниндзя.

– А амулеты?

– И амулеты взяла, и пистолет, и несколько шоковых гранат, – она чмокнула его в щеку и отстранилась. – Я пошла, пожелай мне удачи!

Лита уже полчаса, как ушла, и минуту назад пришел слабый сигнал амулета, подтверждающий снятие защиты. Теперь в полутемном помещении портального зала в контур вошла и исчезла жена.

«Только бы все получилось, – думал Петр, непроизвольно сжав кулаки. – Когда же это закончиться, и он, наконец, перестанет провожать ее на смертельно опасное дело?»

В кулаке что-то хрустнуло, и он, разжав ладонь, с удивлением увидел смятые в лепешку женские часы, которые Лена сняла перед уходом.

«Сила есть – ума не надо, – подумал Петр. – Ленка меня убьет».

В помещении, где стоял единственный портал Латес, было темно, и Лена перешла на сумеречное зрение. Она быстро вышла из портального контура и тихо позвала Литу.

– Я здесь, Елена Дмитриевна! – отозвалась прячущаяся за колонной девушка.

– У вас везде так темно?

– Нет, конечно. Просто не тратятся на освещение там, где оно сейчас не нужно.

– Разумный и полезный для нас подход, – Лена приблизилась к Лите и взяла ее за руку. – От меня ни на шаг. В случае опасности я постараюсь тебя спрятать или прикрыть. У вас много ярко освещенных мест в доме?

– В это время нет. И нам они не попадутся, если идти отсюда к родителям Сержа.

– Тогда пошли быстрее, а то Петр там возле портала психует. Только, что бы я ни сказала, выполнять следует немедленно и без самодеятельности. И постарайся идти тише.

Почти весь путь до самых дверей комнат семьи Сержа они проделали бегом. Выбор столь позднего времени в расчете на то, что почти все население дома будет спать, полностью себя оправдал. Внутренние покои и переходы дома ночью не охранялись, вся охрана была сосредоточена на периметре.

«Вот так и гибнут крепости от удара в спину, – думала Лена, скользя по полутемным, пустым коридорам. – Стены охраняют, а кто-то из своих уже ведет вражеских воинов через собственный подземный ход или открывает ворота. Хоть бы сигнализацию на портал поставили, олухи».

Всего один раз чуть не столкнулись с вышедшим по какой-то надобности магом, и Лена отступила в тень, втащив в нее за собой испуганно пискнувшую Литу.

– Что это было? – тихо спросила Лита, когда маг скрылся в конце коридора, и они возобновили движение.

– Потом расскажу. Долго еще?

– Нет, уже пришли.

Лита подошла к нужной двери и тихо постучала ладонью.

– Здесь стоит плетение, которое усиливает звук с той стороны двери. Это чтобы не тарабанить и не мешать другим.

– Умно придумано, – Лена прислушалась, но за дверью было тихо. – Надо будет позаимствовать. Что-то тихо, постучи еще раз.

Но и повторный стук ничего не дал.

– Странно, – сказала Лита и надавила рукой на дверь, которая вдруг легко распахнулась от слабого нажатия. – Что-то здесь не так. Войдем.

Они вошли в комнату и закрыли за собой дверь. Лена достала пальчиковый фонарик и посветила. Неожиданно яркий для сумеречного зрения девушек луч фонарика осветил совершенно пустые комнаты.

– С ними что-то случилось, – помертвевшим голосом сказала Лита. – Комнаты освобождают от всего только со смертью хозяев, да и то, если не осталось близких родственников.

– Мы должны узнать точно. Как это можно сделать?

– Можно найти моего брата, его комната совсем рядом. Только потом его надо заставить все забыть. Сможете?

– Конечно.

– Тогда пойдем.

На этот раз на стук Литы дверь открыл заспанный юноша лет семнадцати на вид.

– Лита? –  удивился он. – Когда это ты успела вернуться? И кто это с тобой?

– Слишком много вопросов, – меч Лены уже перекочевал из-за спины в ее руку и сейчас своим концом касался горла парня. – Будь умницей и веди себя тихо. Тогда у тебя есть все шансы дожить до утра. В комнате есть посторонние?

Косясь на меч у горла, он отрицательно покачал головой, порезав себе при этом кожу.

– Идиот, ты чего головой дергаешь? Сказать не мог? Давайте все внутрь.

В довольно бедно обставленной комнате, куда она под конвоем ввела брата Литы, был только один стул, на который к тому же была в беспорядке набросана одежда мага.

– Как его зовут? – спросила Лена, свободной рукой сбрасывая одежду на пол и освобождая себе стул.

– Осот.

– Значит так, Осот. Сейчас ты правдиво и в темпе рассказываешь нам, что случилось с родителями Сержа. И не вздумай дергаться: я тебя в любой момент могу прибить десятком разных способов без всякого оружия, Литу только не хочу расстраивать. Да расслабься ты. Если не будешь делать глупости, то останешься цел и невредим. Лита, залечи ему царапину, а то он все перепачкает кровью, а завтра будет гадать, что же с ним такое случилось.

– Вы сотрете мне память? – спросил начавший приходить в себя Осот.

– А у тебя есть другие варианты? Не бойся, сотру только эпизод с нашим участием, остальное не пострадает. Так что там с семьей Сержа?

– Их всех убили по приговору Совета за несогласие с политикой дома.

– Когда?

– Вчера утром.

– Так, – Лена задумалась. – Значит, они убили родственников члена нашего дома. Что может быть с вашей семьей, если узнают, что Лита осталась в доме Раум вопреки воле Совета?

– То же самое. У нас очень строгие правила.

– Значит, поступим таким образом. Память я тебе стирать не буду. Сейчас я тебя просто усыплю, а завтра поговоришь с родными. Время уйти у вас будет. Надеюсь, твои родители –  умные люди. Отсюда до наших границ лиг двадцать, на лошади часа полтора пути, если не ехать шагом. Я предупрежу патрули, и они дня три-четыре будут дежурить поближе к границе. Вас встретят и, если будет погоня, прикроют. Вас всех примем без проблем. Жить у нас гораздо лучше, чем в вашем гадючнике, вон Лите понравилось. А в общем, как хотите, я никого убеждать не собираюсь.

– Осот, – тихо сказала Лита, – приходите. Там очень хорошо и интересно жить, ты не пожалеешь.

– В любом случае, – сказала магу Лена, – если не решитесь уйти и останетесь целы, постарайся откосить от похода на дом Раум: ничего, кроме смерти, его участники там не найдут. Все, смотри сюда.

Лена оголила рукав и вызвала печать.

– Сейчас ты ляжешь спать, – сделала она внушение впавшему в транс парню, – а утром поговори с родителями и сестрой.

Обратный путь занял еще меньше времени и обошелся вообще без происшествий, и вскоре Лену уже тискал радостный Петр, а она безуспешно пыталась расстегнуть пряжку и сбросить ножны с мечом, которые от объятий мужа больно врезались в спину.

 Город Москва

– Мне страшно, Сережа, – мать стояла перед зеркалом, из которого на нее смотрела пожилая женщина лет пятидесяти. – Мне страшно, что я сплю и сейчас проснусь опять старой развалиной. И мне страшно за тебя. Если она может такое, и это когда-нибудь станет известно другим, у тебя ее отберут. И не помогут ни твои деньги, ни связи. Когда дело касается такого, нельзя положиться даже на друзей. Это если не считать красоты, которая разит мужиков наповал. Ты вот совсем скис. А ведь никогда перед женщинами не робел. И еще, она очень умна. Я с ней много общалась. В чем-то она по-детски наивна, но у нее острый ум и огромный жизненный опыт. Сколько ей лет, Сережа?