Возвращение (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 79

– Вопрос упирается в то, как максимально быстро перевезти во Вьетнам больше полусотни пусковых установок, несколько тысяч ракет и добровольцев, – сказал Косыгин. – Перебросить все это по железной дороге нам не позволят китайцы, поэтому остается только морской путь. Обычно мы используем Черноморское и Дальневосточное пароходства...

– Извините, товарищи, но такие объемы я вам за короткое время не обеспечу, – сказал министр морского флота СССР Бакаев. – Прорыв морской блокады американцев даже одиночными судами это не такое простое дело, а вам все нужно сделать за пару месяцев.

– Меньше, – уточнил Малиновский. – Все еще нужно доставить на позиции, и люди должны хоть немного привыкнуть к климату.

– Тем более! – сказал Бакаев.

– А если бы не было блокады? – спросил Косыгин. – Смогли бы, Виктор Георгиевич?

– Тогда особых проблем не будет. Нужно только обговорить с министерством Патоличева, какие рейсы по их контрактам можно задержать, потому что свободных кораблей у нас не бывает.

– Тогда выслушаем Сергея Георгиевича.

– Мне было дано задание подготовить ударную группу, состоящую из кораблей Черноморского флота, – сказал Главком ВМФ Горшков. – Задание я выполнил. В группу войдет большой противолодочный корабль «Комсомолец Украины», два ракетных крейсера, несколько эсминцев, танкер и тральщики. Возглавит группу командующий Черноморским флотом адмирал Чурсин.

– Постойте, товарищи, вы что, собрались воевать? – удивился Патоличев.

– Пока нет, Николай Семенович, – сказал Горшков. – Планируется дружественный визит наших кораблей в порт Хайфон. Заодно они проведут нужные нам корабли с грузом, постоят в порту и прикроют выгрузку техники и добровольцев. Блокаду Вьетнама Америкой мы не признаем, поэтому пошли они... Честно говоря, давно хотелось утереть им нос, да не давали.

– Вы только поосторожнее, Сергей Георгиевич, – сказал Громыко. – Ни к чему нарываться на неприятности, да и сил у них намного больше.

– Чурсин очень выдержанный человек, а на наших кораблях есть тактическое атомное оружие. Они это прекрасно знают и наглеть не станут. Поводов для провокаций давать не будем, но и хамить не позволим.

– Тогда, Виктор Георгиевич, решите вопрос с заявками министерства внешней торговли и определитесь с кораблями, – сказал Косыгин. – И сделайте все как можно быстрее, потому что через пару дней первые грузы начнут прибывать в Севастополь. Все, товарищи, с этим вопросом закончили.

– Ты долго будешь копаться? – спросил я Ольгу. – Уедем без тебя.

– Я готова! – схватила она портфель. – А обратно отвезете?

– Давай сюда портфель и вперед! – сказал я, отбирая у нее портфель. – Назад тебе придется топать самой или ждать, пока отучимся мы. Шевелитесь обе, опоздаем.

Машина уже стояла у подъезда, а Сергей демонстративно посмотрел на часы.

– Здравствуйте, – поздоровалась Ольга. – Я ее сестра!

– Здравствуй, красавица, – сказал Виктор. – Ребята, грузитесь быстрее, опоздаете.

– Бабушки не будет? – спросил Сергей. – Тогда поехали.

В школе пришлось бежать, потому что звонок прозвенел, как только мы переобулись.

– Никогда я раньше в школе не бегала, пока с тобой не связалась! – высказалась Люся, перед тем, как мы заскочили в класс.

– Считай, что я этот наезд проигнорировал, – ответил я, идя на свое место. – Ольгу надо было раньше будить. Всем привет!

Первый учебный день прошел... скучно. Слушать учителей было неинтересно, ребята меня особенно не интересовали, но Люсе здесь придется учиться год, поэтому я со всеми перезнакомился. Особого ажиотажа наше появление в этой школе не вызвало. Мы еще были чужими, да и выступали в последний раз давно, а «Волкодава», которого уже кое-кто читал, со мной пока не связали. Когда прозвенел последний звонок, все быстро переобулись и высыпали во двор школы. На улице напротив школьной калитки стояла «Волга», но не черная, как наша, а светлая. Светка Ханеева – та самая, которая нахамила нам на классном часе, – бросила на нас презрительный взгляд и направилась к машине, помахивая портфелем.

– Не обращайте на нее внимание, – сказал нам Игорь Сычевский. – Отец у нее работает в МГК, вот она и воображает из себя королеву. Ей до дома идти далековато, поэтому отец иногда присылает за ней машину. Вы сейчас куда?

– Нам до дома тоже не очень близко, поэтому пользуемся услугой соседей, – сказал я. – Если будут проезжать, подберут, нет – дойдем сами.

Машина ждала нас в положенном месте, поэтому уехали без задержки и через несколько минут были дома.

– Зайди к соседу, – сказал мне Сергей, когда мы покидали салон.

Я проводил Люсю, забросил портфель в свою прихожую, после чего позвонил в квартиру куратора.

– Заходи, – сказал Федор Юрьевич, пропустил меня и запер дверь.

– Где мои вопросы? – спросил я. – Вам для меня что-нибудь передали?

– Идем в комнату, – сказал он. – Вот пакет с вопросами, а это магнитофон. Включишь на запись и отчитывайся. Решили, что это будет намного удобнее написанных тобой листов. Сколько тебе нужно времени?

– Дайте хоть посмотреть, что от меня хотят! – сказал я. – Потом определюсь со временем.

Я прочел пять вопросов и прикинул время.

– Примерно полчаса.

– Тогда я вызываю Белову, – сказал он. – Сам я не имею права дотрагиваться до этой кассеты. Работай, а я спущусь и встречу Елену.

Я подождал, пока он выйдет из квартиры, включил магнитофон на запись и начал говорить.

– Причина замены министра обороны – его смерть. Малиновский умрет тридцать первого марта шестьдесят седьмого года от рака. Смерть будет очень тяжелой, метастазы пойдут в кости. Извините, но это как-то не вспомнилось само. Двадцать первое июля – день военного переворота в Греции.

Я минут десять говорил все, что мне было известно о режиме «черных полковников».

– По гибели Комарова двадцать четвертого мне нечего добавить. Все, что я знал, написал. Разбирайтесь с парашютной системой. По шестидневной войне я расписал весь ее ход. Хочу от себя добавить, что настоятельно советую товарищу Косыгину не мешать Египту первому наносить удар Израилю. Когда в Москву двадцать пятого мая прилетел военный министр Египта Шамс эль-Дин Бадран, Алексей Николаевич запретил ему нападать первым. В результате первым напал Израиль, который практически полностью уничтожил на аэродромах всю египетскую авиацию, обеспечив себе полное господство в воздухе. После этого уничтожить тяжелую технику у арабов не составило большого труда. Полная аналогия с Великой Отечественной. Последний вопрос о теракте на Красной площади. Время уточнить не могу. Читал в двух источниках, и в обоих написано, что случилось в конце сентября. Взрыв у мавзолея привел к человеческим жертвам. Смертником был некий Крысанов из Каунаса. Это все, что я знаю.

Я остановил запись, перемотал пленку и снял бобину. Вовремя я закончил: щелкнул входной замок, и в квартиру зашла Елена.

– Здравствуй, – сказала она. – Уже закончил?

– Все, что смог быстро вспомнить, надиктовал, – ответил я. – Держите пленку. Передайте, что через неделю я буду готов к экстернату. И еще будет просьба. Если можно устроить Людмиле экстернат по отдельным предметам, буду очень признателен. У нее все же нет моих знаний, а для меня важно, чтобы за этот учебный год она разделалась со школой.

Неделя прошла буднично, ни в школе, ни дома ничего примечательного не произошло. В воскресенье после звонка за нами приехала машина с Еленой и отвезла на квартиру Брежнева.

– Держи! – протянул я радостно встретившей нас Вике «Волкодава». – Там кое-что написано.

– Ух ты! – воскликнула она, раскрыв книгу. – Мне еще никто из писателей не дарил книг! У меня уже есть твоя книга, только без подписи. Дед взялся читать, но ему вечно некогда.

– Заходите, – заглянула в прихожую Виктория Петровна. – Вика, ты что гостей держишь на пороге? Разувайтесь, мойте руки и идите на кухню, будем пить чай.

– У нас сегодня наполеон, – сообщила Вика. – Дед его любит, поэтому не покупает.